Чтение онлайн

Потому предстоит всего лишь повторение того, что было проделано у границы — танковые клинья прорвут фронт в промежутках между укрепрайонами и войдут в тыл русских войск. Дорога на Ленинград и Москву будет открыта, а с их падением Россия капитулирует. Это показал и пример Финляндии. Ведь русские в декабре 1939 взяли «Линию Маннергейма» с ходу — настолько быстро, что удивили весь мир. А особенно тогда удивились финны. Они удивились настолько, что торжественно капитулировали. Хотя до этого в Финляндии был угар шовинизма, а планы взять Ленинград и оккупировать Карелию высказывали не только парламентские пустобрехи, но и многие представители армейских кругов. Еще возможно, дело было и в личных отношениях между Маннергеймом и Слащовым, пришедшим на смену «красному маршалу» Ворошилову. Ведь оба, и Маннергейм, и Слащов некогда были офицерами русской императорской армии. А потому капитуляция представляла из себя церемониал в духе XIX века — на центральной площади Хельсинки Маннергейм вручил Слащову свою шпагу эфесом вперед. В ответ Слащов вернул ее в знак уважения к храбрости финнов. Хотя, конечно, эта храбрость им не помогла, а Финляндия хоть и осталась формально суверенной, но в качестве республики в составе Советской России. В общем, так или иначе, Финляндия капитулировала, как только русские танки подошли к пригородам Хельсинки.

Манштейн отошел от стола и задумчиво посмотрел в окно. По улице побатальонно шла пехота. Крепкие немецкие парни. Молодые лица, уже обветрившиеся и загорелые после долгих маршей. Беззаботные победные улыбки. Наверное, уже предвкушают торжественный парад во взятом Ленинграде. Русские, надо отдать им должное, тоже храбро сражались, но храбрость им, так же как и финнам, не поможет. Ведь Адольф Гитлер явно не будет так снисходителен к побежденным, как Сталин. И недаром фюрер, собрав перед войной генералов, заявил:

«Наша сила — в подвижности и жестокости. Чингисхан с полным сознанием и легким сердцем погнал на смерть миллионы детей и женщин. Однако история видит в нем лишь великого основателя государства. Мне безразлично, что говорит обо мне одряхлевшая западная цивилизация. Я отдал приказ — и расстреляю каждого, кто скажет лишь слово критики. Приказ гласит: цель войны состоит не в достижении определенной линии, а в физическом уничтожении противника. Поэтому я — пока лишь на Востоке — подготовил мои части „Мертвая голова“, отдав им приказ без сожаления и жалости уничтожать мужчин, женщин и детей. Только так мы можем завоевать жизненное пространство» [4] .

Конечно, в первые дни сопротивление было крайне ожесточенным. Русские дрались за каждый клочок своей земли. Особенно пограничные войска НКВД. Не имея противотанковой артиллерии, а лишь автоматические винтовки АВС-36, пулеметы АВС-36П [5] и ручные гранаты, эти парни в зеленых фуражках задерживали не только пехотные, но и танковые части. Хоть и ненадолго.

Потери Вермахта и Ваффен СС превысили запланированные. Но это не остановило немецкое наступление. Русские войска, получив приказ об отходе, начали отступление, но, будучи почти не моторизованными и медлительными, не смогли достаточно быстро отойти к находившейся в тылу второй линии обороны и были отрезаны. И теперь Сталин и его генералы опять собирались повторить свою ошибку первых дней войны, но только в еще большем масштабе. Сосредоточив основные силы позади укрепрайонов «Линии Сталина», они сами напрашивались на их окружение. Тем более что пространство между ними было заполнено лишь жидкой цепочкой обычных пехотных частей в полевых укреплениях.

Немцы ведь не дураки, чтобы штурмовать бетонные ДОТы «Линии Сталина». Танки Вермахта рассекут русскую оборону в промежутках между укрепрайонами и сомкнутся за спиной сосредоточенных за ними русских войск, зажав их в нескольких гигантских котлах. То, что у русских останется на Дальнем Востоке, можно будет уже не принимать в расчет. Максимум две-три недели, и Россию ждет полный разгром. Россия обречена. И вряд ли у русских еще останется воля к сопротивлению, когда «Линия Сталина» будет прорвана, а их армия раздроблена на куски и окружена.

Но что означает это неожиданное наступление? Эти неизвестно откуда взявшиеся танковые армады? Да еще и танки какой-то новой конструкции, почти не уязвимые для немецких пушек. Тем более что подобные удары русские нанесли одновременно и на других участках фронта. Утренний удар русских был неожиданным. По данным авиаразведки, их механизированные корпуса по-прежнему располагались в местах своей постоянной дислокации более чем в ста километрах от линии фронта. Но откуда же тогда взялись те танковые дивизии, которые ударили во фланг войскам 4-й танковой группы и уже выходили в их тылы, рассекая группу армий «Север» на части? И момент был самый неудачный — 4-я танковая группа при поддержке передовых частей 18-й армии приступила к форсированию Западной Двины, с большими потерями захватив несколько плацдармов на другом берегу и начав переправу основных сил.

И вот неожиданно на фланге, где еще не успели занять позиции несколько отставшие части 18-й армии, появляются русские танки. Они сметают немецкие заслоны и прорывают фронт. Насколько глубок этот удар и какие силы русские ввели в прорыв? И что это? Попытка отрезать вырвавшуюся вперед 4-ю танковую группу или всего лишь локальный удар с целью отвлечь немецкие войска, задержать наступление и дать возможность достроить оборонительную линию на правом берегу Западной Двины?

Если это попытка отвлечь и задержать дальнейшее наступление, то командующему группы армий «Север» необходимо срочно подтягивать отставшие пехотные дивизии 18-й армии, укреплять фланг и пытаться, как минимум, удержать шоссе на Даугавпилс. А если это действительно попытка окружения, то следует отложить форсирование реки и развернуть часть танковых дивизий против прорвавшейся русской танковой группировки. Например, использовать для этого 3-ю моторизованную, а по сути — танковую, дивизию СС «Тотенкопф», которая входила в состав 4-й танковой группы и перед форсированием Западной Двины была введена в состав танкового корпуса Манштейна. С тактическими навыками у эсэсовского командования было откровенно слабо, но солдаты зато храбрые и дисциплинированные. Храбрые, зачастую до безрассудства. И техника самая новая.

— Понтер, вызовите ко мне группенфюрера СС Эйке, — обратился к адъютанту Манштейн.

— Яволь, господин генерал!

«Да, Эйке — сам по себе существо неприятное, но для этой задачи как раз то, что надо!» — подумал Манштейн-Левински. Действительно, группенфюрер СС Теодор Эйке имел весьма дурную репутацию. В 1920-е годы проходил лечение в психиатрической клинике, потом вступил сначала в CA, затем перешел в СС. Проявил себя сначала как уличный боец, затем как командир штурмового отряда. Хотя и в его эсэсовской карьере было не все так гладко. Своенравный и склонный к насилию Эйке, поссорившись с другим эсэсовским деятелем, напал на него. В итоге рейхсфюрер СС Гиммлер даже на некоторое время исключил Эйке из СС, но затем все же восстановил. Его бесстрашие и склонность к жестокости, доходящей до натурального садизма, были оценены, и, в конце концов, Эйке возглавил систему концентрационных лагерей. А когда началась подготовка к войне, то из охраны лагерей — полков «Тотенкопф», была сформирована моторизованная дивизия СС. Возглавил дивизию сам Эйке. Солдаты дивизии отличались хорошей подготовкой, смелостью и дисциплиной, но особенно они прославились своей жестокостью, которая ужасала даже другие эсэсовские части, не говоря уже о Вермахте.

Через полчаса в штаб прибыл Эйке.

— Хайль Гитлер, господин генерал!

— Хайль, господин группенфюрер! У меня для вас задание особой важности! — сказал Манштейн, внимательно глядя на неприятное лицо Эйке.

— Мои парни готовы ко всему! Как я понимаю, нам будет поручено первыми переправиться на тот берег и расколотить русских унтерменшей?

— Нет, я хочу поручить вам еще более важное дело. В наш тыл прорвались русские танки. Необходимо ликвидировать прорыв.

— Я отправлю на ликвидацию русского прорыва батальон...

— Там прорвались достаточно крупные силы. Мы еще пока не знаем, сколько войск они туда бросили. Но никак не менее танковой дивизии. Поступают донесения о применении большевиками новых танков. Если они задействовали имеющиеся в распоряжении своего Северо-Западного фронта 3-й и 20-й механизированные корпуса, то ситуация угрожающая.

— То есть вы хотите отправить всю дивизию?

— Да, вам надлежит немедленно развернуть дивизию и наступать в направлении Утяны на соединение с нашими войсками, которые ударят с юга со стороны Укмерге. Русские уже перерезали шоссе на Каунас... Да, и при этом они уничтожили танковую роту вашей дивизии, которая двигалась своим ходом, получив под Каунасом разгруженные с железной дороги новые танки.

Манштейн про себя тихо усмехнулся, зная, что Эйке обладает весьма необузданным нравом. Эйке погонит свою дивизию в бой, несмотря на потери. А если донесения о новых русских танках не преувеличены, то потери будут большими. И когда основные силы прорвавшихся танковых дивизий противника разгромят отчаянные парни Эйке, можно и самому вступить в дело, развернув 8-ю танковую дивизию Вермахта. Она завершит разгром русских, и он, Эрих-Фриц фон Манштейн-Левински, станет победителем, записав на свой счет еще одну победу. Надо будет оставить 8-ю дивизию в резерве на этом берегу. Манштейн считал себя очень талантливым полководцем. Особенно его талант проявлялся в воспевании собственных заслуг и сваливании вины за неудачи на других.