Чтение онлайн

— Он погиб пять лет назад, — я смотрю на парня, отчего он последовал моему примеру, столкнувшись со мной взглядом, — Мой брат погиб пять лет назад.

— Мне жаль, — шепчу, не представляя сколько боли он в себе держит.

— Да, всем жаль, — он вот-вот сорвётся, его голос постепенно осипает, — но не родителям. Они словно забыли его, разве так можно?

Ответить на этот вопрос не могу, не имею права.

— Кирилл…

— Твою мать, они просто забыли о нем, будто его никогда не было!

Я молчу, не позволяя себе построить диалог с парнем, чья судьба явно превосходит мою по всем параметрам боли.

— Один лишь взгляд говорит о том, что они помнят… Помнят, кто убил их сына.

От его слов по коже пробежал холодок. Страшно ли мне? Очень. Но я стараюсь держать себя в руках, не понимая о чем говорит Соловьёв.

— Кирилл, — я дотронулась до плеча молодого человека, в мыслях строя наш разговор по маленьким кирпичикам, — Не понимаю о чем ты, но ты не можешь корить себя.

— Поверь, уж я могу, — он улыбнулся, но не так как всегда. Сейчас он напоминал безумного шляпника из книги «Алиса в стране чудес», — Все видят меня таким, каким окружающим хочется меня видеть. Кирилл Соловьев… Богатый сынок знаменитых предков, ублюдок и моральный урод от которого стоит держаться подальше, — говорит он, наблюдая за мной, — Нелли, ты ведь тоже боишься меня?

— Ч-что?

— Боишься? — снова спросил он. Наверное, нужно ответить правду, но не могу. Это ведь окончательно его убьет.

— Я не знаю что происходит с тобой, но нет, не боюсь, — набравшись храбрости, ответила я парню.

— Ложь…

— Кирилл…

— Забудь, — он вытер руковом правую щеку, а затем встал и посмотрел на трассу, — Если не против, я мог бы отвезти тебя домой.

Уехать домой и оставить его одного? Чтобы он снова что-то натворил, а я до конца жизни винила себя, что вовремя не оказалась рядом? Нет уж, увольте.

Тем более, я и сама не понимаю, но сейчас хочется быть рядом с этим человеком. Да, в этой жизни у каждого проблем хватает, но мне нужно помочь этому парню. Пусть моя помощь будет не профессиональной, но я сделаю все возможное, чтобы заставить его поверить в то, что он ни в чем не виновен. Я в это верю. Как бы он не пытался доказать другое.

— Нет.

— Что? — опешил Кирилл.

— Я еду с тобой.

Он пытается понять насколько мои слова серьезны, но убедившись, что я не лгу, улыбается уголками губ и молча подаёт мне руку.

До домика мы добрались быстро. Парень снова молчал, а я не пыталась вытрясти из него душу, успокаивая собственное любопытство. Если посчитает нужным, сам все расскажет.

— Надеюсь в этот раз обойдемся без сюрпризов, — проговорил он, оглядывая территорию.

Мне стоит только догадываться о смысле слов, но, кажется, я понимаю о чем он, ведь наша прошлая поездка кончилась семейными разборками и обидами.

Кирилл пропустил меня внутрь, закрывая за нами дверь на ключ.

Волнение в теле присутвует, но никакой паники нет, словно я на подсознательном мышлении понимаю, что парень не причит вреда. Он может быть занозой и грубияном, но уж точно не психопатом. Пришлось убедиться в этом на собственном опыте.

— Как ты? — сухой, даже чересчур типичный вопрос, но это большее, на что я сейчас способна.

— В порядке, — он стоит напротив и смотрит на меня благодарственным взглядом, — Наверное, стоит попросить прощения.

— Забудь, — останавливаю его, понимая, что Кирилл говорит глупость. Разве можно извиняться за свои чувства? Ему нужна была поддержка. Я его выслушала.

— Нет, я серьезно, — он усмехается, бросая рюкзак на рядом стоящий диван, — Ты за пять минут подарила мне больше внимания, чем мои родители за всю жизнь.

В тембре голоса слышна вина и боль. Разве можно винить себя за чужие ошибки? Его родители поступают неверно, игнорируя проблемы сына.

— Но они ведь любят тебя, — я правда пыталась найти что-то хорошее в его словах.

— Где-то в параллельной вселенной, — он подошёл к столику, взяв несколько писем в руки, — Отец заядлый бабник и мать карьеристка — идеальные родители о которых мечтает большая часть, не правда ли?

— Извини, если задела.

— Нет, я привык, правда уже не кажется такой жёсткой. Наверное, я сам в этом виноват.

— Но почему ты так коришь себя за прошлое? — я не успела договорить, так как парень застыл на месте, держа в руке одно единственное письмо, выронив остальные на холодный пол.

— Потому что я связан с его гибелью и они это знают! — не выдержав, повысил голос Кирилл, выпуская из рук последний лист бумаги, — Нелли, мой брат погиб из-за меня. Пять лет назад он должен был уехать из города и вернуться в Москву, но вместо того, чтобы отправиться на железнодорожный вокзал и ждать там свой поезд, он поехал меня искать. Искать пьяного ублюдка лет семнадцати, который снова решил провести время в компании шлюх! Разве можно такое забыть и жить спокойной жизнью?

Я молчала. Наверное, умом всё понимала, но сердцем не хотела отпускать эту ситуацию, догадываясь, что парень не простит себя за прошлое.

— Кирилл…

Он сжимает руки в кулаки, опуская взгляд и часто дыша. Пошли к черту все правила. Пошло оно всё! Я подхожу к молодому человеку и просто его обнимаю. Никто не должен быть одинок. В мире, где живёт несколько миллиардов людей это просто непозволительно!

Он обнимает меня в ответ, бережно прижимая к себе. Не хочу кричать и говорить ему, что границы вот-вот падут. Я наслаждаюсь моментом, разве может быть что-то чудеснее?

Весь день мы разговаривали обо всем, что было у нас на сердце. Я, как бы это не звучало, успела поделиться с парнем многими тайнами, не понимая куда подевался прежний Кирилл — главная звезда нашего универа.

Парень тоже не отставал, рассказывал о своем прошлом и семье, в которой тайн оказалось больше, чем в ящике Пандоры.

Как только начало смеркаться, Соловьёв предложил идею, от которой невозможно было отказаться. Мы вместе вышли на порожки, прихватив с собой пару кружек горячего чая и махровое одеяло, удобно устроившись рядом друг с другом под звездным небом.

Я каждый раз хотела себя ущипнуть и доказать, что сегодняшний день всего лишь прекрасный сон. Разве такое бывает? Девочка, чье общение заканчивалось на одном человеке — её самой, сейчас находится в компании популярного мальчика, количество друзей которого невозможно перечислить даже за час.