Чтение онлайн

— Ах-а-а-ах-х, — прокричала Жанна, поняв, что слова громилы — истинная правда. Она окончательно и бесповоротно лишается последнего, что в ней было невинно.

Бастиан сменил палец на свой член и очень медленно и осторожно стал вдавливать его в неразработанное отверстие.

— М-м-м-м, — замычала Жанна, роняя голову вниз.

— Нет-нет, детка, смотри на нас. Мы хотим видеть, как тебе хорошо.

— Да, Жасмин, — подала голос и Лизи. — Мы ведь тебя радовали, порадуй и ты нас. Покажи свои глаза.

Жанна подняла голову, сгорая со стыда и все нарастающей греховной похоти. Бастиан придержал ее за шею и стал постепенно наращивать темп.

Зрители с упоением смотрели на растление невинной девушки. Бастиан самозабвенно переходил границы, имея ее самым бесстыжим образом. А сама Жанна покорно стонала, подмахивая ему задом, и сладострастно насасывала его большой палец, который так удачно оказался около ее лица.

Все были в восторге, особенно когда Жанна замерла вдруг, а потом стала дергаться и визжать под разнузданным любовником. Он схватил ее в охапку и продолжил засаживать свой член в узкую дырочку. Толчок, толчок, еще толчок…

Жанна орала в голос и пыталась вырваться. Нет, ей не было больно или плохо, она просто сходила с ума от необычайных ощущений и боялась, что сердце ее не выдержит и остановится. А такой исход был не шуткой, потому что оргазм, до которого ее довел самый чувственный из троих мужчин, оказался грандиозным и необыкновенным. Она и понятия не имела, что ее тело может настолько радовать, что оно вообще способно ощущать такое.

— А-а-у-у-у-! — кричал Жанна, — Твою мать! А-а-а!

Когда она вспомнила более крепкие выражения и стала поливать бранью всех присутствующих, они завизжали и зааплодировали. Представление удалось на славу, как и смелый эксперимент, что затеяла для подруги Лизи. Но самым приятным было то, что Жанна теперь знала — она нормальная, чувственная женщина, просто слишком зацикленная на внешних несовершенствах. И словно в доказательство ее мыслей, Бастиан наградил ее очередным семяизвержением.

Когда он завыл в голос, она возликовала, а потом и вовсе распласталась под ним поверженной и покоренной.

Бастиан медленно вышел из нее и, припав к самому уху, тихо прошептал: «Ты лучшее, что со мной когда-либо случалось, Жасмин».

Жанна сидела у окна самоходной повозки, которая везла ее на работу, и вспоминала ночь, что она провела в клубе «Измена». Она вспоминала ее весь свой выходной день, а затем и вечер. Эти мысли помогли пережить расставание с Максом. По крайней мере, Жанна так думала, пока не встретила его в операционной.

На ее счастье, блондинистая сестричка, которая была странным образом очень похожа на саму Жанну, трудилась в другой смене, и с нею девушке не пришлось пересекаться. Но вот Макс торчал в клинике как раз в те дни, когда работала сама Жанна. И сегодняшний день не стал исключением.

Лаборантка надеялась приготовить все необходимое для врачей и привезти тележку до того, как в операционной появится Макс. Обустроить пациента и по-тихому улизнуть. Это было не по правилам. Лаборанты должны были ассистировать анестезиологам, если не хватало сестер. Но сегодня их было достаточно, и Жанна рассчитывала избежать встречи с Максом.

Вот только он уже был на месте, когда девушка вкатывала тележку с препаратами и инструментами.

Жанна думала, что после всего случившегося, он будет выглядеть виноватым или хотя бы печальным. Но Макс встретил ее пренебрежительным взглядом. Настолько холодным и отстраненным, что ей сделалось не по себе. Она даже въехала в операционный стол, задев стойку с лампой. Та стала крениться на бок, и девушка в ужасе вскрикнула. Представила, что лампа сейчас разобьется, усеяв весь каменный пол мелкими осколками.

Макс среагировал молниеносно. Он подлетел к Жанне, которая загораживала лампу, и, отпихнув ее, поймал стойку.

Оборудование оказалось спасено, чего нельзя было сказать о репутации Жанны. Она сошла с лица и чуть было не грохнулась в обморок, когда Макс вперил в нее гневный взгляд и тихо прорычал:

— Можете быть свободны!

Жанна опешила от такого обращения и словно в соляной столп обратилась.

— Кени! — крикнул Макс, и в дверях показалась прехорошенькая молоденькая сестричка. — Приготовьте пациента к погружению в сон, — велел он девушке, а потом снова уставился на Жанну. — Идите уже! — рявкнул он, и лаборантка вздрогнула. Подскочила на месте и понеслась наверх, совсем забыв о тележке.

Встреча с Максом выбила почву из-под ног Жанны. Она неслась в лаборантскую, не видя ничего вокруг. Свернула по дороге капельницу какого-то ковыляющего старика с бинтами на голове и в довершении этого сама растянулась на лестнице и расшибла колено. Но до своего рабочего места добралась.

Как только она влетела туда, тут же открыла шкафчик с препаратами и стала наугад ссыпать их в ладонь. Хотела наглотаться порошков и наглоталась бы. Спасла коллега Сона. Зрелая женщина лет пятидесяти, сердобольная и очень внимательная. Она вошла в лаборантскую следом за Жанной.

— Если ты собралась замешивать раствор для дезинфекции инструментов, то столько ингредиентов не нужно, — глядя на Жанну через стеклышки своих окуляров, сказала она. — А для того, чтобы поквитаться с жизнью, тебе хватит и этого, — Сона достала из шкафчика сильнодействующий препарат, который они давали пациентам для обезболивания. — Всего-то и надо увеличить дозу втрое. Смерть будет быстрой и приятной. А наешься всего подряд, останешься дурочкой или просто калекой.

— Я и так дурочка, — выбрасывая порошки в раковину, застонала Жанна.

Она съехала по стеночке на каменный пол и, уронив лицо в ладони, завыла.

— Ну ладно, будет тебе, — открывая другой шкаф и доставая оттуда бутыль, сказала Сона. А потом нацедила из нее жидкости в пробирку и протянула Жанне.

— Что это? — всхлипнув, спросила девушка.

— Лекарство. Не скажу, что хорошо помогает, но душевную боль ненадолго притупляет.

Жанна опрокинула все содержимое в рот и закашлялась. Глотку обожгло так, что из глаз брызнули слезы.

— Это ж спирт!

— Ага, — кивнула Сона и присела рядом с Жанной прямо на пол.

Она обняла ее и стала баюкать, как ребенка.

— Ничего, девочка, ничего, это пройдет. Должно пройти. Не ты первая, не ты последняя в лапы этого поганца попалась. Нехороший он человек, хоть и красавчик. Удивляюсь я даже, как можно было с таким прекрасным лицом уродиться, но при этом стать настолько испорченным. Хотя, знаешь, он в юности совсем другим был. Скромным.

— Макс?

— Ага, — кивнула женщина. — Милым таким мальчонкой к нам в клинику пришел. Ему лет пятнадцать было. Родители погибли в кораблекрушении. Не последние люди были в империи, вот главврач и взял Макса к себе на поруки. Выучил, выкормил и при себе оставил. Как сына его любит. Балует. Все ему позволяет.