Чтение онлайн

Я пячусь назад, и я уверена, что мое замешательство очевидно.

— О чем ты говоришь?

Он прижимает свободную руку к сердцу.

— О, ты думала, что он оставит это при себе? Как будто это может что-то значить для него? Это очаровательно.

Я усмехаюсь.

— Иди к черту.

Бентли смеется.

— Помнишь, что я говорил о том, что ты говоришь непристойности? Это возбуждает меня.

Я бросаю на него испепеляющий взгляд.

— Все, что имеет сиськи, возбуждает тебя.

Он насмешливо вздрагивает.

— Неправда. В моей жизни было немало женщин с противоположным эффектом. Взять, к примеру, мисс Хендерсон. Главная убийца стояков.

Я фыркнула. У мисс Хендерсон голубовато-седые волосы, смуглая кожа, и ей примерно сто восемьдесят лет. Я продолжаю идти по коридору, его тяжелая рука давит на меня. Я не замечаю грязных взглядов, которые бросают на меня почти все девушки поблизости. Я останавливаюсь, когда мы доходим к моему первому классу.

— Бентли, мне нужно на урок.

В тот момент, когда я думаю, что он собирается отпустить меня, он притягивает меня к себе. Я утыкаюсь носом в его грудь, когда он обнимает меня. Я не могу с гордостью признать это, но я не делаю никаких попыток отступить. Всем иногда нужны объятия, и я определенно просрочила время.

Он целует меня в щеку.

— Увидимся позже, детка.

Я кладу руку на то место, которого только что касались его губы, и смотрю, как он уходит. Должно быть, я была в оцепенении, потому что не заметила, как кто-то подошел ко мне, пока меня не ударяют в плечо.

— Уйди с дороги, сучка, — усмехается Уитни, проходя мимо меня, чтобы занять свое место.

Отлично. Теперь у еще одного члена Королевской семьи есть проблема со мной. Я занимаю свое место и смотрю прямо перед собой, ожидая начала урока. Я чувствую, что люди пялятся на меня, но я не обращаю на них внимания. Черт, я уже привыкла к этому, как бы грустно это ни было.

Моя голова поворачивается, когда кто-то пинает мой стул.

Девушка, которая сидит позади меня, кажется Джессика, улыбается.

— Упс, я виновата.

Я закатываю глаза, и поворачиваюсь обратно. Весь класс наполняется одной насмешкой за другой со стороны Уитни и нескольких наших одноклассников. Наш учитель ничего не замечает, и я не могу не задаться вопросом, намеренно это или нет. Эти сучки не совсем спокойны в своих обзывательствах. Шлюха, дрянь, ведро спермы — их оскорбления маскируются фальшивым чихом или кашлем, но яснее слов быть не может.

Я остаюсь сидеть после звонка, ожидая, пока остальные ученики выйдут, чтобы не оказаться в их центре.

Уитни останавливается рядом с моей партой и ухмыляется.

— Если ты не будешь держаться подальше от королей, особенно от Бентли — это только начало, шлюха, — она сбрасывает мой рюкзак со стула и немного приободрившись, неторопливо выходит за дверь.

Я стискиваю зубы, в ярости глядя, как она выходит из класса. Я напоминаю себе, что не могу пойти за ней, иначе мне грозит исключение. А если меня исключат, Чарльз отправит меня в Коннектикут, где у меня нет шансов увидеться с сестрой.

***

Эйнсли практично набрасывается на меня, как только я сажусь обедать.

— Сегодня вечером будет вечеринка, и ты пойдешь со мной.

Я смеюсь.

— Э… нет, не пойду. У меня нет желания проводить лишнее время с этими засранцами.

Она дуется.

— Да ладно, Жас, будет весело! Донован, парень, который это устраивает, забавный, сексуальный и милый. И самое главное, он учится в колледже, так что я сильно сомневаюсь, что там будет много старшеклассников.

У Эйнсли появляется мечтательный взгляд, когда она упоминает этого парня, Донована.

— Он тебе нравится, не так ли?

Она улыбается.

— Очень нравится. Он учится на первом курсе Калифорнийского университета, но он учился в Виндзоре, где я с ним и познакомилась. Я была очень влюблена в него в прошлом году, но у него была девушка. Вчера я встретила его в Коммонс, и он пригласил меня. И вот что, он случайно упомянул, что сейчас он холост! Это должно быть намеком, верно?

— Похоже, что ты ему нравишься, — согласилась я. — А что это за Коммонс?

— О, это что-то вроде центрального места встреч поблизости. После балета мне очень захотелось суши, поэтому вчера вечером я зашла туда поужинать. У них лучшее суши-заведение. Донован тоже был там, выглядел еще более сексуально, чем в прошлом году, и мы просидели вместе и проговорили около двух часов, — она складывает руки в молитвенной позе. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, поехали со мной, Жас. Я не хочу приходить одна, на случай, если я неправильно его поняла. Если мы приедем туда, и тебе там совсем не понравится, я обещаю, что мы сразу же уедем.

Я вздыхаю.

— Хорошо.

Она сияет.

— Я заеду за тобой в шесть. Мы сможем перекусить и собраться у меня дома. Можешь даже переночевать у меня, если захочешь. Не беспокойся о моем придурковатом брате; он живет в домике у бассейна, а по выходным обычно бывает у Рида или Бентли.

— К чему именно мне нужно подготовиться?

Эйнсли бросает на меня взгляд «Ты что, спятила?»

— К тому, что там будет куча горячих парней из колледжа! Считай, что это твой шанс раскрепоститься и вести себя в соответствии с возрастом. Выпьем немного, может быть, пофлиртуем с несколькими парнями. Просто отбрось все это дерьмо на одну ночь и повеселись. Я действительно думаю, что тебе это нужно, Жас. Ты не можешь все время грустить или злиться. Это нездорово.

— Неужели я настолько очевидна?

Она грустно улыбается мне в ответ.

Я делаю глубокий вдох.

— Ладно, ты права. Какой вред может причинить свобода на одну ночь? Я в деле.

Знаменитые последние слова.

Это первое, о чем я думаю, когда захожу на вечеринку. Настоящее столпотворение, вот что это такое. Помещение Донована заполнено телами, все в различных состояниях опьянения. За последние несколько лет я побывала на множестве вечеринок, но эта — совершенно другого уровня. Я никогда не видела столько излишеств в одном месте.

В одном углу расположен бар, в другом — кабина диджея, из которой льются ритмы через отличную звуковую систему. Полураздетые девушки танцуют на импровизированной танцплощадке, окруженные группой парней, оценивающе наблюдающих за ними. Парочки целуются на всех доступных поверхностях, некоторые даже, кажется, делают гораздо больше, чем просто целуются, не обращая внимания на свою аудиторию. Облако дыма окружает группу людей, делающих затяжки из кальяна, в то время как другие сидящие с ними нюхают белый порошок, используя свернутые купюры.