Чтение онлайн

– Почему всегда именно мне приходится первым возиться с твоими чертовыми прототипами? – спросил он Кворлза, чтобы хоть как-то нарушить молчание. Ответ он знал заранее.

– Потому что вы единственный, кому платят достаточно много, чтобы рискнуть ударной декомпрессией. Кроме того, вы сами вызвались.

– Напомни мне, чтобы я больше такого не делал.

Дэкерт огляделся.

– Не следовало нам делать все это без инфравизора.

– Вы сами сказали снять со шлема ИСПО [2] , чтобы мы могли сымитировать ситуацию сбоя питания, – ответил Кворлз. – Посмотрите вниз, убедитесь, что в точке Альфа чисто. Радар пока ничего не показывает, но если внизу будет неровно, нам понадобится не меньше двадцати секунд на смену траектории.

Дэкерт вытянул шею вперед насколько смог, чтобы глянуть поверх нижнего края шлема, в надежде, что сосредоточение на этом действии поможет справиться с головокружением. «Пилотов тошнить не должно», – подумал он. Однако пилоты обычно находятся внутри корабля, а не в свободном падении в темноте. Идущий изо рта пар начал конденсироваться внизу лицевого щитка скафандра. Он начал медленно поворачивать нашлемные лампы, и пятна света заскользили в черноте. Слишком узкие лучи, чтобы его зрение смогло восстановить ощущение, где верх, а где низ. Дэкерт сделал лучи пошире и увидел поверхность. Там, где ему предстояло приземлиться, виднелась лишь мелкая лунная пыль, реголит, превращенный в мельчайший порошок за миллиарды лет непрекращающейся бомбардировки из космоса.

– Похоже, ничего, кроме реголита, – сказал Дэкерт в промежутке между вдохами и выдохами. – Небольшие камни, брекчия, метров сто на север, небольшой хребет на востоке, но точка Альфа, похоже, чиста. Напомни-ка мне, черт подери, еще раз, что я должен делать перед ударом.

– Ударом? Боже, босс, чуточку больше веры. Движки вас уже тормозят. Прилунитесь, как на перину. Делаете два шага так, будто ведете мяч в баскетболе, и нажимаете «ПЕРЕЗАПУСК».

– Как ты думаешь, мне много раз доводилось вести баскетбольный мяч?

– Это уж точно, белый.

– Ага, сам ты белый, Кворлз.

– Ну, вы же видели, наверное, как это делается? В любом случае стартовый отсчет запустится автоматически, а компьютер рассчитает поправки для двигателей. Мы рассчитали следующий прыжок на тысячу пятьсот метров. Потом до «БС-7» останется еще два прыжка.

– Принято.

«Еще два прыжка, если ничего не случится и я не улечу в космос», – подумал Дэкерт. Физику он терпеть не мог даже тогда, когда ему страшно не было, а сил рассчитывать скорость ухода у него тем более не было, однако он знал две вещи. Во-первых, если двигатели не выключатся в нужный момент, он полетит дальше в космос; во-вторых, если они не включатся вовремя на спуске, даже слабая гравитация Луны разгонит его до такой скорости, что он шлепнется, будто снежок на бетонную плиту. И отказом «БС-7» придется заниматься кому-то другому.

Уже после того, как они заберут его мороженые останки.

– Два-ноль, обратная тяга – восемьдесят процентов, скорость спуска – один метр в секунду, – сказал Кворлз.

Дэкерт снова сосредоточился и увидел, как пятна света на лунной поверхности становятся отчетливее. Цветные точки на краю поля зрения превратились в камни, трещины толщиной в волос – в глубокие резкие борозды. Его дыхание участилось. На индикаторе мигали цифры, появились стрелки, указывающие на то место, где ему предстояло прилуниться. Зазвучал тихий предупреждающий сигнал.

– Пять секунд.

Пять секунд прошли мигом, и вот он уже бежит по покрытому пылью дну кратера. И снова взлетает в космос, со дна Диониса. Двигатели, закрепленные на ботинках и на спине, зашипели, выбрасывая пропеллент, на индикаторе снова замелькали красные и зеленые цифры и шкала высоты.

– Сотня метров, набор высоты, – сказал Дэкерт, глядя на цифры и чувствуя, как ускорение слегка вдавливает его в скафандр. – Ориентация – семьдесят, в пределах курса.

– Вас понял, босс, – ответил Кворлз. – Чудесная штука – летать на дистанционном. Три-ноль до апогея, два-шесть до реверса тяги.

– Как у нас дела с радиацией?

– Солнце спит, да и в любом случае стены кратера закрывают. Часов шесть без проблем. Похоже, сегодня на Луне чудный денек.

Он прилунился у «Буровой станции-7» спустя десять минут. Холодно и черно, как внутри Библии. Зона добычи воды и водородосборный реактор должны были быть освещены стоящими по периметру трилиптическими лампами-маяками. Ан нет. Дэкерт перенастроил нашлемные лампы и сделал несколько осторожных шагов, пытаясь избавиться от головокружения. И потихоньку двинулся к каньону, рассекавшему дно кратера на северо-западе, будто перст, указывающий на мертвую поверхность Маре Вапорум, Моря Паров. Несколько секунд разглядывал монотонную серую поверхность, пока не заметил проблеск белого.

– О’кей. Я на месте. Просевная машина – на восточной стене, метрах в двадцати ниже меня. Не работает. Поврежденной не выглядит. Будто просто выключена.

– Вас понял. Что насчет пульта управления реактором?

– Все выключено. Освещения нет. Направляюсь туда.

Дэкерт забрался на гребень, к посту управления реактором, более всего походившему на телефонную будку, которую кто-то зачем-то влепил посреди лунной поверхности. Еще не дойдя, он понял, что все выключено. Добравшись до пульта, стер пыль с прочного стекла плазменного экрана и увидел перед собой черноту. Подходя ближе, Дэкерт ударился обо что-то ботинком и посмотрел вниз.

– О, боже.

– Что?

– Один из элементов питания снят с шасси. Стоит рядом, на поверхности.

– Вы хотите сказать, физически снят?

– Да.

– Какой?

– Погоди. А6.

– Он поврежден?

– Возможно, пыль попала, но в остальном – нет. Не знаю, стоит ли мне пытаться его назад вставить. Какие будут рекомендации?

Кворлз замолчал на пару секунд.

– Обдуть как можно лучше из баллона со сжатым воздухом и вставить обратно, и аккуратнее, пожалуйста. Вероятно, нам придется еще сюда вернуться и заменить привод. Давайте убедимся в том, что это главная проблема.

– Принято. Перезапуск через минуту.

Дэкерт сдул лунную пыль с поверхности треугольного элемента питания, тщательно, как только мог, воткнул его обратно в шасси и щелкнул тумблером. На плазменном экране мелькнули красные и зеленые точки. За спиной начали одна за другой загораться ксеноновые лампы.

– Заряжается, – сказал он, обходя пост управления. – Вот только не понимаю, почему мы продолжали получать телеметрию, когда элемент уже был вынут?

Кворлз задумался на пару секунд. Казалось, Дэкерт слышит, как скрипят извилины в его мозгу.

– Точно не знаю. Это привод с переменной частотой и усовершенствованной схемой переключения элементов. Если один из элементов выходит из строя, он автоматически изолируется, а нагрузка перераспределяется на остальные. Соответственно они расходуются быстрее.

Дэкерт продолжил идти вокруг поста по расширяющейся спирали.

– Значит, кто бы это ни сделал, он знал, что машина откажет не сразу, а мы не получим никакого сигнала о неисправности, так?

– Это так, – согласился Кворлз. – И они знали, что нельзя убирать элемент из узловой точки цепи, иначе все бы сразу вырубилось.