Чтение онлайн

– Куда ехать-то? – снова с тоской повторил первый извозчик. – Наживешь с вами беды. Эх!

– К тому дому подъезжай, видишь?.. – Павлов указал на многоэтажный каменный дом.

Ему не улыбалась бесконечная уличная гонка. Он решил, что сквозь подъезд дома сможет выйти во двор, а там в другой переулок. Извозчик подкатил к подъезду.

Николай кинул ему трехрублевку и бросился внутрь. В то же время вспененная морда филькинской лошади показалась из-за угла.

Извозчик Николая отъезжал, крутя головой и вздыхая. Филькин увидел раскрытый подъезд. Он понял все. Он на ходу соскочил с извозчика у подъезда.

– Будешь ждать здесь!.. – крикнул Ферапонт Иванович, – Сейчас вернусь! Не дождешься – в части отдам! Понял?..

И вслед за Николаем он бросился в блестящий подъезд…

Но, вбежав внутрь, Николай увидел, что здесь нет никакого внутреннего хода. С отчаянием он оглянулся кругом. Блестящий вестибюль был пуст. Швейцара не было видно. Стеклянные дверцы подъемной машины были открыты, освещенная кабинка стояла внутри.

Николай вскочил в нее. Захлопнул дверцу. Филькин уже вбегал в подъезд.

В стенных зеркалах Николай еле рассмотрел свое красное и потное лицо. Он нажал кнопку, и первый этаж стал быстро проваливаться вниз.

Кабинка подымалась, а Николай соображал, стоя у ее дверцы. В последний момент он увидел, как Филькин отчаянно махнул рукой и стал взбегать по лестнице вверх. Позвонить кому-нибудь, попросить спрятать? Этим он выдаст себя, да и нельзя надеяться на помощь жильцов такого богатого дома. Внезапно ему пришла в голову новая мысль.

Сейчас Филькин бежит по лестнице, чтобы настигнуть его. Теперь он, верно, уже во втором этаже… Николай снова нажал кнопку и стал спускаться обратно.

Ровные серые ступени проплывали мимо. Он увидел всклокоченное лицо Филькина: сыщик бежал вверх, прыгая через две ступеньки. Вот, он замер: лифт с Николаем исчезал в пролете внизу. С диким ругательством Филькин кинулся обратно.

Лифт дрогнул и остановился. Николай толкнул дверцы. Извозчик Филькина терпеливо ждал седока. Других извозчиков не было на улице.

– Слушай, товарищ!.. – крикнул Николай, подбегая. – Ты ждешь этого охранника, да… Так вот… Если увезешь меня от него – дам пятерку. Если не согласен, убью, как собаку!

Он вскочил в дрожки и вынул из кармана револьвер…

Когда выбежал Филькин, он увидел пустую улицу и своего извозчика, уже подъезжающего к углу. Николай спокойно сидел в экипаже. Ферапонт Иванович задохся и, подняв кулаки, бессильно погрозил вслед уехавшему врагу.

Вечером этого дня обитатели восточной лавки пережили много тревожных и мрачных минут.

Николай не возвратился. Он должен был прийти домой к пяти часам, но давно пробило пять, приблизился вечер, наступила ночь, а Николай все еще не возвращался.

Несколько раз Ольга, белокурая жена Вачнадзе, выходила на тротуар, глядя вдоль темнеющей улицы с рядом незажженных фонарей. Но она смотрела напрасно: только шли одинокие прохожие, да скучающий городовой прохаживался взад и вперед, каждый раз поглядывая на нее.

– Сандро, – с тоской повторяла Ольга, возвращаясь в магазин. – Сандро, с Николаем несчастье! Я чувствую: он арестован. Его выследили. Я уверена, Сандро!

Вачнадзе был тоже встревожен. Он сидел молчаливо около пузатых мешков и поглядывал то в окно, то на свою мнимую жену. Наконец, он встал я тихо подошел к женщине, стоящей у окна.

– Бэспокоишься? – сказал он тихо и ласково. – Нэ бэспокойся, товарыщ, брось! Ныколай нэ такой, он нэ дастся! Ждать будэм, дождемся! Смотры, скоро придет Николай!

Но он тоже хмурился и вздрагивал, когда на улице раздавались шаги и за стеклом мелькал какой-нибудь прохожий.

Вечером прибыл рис на подводе транспортной конторы. Подводу сопровождал Федин. Он тоже встревожился, узнав, что нет Николая. Но в одном он был уверен: он знал, что за конторой не установлено слежки.

Говоря это, он стоял у прилавка спиной к окну. Ольга крепко схватила его за локоть.

– За вами не следят? – странным голосом сказала она. – Вы уверены в этом? Смотрите!

Она показала в окно. Там серела пустая подвода. Рис уже успели снести в подвал. На другой стороне прохаживался у подъезда чернобородый господин в котелке с потрепанным зонтиком подмышкой.

– Товарищ Ольга, это слишком! – рассмеялся Федин. – Вот этот напротив? Это просто случайный прохожий! Я уверен, никто не следил за мной. Он сейчас уйдет, вот смотрите!

И действительно, человек в котелке взмахнул зонтиком и, как ни в чем не бывало, стал уходить влево. Вачнадзе вышел запирать магазин…

На следующее утро он снова стоял на согретой солнцем улице и раскрывал дощатые желтые ставни цитрины. Он замер. Чья-то грузная руна легла ему на плечо.

Длинноусый городовой, его новый приятель, стоял сзади и мрачно смотрел на него. Вачнадзе подскочил и расплылся в приветливой улыбке.

– Гаспадын начальник! – крикнул Вачнадзе. – Здравствуйте, с добрым вас утром! Пошлы в магазин – кавказское вино пить!

– Подожди ты с вином! – хмуро сказал городовой. – Ты вот что скажи: приказчик-то твой где?

– Приказчик? – сердце Вачнадзе упало. – Приказчик дома, товар разбырает приказчик…

– Товар разбирает? – насмешливо повторил городовой. Он вдруг выкатил глаза и повысил голос. – Ты зачем врешь? Кому ты врешь? Говори!

– Пачему вру? – Вачнадзе съежился и отступил. «Кончено, раскрыли!» – мучительно стукнуло внутри.

– Дурак ты толстоносый, – городовой склонился вперед, переходя в доверчивый шёпот. – Чёрт тебя знает, почему ты врешь! Или уж совсем ты божий человек? Да ты знаешь ли, что приказчик твой с женой твоей крутит!

– С женой? – выкрикнул Вачнадзе, замирая.

– Ну да, дурак, а я про что же! – продолжал шептать городовой. – Мне-то что, я только так, тебя жалея! У меня, может, у самого две жены сбежало. У Николая твоего морда гладкая, волос рыжий… Бабы таких-то и любят. Ставят они тебе роги, ты мне поверь!

Он приблизил свои усы вплотную к уху Вачнадзе и продолжал:

– Расскажу я тебе, брат, что я вчера у тебя разнюхал. Зашел я утром к тебе в магазин. Тебя нет, дверь в заднюю комнату открыта. Заглянул я туда, и что же я увидел?