Чтение онлайн

Phosphorus необычайно впечатлителен и восприимчив к эмоциональной среде. Недобрые и неприятные чувства могут буквально сделать его больным, вызывая дрожь в желудке, головные боли и сердцебиение. Даже приятные эмоции действуют на него подобным же образом. Его бросает в дрожь, он возбуждается, участвуя в интересном разговоре, при чтении хорошего романа или «под впечатлением после посещения театра» (Геринг). Он до такой степени проникается чувствами других, что зажигается их энтузиазмом и присваивает и выражает, хотя и временно, их вкусы, веру и образ жизни. Например, ребенок и юноша точно знают, кем они хотят быть в жизни, вот только они изменяются каждые полгода в соответствии с тем, что их окружает. Или его попадающая под влияние натура приобретает те же самые болезни, что мучают его друга. Если друг описывает, как у него болит плечо, то вскоре Phosphorus ощущает ту же самую боль. Довольно часто такой пациент жалуется врачу: «Я не хочу быть таким чувствительным ко всему. Меня разрывает на все стороны, я реагирую на все, что меня окружает, хочу я того или нет. Я просто какой-то открытый нерв…»

Нэш утверждает, что ни одно лекарство не оказывает более сильного воздействия на нервную систему, чем Phosphorus.

Его впечатлительность проявляется также в его психических и телепатических способностях — «состояния ясновидения при повышенной чувствительности» (Беннингхаузен). Это именно тот тип людей, которые видят ауру и знакомы с чувством, что они уже раньше знали человека, которого видят впервые, или узнают знакомое место, которое впервые посещают. Некоторые из них ощущают болезнь или смерть родных или друзей ещё до того, как им об этом сообщат. Или его интуиция точно подсказывает ему, что его друг только что получил хорошие новости, и он ему звонит узнать, что это за известия. Он часто знает заранее, что ему скажет человек (Lachesis) или догадывается о содержании письма, ещё его не распечатав. Некоторые получают знаки предупреждения как в состоянии бодрствования, так и во сне. Другие из них пересказывают (с изумительными подробностями) свои встречи с миром духов. Если известно, что в доме проживает призрак, то Phosphorus непременно расскажет подробно о внешности или поведении невидимого жителя, а не так как все остальные, кто слышит только скрип половиц.

Человек любого конституционального типа может испытывать необычные душевные состояния, иметь тонкую интуицию или соприкосновения со сверх естественным, но Phosphorus просто культивирует эту сторону своём натуры. Ему нравится считать себя наделенным экстрасенсорным восприятием. Но хотя в некоторых случаях он и проявляет замечательное предвидение, он в то же время преспокойно забывает те случаи, когда ему случалось ошибаться.

Врачам неоднократно встречались пациенты с такой тенденцией приписывать любым аспектам жизни и всякому естественному явлению духовные признаки. Была, например, одна студентка в колледже, которая ощущала кислый вкус во рту и страдала от болезненной жгущей отрыжки или просто сильных неприятных ощущений, начинающихся через полчаса после приема пищи. Она заявляла, что причиной её болезни является то, что у поварихи студенческого общежития всегда на сердце печаль и злость, и это отражается на блюдах её приготовления. Пациентка никогда не общалась с ней и даже никогда не видела эту предполагаемую несчастную личность, но настаивала на правильности своих предположений. Phosphorus часто демонстрирует подобный тип пищеварительного устройства, особенно после того, как пища в желудке нагревается. Пациентка получила дозу Phosphorus в потенции IM, и вскоре её пищеварение улучшилось до той степени, когда она смогла уже воспринимать пищу без всяких неприятных ощущений. Но она это объяснила тем, что ежедневно молилась о душе поварихи, и её молитвенное заступничество произвело глубокую духовную трансформацию в душе этой женщины, и то, что она готовит, теперь уже проникнуто вибрациями счастья, а не зла.

Эта эмоциональная чувствительность отражается параллельно и на физическом плане. Phosphorus «чрезвычайно чувствителен» (Ганеман) к своему окружению: к определенным запахам (особенно к запахам духов и табака), к ослепительному или любому сильному свету (глаза у него болят, он видит ореолы вокруг объектов, черные пятнышки или плывущие видения перед глазами, красные или зеленые мерцания и т. д.). При его неустойчивой циркуляции крови он необычайно чувствителен к изменениям температуры и атмосферного давления, и его называют «человеком-барометром» (Беннингхаузен). У него обостренный слух, и он сверхчувствителен к шуму. Он вздрагивает от резкого слова или внезапного звука, криков и удара грома; он не выносит громкой музыки. Если он живет в шумной обстановке, то он не может заснуть без того, чтобы в его комнате не жужжал всю ночь напролет вентилятор, заглушая другие звуки.

Его нервная и возбудимая натура восприимчива к различным страхам: к темноте, в которой ему чудится, что «что-то выползает из каждого угла» (Кент), к болезни — «тревожится о неблагоприятных последствиях своей болезни» (Ганеман), к надвигающимся несчастьям, «как будто с любимым произошел несчастный случай» (Ганеман), к будущему и смерти (Arsenicum, Calcarea carbonica). Иногда это более общий неопределенный ужас: он беспокоится «без какой-либо воображаемой причины» (Ганеман). С его беспокойным состоянием ума он страдает от бессонницы или спит неглубоким сном и видит много тревожных снов (Ганеман перечисляет около шестидесяти симптомов снов и сновидений). Phosphorus склонен также к «лунатизму» (Кент).

Одним из ключевых симптомов является необычайный страх бури. Он ощущает электрические изменения как ни один другой конституциональный тип; выглядит так, как будто он сам производит достаточно своего собственного электричества, и ещё добавочное количество выбивает Phosphorus из равновесия. Некоторые препараты имеют симптом «ухудшение состояния перед грозой», когда падает барометрическое давление (Sepia, Arsenicum, Lachesis, Gelsemium и другие), но когда гроза уже началась, он чувствует себя лучше, даже слегка в веселом настроении. Однако во время грозы он также «беспокоен» (Ганеман) или чувствует себя хуже (Natrum carbonicum). Он впадает в панику при вспышках молнии и дрожит от ударов грома. Некоторые пациенты признаются, что от страха они заползают под кровать или под стол, а одна пациентка даже пыталась убедить своих взрослых детей сделать то же самое.

В одиночестве все его страхи ещё более обостряются. Оставшись одиноким, он впадает в панику — «огромное беспокойство и раздражительность от одиночества» (Ганеман), с дрожью и «чувством беспомощности» (Кент); поэтому как ведущий отмечен симптом «улучшение от компании» (Богер). Его страхи, как воображаемые, так и конкретные, могут быть ослаблены: даже физические боли смягчаются в присутствии других, у кого он всегда «ищет ободрения» (Блэки).

Мало кто реагирует на ободрение с такой благодарностью и доверием, как Phosphorus. Когда одному из пациентов сказали, что в лечении язвенного колита ему, вероятно, поможет гомеопатия (у него были типичные для этого заболевания кровавый понос и «ощущение, как будто анус остаётся открытым после опорожнения» (Ганеман), тот немедленно воскликнул: «Я просто знаю, что гомеопатия меня излечит… Я уже чувствую полное доверие к вашим возможностям. Знаете, эта зажимающая спазмирующая боль в животе уже исчезла» — и он продолжал в этом же духе, благодаря врача за лечение ещё до того, как ему выписали первый рецепт. Phosphorus умеет восполнять убежденностью и доверием то, чего ему не хватает в знаниях и опыте.

Существуют два чётко выраженных типа Phosphorus. У первого типа спокойная утонченная индивидуальность, из которой исходит мягкое сияние. Он дружелюбен, полон сочувствия и в некоторой мере застенчив или сдержан, даже в тех случаях, когда человек ему нравится. Он всегда там, где он нужен, а в других случаях отступает в свой собственный мир интеллектуальных и художественных увлечений. Второй тип представляет собой более ярко выраженную динамичную личность: «живой» (Кент), искрящийся, подобно шампанскому, переполненный энергией. Он фактически выглядит так, как он себя чувствует: сияющий, «в хорошем расположении духа, с приятным ощущением тепла во всем теле, все он воспринимает в положительном свете» (Ганеман). Так же, как и сам элемент, непроизвольно, сам по себе испускающий свет, эта личность выбрасывает искры из какого-то внутреннего, кажущегося неисчерпаемым источника света. Впечатление приобретает новые грани, если Phosphorus обладает художественными данными, а это бывает довольно часто и выражается как активно, так и в скрытой форме. Он обладает нервной чувствительностью художника и повышенной впечатлительностью, наблюдательностью и живым воображением, которое придаёт художественный оттенок любой его деятельности или занятию.

Эти художественные наклонности могут проявиться ещё в раннем возрасте. Двухлетнего мальчика привели к гомеопату по поводу повторяющихся инфекционных заболеваний груди, обычно начинающихся с заболевания горла и затем распространяющихся на грудь и сопровождающихся тяжелым мучительным кашлем. У врача мальчика посадили на стул и попросили не крутиться, пока обсуждается его история болезни, осложненная тяжелой туберкулезной наследственностью (у Phosphorus часто проявляется слабость груди и другие симптомы наследственного туберкулезного диатеза). Как только он проявлял признаки беспокойства и делал движение, как будто собирается соскользнуть со стула, ему тут же приказывали строгим родительским тоном, а слова произносились с типичной для южан медлительностью: «Ся-адь на ми-есто!» Не устраивая сцены, ребенок начинал тянуть слоги: «Ся-адь на ми-есто», повторяя их, как попугай. Затем он начал упражняться с различными звуками. Затем с самыми сияющими глазами и самым лукавым видом (так как он внимательно следил за реакцией взрослых) он начинал импровизировать с интонацией, с которой были произнесены эти слова, пробуя различную высоту голоса и различный ритм до тех пор, пока не получилась чудесная маленькая песенка. Таким вот изобретательным путем он развеселил себя, родителей и врача в соответствии с тем, что ему подсказала его одаренная натура Phosphorus.

Phosphorus рожден для счастья и имеет высокоразвитое чувство юмора. Его легко развеселить, он сразу подмечает смешную сторону вещей и готов посмеяться над собой. В то время как Calcarea carbonica, Pulsatilla или Natrum muriaticum могут почувствовать себя уязвленными, когда их дразнят, Phosphorus подхватывает эстафету юмора с непринужденной веселостью и искренне ценит оказанное внимание. Из своего существования он извлекает максимум восторга и радости жизни: «жизнерадостный, веселый, в хорошем расположении духа, он поет и дрожит от возбуждения» (Ганеман). Он знает, как развеселить себя и как развеселить других, он знает также, как принимать гостей, зачастую проявляя прекрасные способности к мимикрии и умение импровизировать. Его воображение может быть таким неотразимым, а разговор таким искрометным, как и фосфор моря. Литературным примером тому может служить образ Галлея Джимсона, проходящего практику озорного художника, героя книги Джойса Кэри «Лошадиная узда», чья кипучая изобретательность придаёт его собственной жизни и унылому существованию соседей живость и красочность.

Подобно кузнечику из басен Эзопа, который стрекочет и прыгает все лето, не думая о будущем, Phosphorus живет сегодняшним днем, как будто никогда не наступит завтрашний день, в отличие от трудолюбивого муравья-Arsenicum, предвидящего заранее, что может понадобиться в будущем, и все лето готовящего запасы на зиму. Эти черты характера делают его ещё привлекательней, но могут также отражать и его слабость, демонстрируя непостоянство его натуры. И, действительно, в нем есть что-то пустое и отражающее поверхностный блеск. Однако отсутствие интеллектуальной глубины возмещается зачастую взаимодействием его впечатлительной психики и эмоциональной восприимчивостью. А он, как мы увидим, более сложен, чем можно предположить по его кажущейся открытости и ясности его натуры. Рассматривать его — все равно что вглядываться в глубокий водоем: все вполне различимо даже в глубине, но игра мерцающего света и воды не даёт полной ясности.