Чтение онлайн

– Боюсь, мне больше нечего добавить, мистер Паркер. Пожалуйста, уходите, или я вызову полицию. Вы преследуете господина Парагона.

– Нет, поправил я, – я преследовал бы его, если бы нашел. Сейчас же я досаждаю вам, мисс Торрэнс. Вы ведь мисс Торрэнс, не так ли? Вы чем-то недовольны? Определенно, у вас очень недовольный вид. Настолько недовольный, что я тоже начинаю расстраиваться.

Она одарила меня злобным взглядом и мягко добавила:

– Убирайтесь к чертовой матери, мистер Паркер. Я доверительно наклонился к ней:

– Знаете, Господь может услышать, как вы такое произносите.

Она круто повернулась на каблуках и пошла прочь. Сзади она выглядела намного лучше, чем спереди.

Я немного постоял, заглядывая сквозь решетку забора, словно нежеланный гость на вечеринке. Кроме джипа во дворе виднелась еще одна машина, видавшая виды голубая «хонда-сивик». Вряд ли мужчина с таким положением, как у мистера Парагона, будет ездить на подобном авто, скорее уж мисс Торрэнс разъезжала на ней, когда не возила босса. Я уселся в своем «мустанге», прослушал какие-то классические произведения на музыкальной станции NPR и продолжил чтение «Роллинг Стоунз». Я как раз начал сомневаться, не слишком ли поспешил приобрести сотню презервативов за 29,99 долларов, когда в проезде показалась белая «акура». Здоровенный мужчина в черной куртке и синих джинсах, с черным шелковым галстуком поверх белой рубашки подошел к окну моего автомобиля и постучал в стекло. Я опустил окно, взглянул на его значок и фамилию рядом с фотографией и улыбнулся. Эта фамилия была мне знакома по отчету о Грэйс Пелтье. Детектив Джон Лутц, офицер, который вел расследование, – собственной персоной. Правда, он относился к Третьему отделению по расследованию уголовных преступлений, которое контролировало дела в Мачиа, в то время как формально Уотервилл относился к территории, за которую отвечало Второе отделение.

Все интереснее и интереснее, как говорила Алиса в известной детской книжке.

– Нужна помощь, детектив Лутц? – поинтересовался я.

– Выйдите, пожалуйста, из машины, – попросил он и отступил назад. Большой палец правой ладони был на ремне, а остальные отвели назад полу куртки, приоткрыв рукоятку револьвера сорок пятого калибра. Ростом он был больше шести футов, в отличной физической форме: плоский живот под рубашкой, ни грамма жира. Карие глаза, темные усы аккуратно подстрижены. Судя глазам, ему можно было дать лет сорок с небольшим.

– Повернуться спиной ко мне, руки на машину, широко раздвинуть ноги, – приказал он.

Я собирался что-то возразить, когда он неожиданно врезал мне так, что я развернулся и отлетел к машине. Стремительный и сильный удар застал меня врасплох.

– Полегче, – прохрипел я, – будут шрамы.

Он ощупал меня, но не обнаружил ничего. Я не был вооружен, и это, похоже, огорчило Лутца. Он нашел только бумажник.

– Можно повернуться, мистер Паркер, – сказал он, когда закончил. Я увидел, что он разглядывает мою лицензию, пару раз взглянул на меня, словно пытаясь высмотреть какие-то признаки сомнительности, чтобы найти повод задержать меня.

– Почему вы крутитесь вокруг дома господина Парагона, мистер Паркер? Почему вы преследуете его персонал?

Он не улыбался, голос звучал низко и ровно. Он даже говорил как Картер Парагон.

– Я хотел договориться о встрече.

– Зачем?

– Я заблудшая душа, мне нужен поводырь.

– Если вы ищете дорогу к себе, делали бы это в другом месте.

– Куда бы я ни пошел, все тот же я.

– Как нехорошо.

– Я научился жить с этим.

– Как мне кажется, у вас не такой уж большой выбор, а у господина Парагона он есть. Если он не хочет вас видеть, вам следует принять это и отправляться отсюда подобру-поздорову.

– Вам что-нибудь известно о Грэйс Пелтье, детектив Лутц?

– Какое вам до этого дело?

– Меня наняли для расследования обстоятельств ее смерти. Кто-то мне сказал, что вам кое-что известно об этом деле.

Я специально сделал паузу, так что вся двусмысленность фразы какое-то время явно висела в воздухе, словно наполняя его тиканьем часового механизма, установленного на бомбе. Пальцы Лутца крепко обхватили ремень, но это было единственным знаком того, что его спокойствию приходит конец.

– Мы сделали вывод, что мисс Пелтье покончила с собой, – ответил он. – Мы никого не разыскиваем по этому делу.

– Вы опросили мистера Парагона?

– Я говорил с ним. Он никогда не встречался с Грэйс Пелтье.

Лутц слегка сместился влево. Он стоял спиной к солнцу, оно как раз светило поверх его плеча прямо мне в глаза. Я поднял руку, чтобы сделать некое подобие козырька и прикрыть глаза от ослепляющего света, и его рука тут же дернулась к оружию.

– А-ах ты, – выдохнул он.

– Излишняя поспешность, детектив, – я осторожно опустил руку.

– Иногда вокруг мистера Парагона крутятся опасные люди, – ответил он. – Часто порядочные граждане оказываются в опасности из-за своей праведности. Наш долг – защищать их.

– Разве это не работа полиции Уотервилла?

Он пожал плечами:

– Секретарь мистера Парагона предпочла обратиться ко мне. У полиции Уотервилла немало других дел.

– А у вас нет?

Впервые за весь разговор он улыбнулся:

– У меня сегодня выходной, но для мистера Парагона я всегда найду время.

– Закон всегда на страже.

– Это точно, и я сплю с открытыми глазами, – он протянул мне бумажник. – Так что уезжайте отсюда, и не попадайтесь мне больше на глаза в этих местах. Если нужно договориться о встрече, обращайтесь в рабочее время, с понедельника по пятницу. Я уверен, его секретарь с радостью вам поможет.

– Ваша вера в нее достойна восхищения, детектив.

– Вера всегда достойна восхищения, – ответил он и направился к машине.

Я был уже точно уверен в том, что мне не нравится детектив Лутц. Интересно, что будет, если его подразнить. Я решил узнать.

– Аминь, – сказал я и добавил, – если вам все равно, я предпочту остаться и почитать свой журнал.

Лутц остановился, затем быстрым шагом вернулся ко мне. Я видел, как на меня надвигается удар, но стоял, прислонившись к машине, и все что я мог сделать, так это увернуться вбок, чтобы удар пришелся по ребрам, а не в живот. Он ударил меня с такой силой, что мне показалось, я даже услышал треск сломанного ребра, волна боли накрыла меня и докатилась до кончиков пальцев ног. Я соскользнул по крылу машины и опустился на дорогу, тупая боль заливала живот и пах.

Тошнота подкатила к горлу. Лутц наклонился и нажал пальцами точки за ушами. Он использовал специальную болевую технику, и я просто завизжал от боли, когда он заставил меня встать.

– Не стоит придуриваться со мной, мистер Паркер, – заявил он. – И не надо насмехаться над моей верой. А сейчас полезай в машину и проваливай отсюда, мистер.

Давление стало меньше. Лутц подошел к своей машине, уселся на капот, ожидая, когда я уеду. Я обернулся на дом Парагона и заметил в окне верхнего этажа женщину, она наблюдала за мной. Забираясь в машину, я готов был поклясться, что видел улыбку мисс Торрэнс.