Чтение онлайн

С другой стороны моя башня тоже закрывается. И замка целых два, другое дело, что несколько проржавевшие, зато и засов имеется.

И вообще...

– Я ведь знаю твою руку...

– Которую?
– на всякий случай я вытянула обе.

– Эгле, я серьезно... я пока молчу, потому как скандал и мне без надобности, но ты заставляешь меня поступать некрасиво.

– Еще более некрасиво, чем раньше?

– Если я обращусь в службу безопасности...
– он выразительно замолчал, позволяя мне додумать. Наверное, два года тому я бы испугалась. Само словосочетание - служба безопасности - произносилось иначе, с легким придыханием и тихо, будто опасаясь, что там узнают...

Два года назад.

В бездну время. Хотя порой оно будет полезно.

– Надеюсь, у тебя есть доказательства, - руки я убрала за спину.
– В противном случае я вынуждена буду отписать брату, что ты вновь... как там... пытаешься давить на меня и нарушить мое хрупкое душевное равновесие. Нехорошо...

– Думаешь, самая умная?
– Мар нехорошо сощурился.

– Думаю, что шантажист из тебя хреновый, - искренне сказала я.
– Если это все, то я, пожалуй, пойду... и тебе стоит вернуться.

А мне убраться, поскольку завтра, полагаю, Мар вернется и не один.

Глава 8

...я оказалась права.

Тот же цеппелин кружил над башней, пытаясь пристроиться к швартовочному шпилю, а сала Терес вполголоса матерился. Не на меня. На криворукого пилота, не способного выполнить элементарную стыковку.

С Маром прибыли трое.

Грузный, отягощенный немалым весом и долгом, чиновник, на сером пальто которого мышиным хвостом болталась ранговая лента. Маров поверенный, человек редкой степени занудства, но в целом весьма полезный. И рыжий тип в мятом костюме.

Та самая служба безопасности?

Или всего-навсего надзор?

Тип представляться не спешил, он позевывал и ежился под порывами пронизывающего ветра, а еще крутил головой, и длинные волосы его то поднимались облаком, то опадали, закрывая глаза. Тип убирал их, но местные ветра слетелись на новую игрушку.

– Терес, засранец ты этакий, - дружелюбно сказал толстяк, вытирая пот со лба.
– Чего ты творишь?

– Чего хочу, то и творю, - отозвался хозяин Ольса.
– Я в своем праве.

– Только если оно не вступает в противоречие с законом.

...их пустили в замок.

И рыжий, будто очнувшись ото сна, встрепенулся, отряхнулся и вытащил из рукава золоченую бляху, от которой пахнуло силой. Все-таки служба безопасности. Та самая, королевская, от которой человеку здравомыслящему стоит держаться подальше.

– У меня есть ордер на обыск замка, - сказал он мягко, будто извиняясь и за ордер, и за бляху, и вовсе за свое здесь присутствие.
– А потому, может, не будем тратить ваше и наше время. И вы сами во всем признаетесь?

Толстяк поморщился.

Мар посмотрел на меня преснисходительно: мол, я тебя, глупенькую, предупреждал. Не вняла? Сама виновата. Но если очень и очень попросишь, я тебе помогу.

– В чем?
– уточнил сала Терес, которого, кажется, ни бляха, ни рыжий не впечатлили. А ведь все знают, что в СБ не берут бездарей.

Рыжий икнул, прикрыл рот ладонью и поинтересовался.

– А в чем можете?

– Вино, - сала Терес подумал и сказал.
– Имперское. Белое. Легкое. Девять бочек... без королевской печати. Для собственного потребления.

– Все девять бочек?
– рыжий вновь икнул и скривился. Укачало его, что ли?

– Так ведь... чем здесь еще заняться? И красного полдюжины.

– Альежское?
– толстяк потер руки.
– То самое...

– То самое.

– А коньячок?

– И коньячок имеется...

– Хватит, - рявкнул Мар.
– Нас интересует совсем не вино. Где лаборатория?

– Там, - сала Терес указал направление.
– Прямо по коридору, а потом наверх...

Двести семьдесят восемь ступеней, причем не самых низких. Лестница извивалась змеей. Местами проход становился донельзя узким, а ступени высокими. В принципе, здесь и подъемник имелся, но... сломался.

Старый ведь.

– Я... не думаю... что во всем этом...
– толстяк остановился, переводя дух. Он вытащил платок и вытер лоб.
– Есть... хоть какой-то смысл... сала Терес мой давний... знакомый.

– Вижу, - сквозь зубы процедил Мар.

А я что?

Я вообще держалась позади, ведомая исключительно любопытством. Что поделаешь, женщины слабы и излишне любопытны, впрочем, кроме любопытства они подвержены многим иным порокам. Все так говорят. И не стоит людей разочаровывать.

– Сомневаюсь... что вы там... найдете... хоть что-то...

Мар лишь фыркнул. Вот... а раньше мне казался человеком неглупым. Подъем продолжился. И закончился перед дверью, которую перечеркивали две железных полосы. Оба замка были заперты, засов задвинут, но когда такие мелочи останавливали службу безопасности.

Небрежный взмах руки, и замки слетели на раз.

И вот к чему ломать было? Попросили бы, сала Терес и открыл бы...

– Что за...
– Мар все-таки добавил пару нехороших слов. А он запыхался... стало быть, пробежки забросил, да и на полигон времени не осталось. Вот и сказывается.
– Что это?

– Лаборатория, - миролюбиво произнес мэтр Терес.
– Как просили.

– Но она ж...

– Это еще от моего деда осталась, - он вытащил плитку жевательного табака и, отломив кусок, сунул за щеку.
– Любитель был поковыряться... сотворить что-нибудь этакое. Потом, правда, в грозу пришибло, но сам виноват, окна закрывать надобно. Мы и закрыли. Окна тоже.

Здесь пахло сыростью, пылью и тленом.

Тихо ржавел древний анатор. Покрылись слоем окалины бронзовые чаши, заросла зеленью медь. И толстый слой пыли покрывал стеклянную посуду. Пыль лежала и на полу, свисала с углов клоками, прикрывая клубки проводов. Старый осциллограф, похожий на полудохлого паука, ютился в углу.

Высилась стопка лабораторных журналов, надо полагать, изрядно поеденная мышами...

Башня исправно хранила свои секреты.

– Сюда почитай никто и не заглядывает... лет десять уже точно, - сала Терес старательно пережевывал табак.
– Оно, конечно, вроде и место, а издохнешь, пока доберешься. Сперва думал перестроить, а после... на кой ляд оно сдалось? Дом не любит, когда его без нужды беспокоят.

А это уже было предупреждением. Но разве ему вняли?

– Он над нами издевается, - Мар повернулся к сала, но взгляд его почему-то остановился на мне.
– Они сговорились... моя жена и этот...