Чтение онлайн

– О нет… нет, что вы! Так любезно с вашей стороны справиться об этом, милорд. Вы, право, очень, очень добры.

– Ну, будет тебе болтать, Элиза, – осадила ее хозяйка. – Присаживайся, Бонем. Где Трент… я велела ему принести… ах, вот ты, голубчик. Давно уж пора. – Она повелительно махнула дворецкому веером. – Что там у тебя?

– Мадера девяносто третьего года, ваша светлость. И ликер, – ответил слуга, водружая поднос на консоль. – Прикажете налить? – Он поднял графин.

Герцогиня фыркнула.

– Да уж, сделай милость.

Трент разлил вино. Гарри поднес бокал бабке, после чего взял второй и предложил его мисс Кокс.

– Миндальный ликер, мэм, – сказал он, ставя бокал на круглый столик подле нее.

– О, благодарю вас, милорд. Это мой любимый. Как мило, что вы помните… как мило.

– Все потроха от него слипнутся… от этой сладкой дряни, – проворчала герцогиня, делая маленький глоточек из своего бокала. – Хм… а ведь недурственно… совсем недурственно. Грейсчерч всегда знал толк… по крайней мере в некоторых вещах, – присовокупила она. – Хотя лошади от осла не отличит, ей-богу.

Гарри воздержался от замечаний. Он сел на позолоченный стул против бабки, с наслаждением пригубил мадеру. И стал ждать.

Двоюродная бабка снова подняла лорнет и смерила его внимательным взглядом.

– Что-то не так, мэм? – осведомился Гарри.

– А ты недурно выглядишь, – признала она. – Что ни говори, племянник, а одеваться ты всегда умел.

Гарри ограничился слабым наклоном головы. Зная о старомодных вкусах своей бабки в отношении моды, он, собираясь на ужин, предпочел панталонам брюки до колен, надел консервативный белый жилет и черный сюртук. Туалет бабки – кринолин лавандового шелка с темно-зелеными бархатными бантами – принадлежал совсем другой эпохе, как и ее завитой напудренный парик, украшенный тремя страусовыми перьями и какой-то конструкцией, напоминавшей птицу в клетке.

– Как поживает его светлость? – поинтересовался Гарри.

– О, как всегда – все стонет. А виноват во всем сам… Не желает слушать лекарей. Как-то на днях выпил с Гамильтоном бутылку портвейна и с тех пор лежит в лежку, – сказала герцогиня, подтверждая подозрения Гарри. – Но я приехала в город, чтобы поговорить с тобой. Когда ты найдешь себе новую жену, Бонем?

Гарри и раньше уже догадывался, к чему все идет.

– У меня нет такого намерения, мэм. – Он встал, чтобы подлить себе вина.

– Вздор… у тебя есть обязанности перед семьей. Тебе нужен наследник.

Гарри обернулся с графином в руке.

– У меня еще двое братьев, мэм. Каждый из них вполне может принять и титул, и владения. У обоих есть сыновья. Род не угаснет. – Он приблизился к герцогине с графином и подлил ей вина.

– У них на двоих и одной-то головы не станет, – презрительно обронила леди. – Ты сам прекрасно знаешь, Бонем, что они тебе и в подметки не годятся.

– Тут я с вами не согласен, мэм. И Эдмунд, и Роберт не испытывают никаких затруднений, управляя своими имениями, равно как своими жизнями и своими семействами. – От его тона повеяло холодом, а речь зазвучала четко и резко. Он вернулся на свое место и посмотрел на бабку поверх бокала.

Герцогиня надулась. По-другому и не скажешь, подумал Гарри, сдерживая смешок. Бабка знала, что он никогда не потерпит критики в адрес своей семьи, а посему в разговоре с ним, как правило, следила за своими словами. Но мадера, как видно, развязала ей язык.

– Ну и что ж! – Она махнула веером. – Воля твоя, думай что угодно, но тебе пора снова жениться. Четыре года ведь минуло. Никому теперь и дела нет до той давней истории.

– Дело есть его светлости. – Гарри сделал глоток вина.

– Ах, ты об этом старом болване! – Герцогиня, недовольно хмыкнула, посчитав пустыми упоминания о бывшем тесте племянника. – Герцог никогда дальше своего носа не видел. Хотя должен был знать, что его дочь…

– Простите, мэм, но с меня довольно, – сказал Гарри тихо, но твердо. – Я не желаю больше говорить об этом.

Его слова заставили герцогиню замолчать на несколько минут. Элиза Кокс, казалось, слилась с креслом, полностью погрузившись в рукоделие. Гарри сидел с невозмутимым видом, его лицо ничего не выражало.

– Ты будешь сопровождать на ужин Примроуз Таллант, – неожиданно объявила герцогиня, словно перед этим не было никакого разговора. – Она, надо признать, простовата, но вовсе не глупа. И потом, за ней двадцать тысяч фунтов.

– Вряд ли мне нужно жениться на деньгах, мэм, – со вздохом проговорил Гарри.

Герцогиня снова фыркнула.

– А по-моему, ты и сам не знаешь, что тебе нужно.

Гарри решил, что предмет не стоит обсуждения.

– Я надеялся уговорить вас и леди Сефтон нанести визит одним моим знакомым, мэм, – сменил он тему. – Они в Лондоне недавно. Думаю, знакомство с ними вам может доставить удовольствие.

Герцогиня пристально воззрилась на него.

– Что навело тебя на эту мысль… кто они такие?

– Виконтесса Дагенем, ее невестка, леди Фарнем, и их подруга леди Ливия Лейси.

Бабушка нахмурилась.

– Лейси… родственница леди Софии, что ли?

– Вероятно, какая-то родственная связь между ними существует, – ответил Гарри. – Поскольку леди Ливия унаследовала дом леди Софии на Кавендиш-сквер.

– Хм. – Герцогиня кивнула. – София в свое время была женщина хоть куда… старше меня, конечно… мы вращались в разных кругах. – Она задумчиво погладила подбородок. – Hу и какова девчонка?

Гарри пожал плечами.

– Я по сути ее не знаю. Производит приятное впечатление.

– Так какой у тебя-то в этом деле интерес? – осведомилась герцогиня, не сводя с Гарри своего проницательного взгляда.

– Я не имею в деле никакого интереса, мэм, – терпеливо объяснил Гарри. – С этими дамами я познакомился совершенно случайно. Представление в обществе пойдет им на пользу. Леди Дагенем и ее невестка – вдовы, – не вдаваясь в детали, пояснил он ей положение.

Герцогиня слушала, в кои-то веки не прерывая его своими громкими восклицаниями, и, когда Гарри закончил, сказала только одно:

– Что ж, пожалуй, можешь отвезти меня на Кавендиш-сквер. Погляжу, что за птицы.

– Весьма вам признателен, мэм. – Он так и знал: его слова пробудят в герцогине любопытство. Почувствовав лишь намек на то, что племянника заинтересовала какая-то женщина, ей незнакомая, герцогиня не могла оставаться в стороне, но старалась незамедлительно узнать все подробности. Однако какими бы ни были ее побудительные мотивы, был важен результат – Корнелия с подругами будет представлена в обществе.