Чтение онлайн

Я оглянулась через плечо и заметила, как он прижимает ладонь к своему животу. Струйки багровой крови просачивались меж его пальцев, и у меня скрутило живот от этого зрелища.

— Просто телесная рана, — процедил Доминик в ответ на мой встревоженный взгляд.

— К сожалению, — пробормотал себе под нос Трейс.

Осознав, что ему ничего не грозит, я решила, что будет лучше, если они все выйдут. Собравшаяся толпа, вероятно, действует ей на нервы и только усиливает подозрения.

— Ребят, оставьте нас на несколько минут, — обратилась я к ним четверым, хотя сама продолжала стоять лицом к маме. — Мне нужно поговорить с ней наедине.

— Джемма, я не думаю, что это хорошая идея, — вмешался Габриэль, но я не собиралась отступать.

— Я не спрашиваю разрешения, Габриэль.

Поняв, что этот вопрос не обсуждается, Габриэль уступил с кратким кивком и молча покинул коридор. Доминик и Арианна сразу за ним, но вот Трейс даже не шелохнулся. Он почти так же упрям, как и я, если не больше, и я знала, что он не оставит меня одну, как бы я его ни упрашивала.

— Почему ты среди Воскрешённых? — резко спросила моя мать, возвращая внимание к себе.

— Не все из нас Воскрешённые, — перебил Трейс, скрещивая руки на груди. Его определённо оскорбляло смешивание с остальными.

— Они мои друзья, — просто ответила я. Мне не нравилось, куда клонил этот разговор.

— Твои друзья? Серьёзно? — она фыркнула, словно в жизни не слышала ничего абсурднее. — А где же Томас? Мне бы хотелось услышать его мнение по этому вопросу.

Я ощетинилась.

— Папа мёртв. Будь он жив, ему наверняка было бы, что сказать по этому вопросу.

В основном, что я наказана и останусь под домашним арестом до конца жизни.

Её суровое выражение дало трещину, стоило ей услышать новости о преждевременной кончине моего отца. Это первая эмоция на её лице за весь день.

— Что произошло? — её голос был полон боли и скорби.

— А как ты думаешь? — задала я риторический вопрос. Я не намерена сейчас обсуждать папину смерть, только не с ней. Не после того, как она бросила его в одиночку воспитывать нас с сестрой. — Слушай, мы оживили тебя не для того, чтобы предаться воспоминаниям и погрустить о том, сколько счастливых мгновений мы могли бы провести вместе. Твой прародитель проделал гигантскую дыру в наш мир, и нам нужна его кровь, что заделать эту дыру. Но поскольку он больше не состоит в Клубе Ныне Живущих, подойдёт и твоя.

— Энгель мёртв? — её серебряные глаза потемнели от холодного потрясения.

Возможно, сейчас не лучшее время рассказать ей, что это я отправила её дружка на тот свет.

— Орден избавился от него, после того, как тот разрушил барьер, — быстро ответил Трейс, прикрывая мою задницу.

Надо будет поблагодарить его за это потом… Кажется, я говорю себе это уже не в первый раз.

Я скрестила руки и посмотрела ей прямо в глаза.

— Так что? Ты нам поможешь или нет?

Она всматривалась в меня несколько секунд, а затем снова прищурилась.

— Сколько тебе сейчас лет?

— Семнадцать. Это значит «да»?

По всей видимости, она что-то прикидывала в уме.

— Ты ещё слишком маленькая, чтобы быть сама по себе.

Я возвела глаза к потолку. Она серьёзно пытается мне сейчас устроить допрос с пристрастием?

— Кто за тобой присматривает?

— Присматривает?

Я уже собиралась сказать про Джулиана, долговязого Стража с большим ртом, присматривавшего за мной на тренировках, но причём здесь этот гандон?

— Да, твой законный опекун, который должен заботиться о тебе.

Ах, это.

— Дядя Карл, но я собираюсь это исправить.

— Карл Блэкберн — твой опекун? — от того, как она произнесла его имя, у меня побежали мурашки по коже. Такое чувство, будто она ненавидит его не меньше меня. Так же, как и он её. — И он позволил тебе… Он разрешил тебе оживить меня?

По её тону было понятно, что она ни за что в это не поверит.

— Я не спрашивала его разрешения. Наши отношения стали несколько натянутыми, после того как он попытался убить меня… дважды.

— Так они… — она зажмурилась, — знают о твоём происхождении.

Тот факт, что она знает об этом, должен был меня удивить, но почему-то нет.

Ещё в детстве я задавалась вопросом, а не из-за меня ли она бросила нас. Я переживала, что это мы с Тессой сделали что-то плохое, из-за чего она решила уйти из семьи. И вот теперь, когда я знаю правду о крови, текущей по моим венам, о том, кто я на самом деле, мои детские страхи вновь всплыли на поверхность, и внезапно это всё обрело смысл.

Она знала обо всём с самого начала и поэтому бросила меня.

От горького, отрезвляющего осознания мои глаза защипало от слёз, но я отказывалась проронить хоть одну слезинку перед ней. Я проклинаю свои слёзы так же, как она прокляла меня своей дьявольской кровью.

— Да, — холодно ответила я. — Все знают, что я дочь Аида. Это было главной новостью города последние несколько недель.

— Мы в Холлоу Хиллс? — она захлопнула дверь за собой.

— В нём самом.

— А что Тёмный Легион? — она свела брови вместе, как будто ей есть какое-то дело.

— У меня на хвосте, — я переминалась с ноги на ногу, чувствуя растущее раздражение. — Тебе-то что? Мы обе знаем, что тебе абсолютно по…

— Прости меня, Джемма, — выдохнула она тихо, едва ли шевеля губами.

Эти слова ударили меня под дых, выбив весь воздух из лёгких.

— Я не хотела, чтобы это случилось с тобой. На твоём месте должна была быть я… И я думала, что так оно и есть, но… — она говорила всё тише, пока не затихла вовсе, с глазами загнанного зверя глядя не на меня, а как-будто бы сквозь, словно она где-то в другом времени и пространстве.

Мне хотелось спросить её, что это значит, потребовать объяснений. Но её потерянный вид лишил меня дара речи. Я поняла, что сейчас откроется правда. Я чувствовала этот электрический заряд в воздухе и знала, что правда будет намного хуже любой самой жуткой лжи.

ГЛАВА 38. СЕМЕЙНЫЕ ЦЕННОСТИ БЛЭКБЕРНОВ

Она сделала шаг ко мне, но на этот раз попятилась я. Дождь продолжал отбивать барабанную дробь по крыше и окнам, пока мы молча стояли в прихожей поместья Хантингтон — там, где умирают мечты.