Чтение онлайн

– Войдите, - удивившись, пригласила она.

Дверь в тот вечер медленно открылась, из-за нее показалась хорошо знакомая рука с тонкими длинными пальцами и аккуратно коротко постриженными ногтями, держащая огромную белую розу.

– Привет, дорогая.

Темно-синие кеды с толстыми длинными белыми шнурками, одетые без нижнего белья тонкие летние темно-синие облегающие джинсы, заканчивающиеся широким черным кожаным ремнем с большой квадратной блестяще серебристой пряжкой, чуть обнажающая и подчеркивающая плоскость живота и стоячесть сосков одетая на голое тело тонкая белая майка с красными по диагонали полосами и точно такими же красными буквами и английскими словами разного, местами газетного шрифта, призванные скрыть расширенность зрачков, характерный прищур уберечь от света солнцезащитные очки с массивной черной оправой и закрывающими половину лица круглыми желтыми стеклами, хорошо пепельные короткие волосы с растрепавшейся от ветра челкой, легкий мужской аромат с летними огуречными нотками, плавна грациозная походка –от Олега невозможно было оторвать взгляд.

– Любимый! Вот это сюрприз, - взяла цветок она, обняв.

– Я знал, что ты обрадуешься.

– Еще бы. Мне тут еще минут двадцать торчать. Хочешь холодного чая?

– О-о-о, с удовольствием.

– Сейчас, - налила в кружку чая с малиновым вкусом Диметра.

– Та-а-а-к, а это что такое? – вошла в кабинет полная женщина в возрасте. – Чаи в рабочее время гоняете?

– Ну, вообще-то я клиент, - быстро нашелся Олег, чтобы не подставлять любимую.

– Клиент значит? – не поверила негативно настроенная женщина, разглядывая и тот час попадая под его обаяние. – И что же Вас беспокоит?

– Ой, вызнаете, вид крови.

– Вы боитесь крови? Что ж, весьма распространенная фобия.

– Нет. Когда делаю операцию, то у меня возникает непреодолимое желание ею измазаться, попробовать ее на вкус.

– Боюсь, это не по нашей части, - указала взглядом на дверь ошарашенная женщина, после чего обратилась к Диметре, - Ты тоже можешь идти, я распечатаю отчет.

– Всего доброго, - попрощался Олег.

– И Вам не хворать.

– Твоя начальница? – повернул ключ зажигания он.

– Угу. Она не всегда такая. Просто на днях была комиссия, шерстили всю документацию.

– А-а, так это везде так, - вдавил в пол педаль газа Олег. –У нас что ни месяц, то комиссия, то линейный контроль. Ничего, сейчас расслабимся.

Здание Дома Культуры выглядело не приветливо: фасад с облупившейся краской, стоящие возле широкой лестницы пивные бутылки и окурки, треснутые стекла, взвесь вековой пыли внутри – настоящий ад для астматиков и разного рода чистюль.

– Кай, Медуза! – воскликнул пожилой мужчина в черных сандалиях, черный костюмного типа брюках, не скрывающей пивного живота синей рубашке, старых очках в роговой оправе, подчеркивающих его седые волосы.

– Здравствуйте, Эммануил Давидович,- по-мужски подал руку Олег.

– Вы пропустили все самое интересное, осталась только «Красная шапочка».

Если окинуть взором все происходящее, то гости вечера сгруппировывались по возрастному признаку. Олег и Диметра, естественно, прибились к компании самого пожилого гостя – организатора и бессменного руководителя Эммануила Лихтенштейна потому что со старшим поколением всегда было о чем подискутировать.

– Ну и как «Красная шапочка»?

– О, как же изменился мир, как же поменялись времена - вздохнул Эммануил Давидович, усаживаясь за стол напротив Олега и Диметры.

– Ерунда! Мир прежний и времена всегда одинаковые, - возразил Олег.

– Попробовали бы они в советское время выйти голышом на сцену и, извините, совокупиться.

– Ну что Вы людей-то в заблуждение вводите? Вас послушать – в советское время все было прекрасно и удивительно. А репрессии? А карательная психиатрия?

– За то в наше время не было такого разврата! Где это видано: голый мужик в костюме волка совокупляется в полуголой Красной Шапочкой?

– Похоже, мы пропустили самое интересное, - взял два бокала бесплатного шампанского у проходившего мимо официанта Олег.

– Спектакль еще продолжается, - с грустью в голосе пояснил Эммануил Давидович. – В жестокое время вы живете, молодые люди.

– Да ладно. А что, раньше не было жестокости, ксенофобии? Мы болели за Спартак, а ребята с соседней улицы уже не помню за кого. Каждый вечер мы били, били нас, шли стенка на стенку, в советское время.

– Уж чего-чего, а ксенофобии не было. Помню, со мной в классе учился грузин. Так мы максимум могли посмеяться над его акцентом, но чтобы убивать, - посмотрел он укоризненно на Диметру, впоследствии продолжив – И мы хотя бы во что-то верили. Я внучку сколько раз спрашивал: «молодежь, во что вы верите, какие у вас идеалы», а она в ответ лишь включает свой речитатив на полную громкость. Вот Вы. Да, девушка, Вы. Вот у Вас какие в жизни идеалы? Во что Вы верите? Какая у Вас мечта в жизни самая главная?

– Я верю в окончательную победу в мире духа над телом, - ни чуть не задумываясь ответила Диметра. – А что касается мечты… Я живу с Олегом – моим любимым мужчиной. Мечта сбылась.

Недавно разносивший шампанское официант снова появился, по на его подносе лежала горка пакетиков с белым порошком.

– Снег даром! По два пакетика на человека, - рекламировал тот.

Взяв четыре Олег сразу высыпал их содержимое в тарелку, измельчил, высыпал на тыльную сторону ладони, вздохнул часть и, протянув оставшееся Диметре, прокомментировал:

– Как-то не штырит, скорее всего Снег разбавили порошковым молоком или смесью для детского питания.

– А по-моему нормальный.

– Не, разбавленный.

– И наркотиков в наше время не было.

– Вынужден Вас разочаровать, дурь в том или ином виде была всегда, - продолжал возражать Олег. – Дорогая, пошли на второй этаж поднимемся, хваленую Красную шапочку посмотрим?

Уже поздней ночью с пятницы на субботу Олег так до конца и не понял очередного крика Диметры. Самым странным ему казалось то, что просыпаясь она во-первых ничего не помнила, во-вторых каждый раз искренне удивлялась его рассказам как она кричала.

– Дорогая, я вот что подумал, - гасил Олег свет в спальне и забирался, будучи обнаженным, под тонкое одеяло. – Помнишь того старика из бара?

– Который попросил у нас водки?

– Он самый. Я думаю, что стоит принять его приглашение.

– Да ну. На мой взгляд он ни чем н =е отличался от тех шарлатанов, которые ходят по квартирам предлагая то чудодейственные приборы, то таблетки от всех болезней сразу.

– А что мы теряем? Не понравится – уйдем.

– Вообще-то ты прав.

– Вот так всегда бы, зай. А то тебе бы только со мной поспорить. Вот завтра и поедем.

Здание городского института нейрофизиологии выглядело внушительно: белое шестнадцатиэтажное квадратное здание подобно оправе драгоценного камня обрамлял высокий кованый металлический забор, окрашенный черной краской, получаемой путем растворения битума в бензине. Перед массивными воротами был разбит сад, радовала глаз ароматная распустившаяся сирень.

– Я очень рад, что вы пришли! – протянул руку Сергей Матвеевич.