Чтение онлайн

Подсчитав адроанскую пехоту, Тамас в мгновение ока оценил ситуацию. Сотни полегли мертвыми и ранеными, но стольким же удалось добраться до относительной безопасности под стенами, и еще больше наступало по каменистой, бесплодной земле. Он надеялся, что людей хватит, чтобы захватить форт.

«Просто помоги мне добраться до верха», – взмолился он, не обращаясь ни к какому конкретному богу, закинул мушкет на плечо и приготовился рвануть по первой приставленной лестнице.

Бьющая со стен магия усилилась, оставляя на земле выжженные следы. Задние ряды дрогнули. Тамас молча выругался, призвав своих держаться.

Где-то позади, у артиллерийских позиций раздался протяжный скорбный звук горна.

– Проклятье, нет. У нас получится. – Тамас глянул наверх. – Людей хватит, у нас получится!

Солдаты прекратили штурм и побежали обратно к адроанским позициям, побросав лестницы, снаряжение и мушкеты.

– Сержант, это отступление, – сказала Лиллен, схватив Тамаса за руку.

Он стряхнул ее.

– Проклятье, я знаю! Почему мы отступаем? Мы близко, как никогда. Придурки!

– Сержант!

– Знаю, иду.

Тамас бросил еще один взгляд на стены. Нужно просто попасть внутрь.

***

– Мы могли бы взять эти стены, сэр.

Тамас расхаживал взад-вперед по маленькой палатке капитана Перега. Сухой пустынный воздух отдавал поражением. В этот вечер во всем лагере было мрачно, угрюмо и тихо, лишь из палаток хирургов доносились крики раненых.

Капитан Перег сидел, закинув ноги в сапогах на койку и откинувшись на спинку стула, и озадаченно смотрел на разложенные перед ним на тумбочке игральные карты. На кровати лежал темно-синий мундир. Пуговицы его белой нижней рубахи были расстегнуты, ворот помят и промок от пота. Он почесал коричневые бакенбарды, взял карту, и, помедлив, вернул на место.

– Капитан! – Тамас отвлек Перега от игры. – У нас могло получиться.

Перег глубоко вздохнул.

– Даже не знаю, что тебе сказать, сержант. Генерал Сеске решил иначе, и обзор поля битвы у него был лучше, чем у тебя.

– Я был на этом поле, сэр.

– А он видел картину в целом. Не нужно сомневаться в генерале. Он уже больше десяти лет в офицерах.

– Это как-то мешает ему принимать ужасные решения?

– Слишком много солдат погибло, прежде чем удалось добраться до стен. Дальнейшая атака стоила бы нам еще больше жизней.

– Или мы бы успешно довели осаду до конца, – возразил Тамас.

– Сеске – генерал. Наш генерал.

– Не по заслугам, – проворчал Тамас.

Взяв карту, Перег ткнул ею в сторону Тамаса.

– Послушай-ка, сержант. Я не позволю тебе порочить офицеров короля даже в приватной беседе, а особенно мужа моей тетки, пусть мы с ним и не в лучших отношениях. Ты хороший солдат, и я терплю тебя, потому что ты стоишь трех сержантов, но не забывай свое место. Ты простолюдин. А у Сеске благородная кровь.

– Я думаю, в этом-то и проблема.

Перег пожал плечами.

– Ничего не поделаешь.

«Тебе легко говорить, – подумал Тамас. – Ты младший сын барона. Через двадцать лет сам станешь генералом, а мне к тому времени повезет дослужиться разве что до капитана».

– Сколько ты потерял сегодня из своего отряда? Одного? – спросил Перег.

– Джердин ранен, но вряд ли переживет ночь.

– Видишь? – Перег вытряхнул песчинки из уха. – И чего ты не в восторге? Пережил день, как и большинство твоих людей. На мой взгляд, это победа.

«Ты мне нравишься, Перег, но ты идиот».

– Нам повезло. Не более. Капитан, мне нужно попасть за эти стены.

Перег вскинул голову от карт.

– Никак не успокоишься насчет повышения?

– Вы сами сказали, сэр, я простолюдин. – Тамас склонился над тумбочкой. – Для меня единственный способ стать офицером – проявить доблесть в бою.

– Ты пороховой маг. Проклятая машина для убийства, это сразу видно. В любой другой стране тебя бы сразу повесили. Избранным... – понизив голос, Перег оглянулся через плечо, будто колдун прятался в углу палатки, – избранным не нравится, что у вас есть сила. Радуйся, что дослужился до сержанта. Если когда-нибудь станешь мастер-сержантом, можешь гордиться карьерой. Во имя Кресимира, тебе всего девятнадцать, а ты уже сержант!

Разумеется, Перег прав. Даже если не брать в расчет происхождение, аристократы и их ручные колдуны презирают пороховых магов. Они утверждают, что пороховая магия примитивная и пользуются ею только отбросы человечества. Тамас знал правду – они боялись того, на что он способен. Он обдумал, как объяснить Перегу всю неотложность своей ситуации, тяжесть в груди, с которой он просыпается каждое утро из-за того, что не продвигается по служебной лестнице. Нельзя расслабиться даже на одну кампанию, потому что в вопросах карьеры все складывается против него.

– Если понадобится, я сам зачищу проклятый форт, сэр. Мне просто нужно попасть за стены, и гарнизон падет. Ручаюсь.

– А мне, – сказал Перег, хмуро глядя на карты, – нужно выиграть эту партию, иначе я прерву фантастическую серию.

Тамасу захотелось выбить из-под Перега стул и посмотреть, как он плюхнется на задницу.

– Дама грачей.

Перег нахмурился еще больше, перебирая взглядом карты, потом его лицо прояснилось.

– Ага, вот она. Спасибо, сержант! Слушай, выдай-ка своим людям дополнительную порцию пива за сегодняшние старания. – Он поднял взгляд, задумчиво постукивая по даме грачей. – И послушай мой совет: простолюдина амбиции не до добра доведут, а сведут в могилу.

***

– Как Джердин? – спросил Тамас, вернувшись к небольшой группе палаток, занятых двадцать вторым отрядом девятого пехотного полка его королевского величества.

Рядовой Фартинг оторвал взгляд от длинной ветки полыни, которой ворошил навозный костер. Среднего роста парень, с щербатым лицом, обожженным за долгие годы под солнцем Гурлы. Когда Тамас встретил его впервые, Фартинг был упитанным малым, задыхавшимся на каждом шагу. Однако военные кампании его закалили, и теперь он больше напоминал потрепанный лоскут обувной кожи.

– Умер полчаса назад, – ответил Фартинг.

Тамас опустился на соседний табурет и потер виски. Еще одного не стало. Трое погибли в предыдущем неудачном штурме, двое еще раньше. Интересно, сподобятся ли перевести к нему новых солдат или просто подождут, пока он не отдаст концы, и отправят его отряд под командование другого сержанта.

– А как рука Мордесии?

– Просто царапина. Заживет через неделю, если рана не загноится. Сержант, можно вопрос?

– В чем дело?

– Поговаривают, что другой сержант слышал, как я жаловался сегодня в строю. Меня ведь не отдадут под расстрел? Я просто немножко поныл. Они ведь это знают?