Чтение онлайн

– Но он давно уж не брал учеников, – пробормотал папаша Джон вместо ответа. – Вряд ли он нуждается в моих деньгах.

– Он просто жаждет доказать, что может сделать даже из меня настоящего живописца. А меня не очень интересуют, зачем ему это нужно. Главное, чтобы был результат. Говорят, он знает секреты передачи мастерства. И не дает уроков ваяния из боязни, что ученики превзойдут его самого.

– Интересно… Очень интересно, – только и смог сказать художник в ответ на эту речь.

– Так я скажу, чтоб он зашёл к тебе, а то ты заскучал тут один, как я погляжу, – и, не дожидаясь ответа, она выскользнула из комнаты так же неслышно, как вошла.

Бэла со скульптором Каролем обнаружились в самом углу полутёмного бара, там же, где Анна их оставила. Они по-прежнему что-то негромко обсуждали. Кофе в чашечках перед спорящими остыл. У Макса на тарелочке уже заветрилось чуть надкушенное пирожное, перед Бэлой лежала нетронутая фигурная шоколадка.

– Ты опять одержала верх. Придётся принять твои условия, знаешь ведь, как трудно отказать тебе, – сказал Макс в тот момент, когда Анна подошла к столику. – Постараюсь выиграть на этот раз. Хотя не надеюсь, что это будет легко.

– Ты ведь творишь чудеса, когда у тебя появляется желание одержать победу.

Вазговор уже ни к чему не вёл, и Анна решила прекратить это вялое препирательство:

– Ну вот и здорово! С папашей Греем я уже провела подготовку. Думаю, что он ждет вас с нетерпением, маэстро. У себя в кабинете, дверь прямо за картиной «Предчувствие осени». Мы с мадам Брайт подождем вас здесь.

– Да, Макс. Мы посидим здесь, поболтаем немного.

Макс ушел, Анна вздохнула, помолчала немного и предложила:

– Я принесу вам свежий кофе. С растопленным шоколадом и капелькой сливок. У здешнего бармена отлично получается».

Видок у меня был, как у шахтёра, поднявшегося из забоя после тяжёлой смены. Хотелось прийти домой, выпить кофе, и окунуться в пенную ванну. Или вначале в пенную ванну, а потом кофе? Нет, лучше всего в душистую прохладную ванну вместе с чашечкой кофе!

Но вместо этого придется тащиться в офис, не бросать же Шуру на растерзание разъярённым клиентам. Нутром я чуяла, что клиенты попрут аккурат сегодняшним вечером, как раз, когда Арине приспичило окунуться в светскую жизнь, а я, еле живая, выползла из спортивного зала с тренировки. Даже за руль родной машины я держалась с некоторыми усилиями. Хорошо хоть мой послушный маленький джип, верой и правдой прослуживший мне уже целых четыре месяца, ездит практически сам с очень небольшими усилиями с моей стороны. Свою старушку «тойоту» я напрягаю теперь только для поездок в Юсупово. Каждый имеет право отдохнуть немного в утомлённом возрасте.

Незаметно я добралась до родной конторы, прошла через просторный холл мимо охранника Авдея. Верзила охранник лениво оглядел меня сквозь полуопущенные ресницы, ещё более лениво пожал широченными плечами и сонно процедил сквозь крепкие крупные зубы:

– Здра-аст, Ксен Владим, – и тяжко вздохнул, подавленный неимоверными усилиями, потраченными на сию длинную речь. Авдея сосватала на роль охранника наша новоявленная секретарша тётя Шура. Я робко заметила, что имя у него больно уж своеобразное, на что Шура резонно возразила:

– Зато внешность у него солидная. Как есть громила! Да ещё у него разрешение на ношение оружия имеется.

Последний аргумент оказался решающим в пользу Авдея. Какое оружие он имеет право носить и умеет ли им пользоваться, мы выяснять не стали. Так сильно нас поразил вид Авдея: два метра роста, килограммов девяносто сплошных мышц, пудовые кулаки, которые он редко разжимал, широкий, немного скособоченный боксерский нос… Пожалуй, до оружия тут и в самом деле не дойдёт в случае чего…

Кроме того, Авдей был категорическим противником газированной воды и разнообразных вредных для здоровья подслащённых напитков, что тоже свидетельствовало в его пользу. И вообще, поскольку мужик он был крупный, и выражение лица имел свирепое, на клиентов производил неизгладимое впечатление.

Еще для охраны был приобретен отказной доберман по кличке «Вход – рубль, выход – два». Однако он долго переживал предательство прежних хозяев, а потом воспылал нежной любовью ко всем окружающим, так как решил, что от него отказались именно за свирепый нрав. А мы теперь имели самоперевоспитавшегося добрейшего пса. Доберман откликался на имя Вася, данное ему Авдеем и не отходил от охранника ни на шаг. Вот и теперь огромный и незлой Вася мирно дремал под столом возле Авдея.

Дверь направо, ведущая в Аринину компьютерную фирму, была открыта. Оттуда вышел дюжий мужик с двумя огромными коробками в руках и, тяжело отдуваясь, прошёл к выходу. Дела идут, однако, как им и положено. Левая дверь под строгой вывеской: «Детективное агентство «АриКс», – была плотно закрыта. Но и у нас сидел клиент, вернее клиентка, судя по звукам из-за двери. «Когда же они, наконец, появятся?» – донесся до меня резкий срывающийся женский голос. Тётя Шура отвечала ей спокойно и негромко, я распахнула дверь и услышала конец фразы:

– …Теперь уже можно будет решить. А вот и Ксения Владимировна, наш ведущий эксперт-криминалист, – находчиво произвела меня секретарь-референт в подходящую должность.

Тётя Шура, как всегда, на высоте. Я распрямила плечи, смахнула со лба прилипшую челку, – красивее она от этого не стала, но в глаза лезла уже гораздо меньше, – и продефилировала к своему столу почти твёрдым шагом. Бросив под стол спортивную сумку, я плюхнулась на стул и официальным тоном спросила:

– Что тут у вас случилось? Вы уже рассказали Александре Фёдоровне о своей проблеме или ещё не успели?

Клиентка растерялась и только молча хлопала ресницами. Вместо неё ответила Шура:

– У Инессы Станиславовны проблема с сыном. Мальчику двенадцать лет, он всегда был спокойным и не доставлял родителям особых хлопот. Но в последнее время стал каким-то раздражительным, нервным. Чего-то боится, куда-то исчезает. Пробовали выяснить, где он бывает, пытались следить за ним, так он замечает родителей сразу же, кричит на них и сбегает.

Слушая обстоятельный доклад тётки Шуры, я украдкой разглядывала заявительницу. На Инессу, тем больше Станиславовну она тянула слабо: какая-то хлипкая, хоть и приличного роста, с растрёпанной причёской и небрежно подкрашенными глазами. Элегантный костюм сидел на ней неловко и как-то жалко. Впрочем, неизвестно, как бы я сама выглядела, если бы с моим сыном такое случилось.

– Я тут все записала: адрес домашний, телефоны – домашний и сотовый, адрес школы. Имена приятелей, – продолжала Шура, заглядывая в свой солидный регистрационный журнал. – Мальчик уходит почти всегда от станции метро «Белорусская» по Грузинскому валу, сворачивает в сторону Тишинской площади и исчезает. Да и туда дойти удалось всего два раза: один раз Инессе Станиславовне, второй раз Владимиру Георгиевичу, супругу Инессы Станиславовны.

Я одобрительно кивала во время этого первого следственного отчёта, клиентка Инесса тоже согласно хлопала ресницами, подтверждая всё сказанное.