Чтение онлайн

Олег и Диметра вошли в ванную комнату, свет зажег он и первым сел в ванну, обхватив колени. Диметра, раздевшись села напротив и сфокусировала взгляд на лейке душа, издающей капли в руках Олега.

– А что в этом такого? – удивилась Диметра не сводя взгляда с лейки. – До тебя я часто звонила и мы во многое играли: в золотой дождь и многое другое.

– Надеюсь, сейчас-то ты этим не балуешься – с нотками ревности в голосе спросил он повернувшись к смесителю и включив воду, которая то слишком холодным так что он вздрогнул, то слишком горячей струей хлынула из душа. – Мне бы, к примеру, даже и не пришло в голову открывать свои фантазии этим проституткам. – спокойно и уравновешенно заключил Олег заправив на грудь Диметры струю теплой воды.

– Равенство – это равноправие попадающих на мою кожу капель?

– Вот тут ты права. Равенство – это и есть равноправие, света, тьмы, народов, рас, капель.
– И каждая капля имеет равную возможность попасть на меня. Да, Любимый? – Диметра смотрела на откинувшегося к стене Олега, приблизилась к нему, губами и языком лаская его колени, мокрые, будто втягивая губами воду с них и одновременно облизывая языком.

Олег смотрел на затылок и спину Диметры, изучая влажные волосы, кончики которых открывали его взору ее спину, капли. Он протянул левую руку к полке слегка приподнявшись настолько, что его натянувшая грудь создавала впечатление абсолютно мужской и достал фаллоимитатор. Не видя движений Олега она с любопытством подняла голову слегка откинувшись назад и видела в его руках синего цвета пенис и пузырек со смазкой, из которого он извлекал прозрачную ароматную гелеподобную жидкость и старательно растирал ее по фаллоимитатору, после чего поставив на край ванны. Диметра взяла его и прочла:

«Интимный гель-смазка для орального секса со вкусом клубники».

– Ну что, хочешь у меня отсосать? – заманчиво спросил он, протянув ей фаллоимитатор со стекающей смазкой.

Диметра взяла его и смазки было настолько много, что она начала стекать и по ее рукам, источая клубничный аромат. Видя руки Олега, массирующие и ласкающие собственные гениталии, она представляя руки нанесшие смазку, открыла рот и глубоко ввела фаллоимитатор, то сжимая его губами, то отпуская и при этом лаская свои гениталии. Свет в ее глазах утратил яркость, только белые вспышки и очертания Олега, мутные но знакомые, заполнили ее взор до исступления Выдохнув она вернула запрокинутую голову в ровное положение и нашла себя, будто утерянное на время оргазма тело, возвращенное теплым умиротворенным спокойным взглядом Олега, восторженно смотрящим на нее:

– Я давно не видел тебя такой удовлетворенной, - довольным голосом прервал тишину Олег, нарушаемую до этого только каплями воды.

– А тебе было хорошо со мной?

– Глупый вопрос. – Олег улыбнулся во всё лицо. - Мне всегда с тобой хорошо, я это понял, как только увидел тебя, осознал, как только мы впервые побывали в ванне.

Свойственное Олегу спокойствие и выдержанность врача-хирурга позволили ему только удивленный взгляд, а Диметра вздрогнула, ее тело будто отбросило влево, к стене когда раздался удар, один, потом второй и третий, высокий звуки древесных ударов. Реакция Олега было мгновенной, завернувшись по торс полотенцем он выбежал из ванны, после чего Диметра собралась с собой, надела халат и вышла. Шум доносился из спальни – билась открытая форточка от сквозняка, созданного открытой дверью на балконе на кухне. На глазах Диметры показались слезы: - Ну почему ты форточку не закрыл??? – рыдая вопрошала она. – А если в нее залезли?
– Любимая, не бойся. Не забывай, на каком этаже мы живем.
– Не забыла! А если окурок кто кинет – пожар на весь дом же будет.

– Успокойся, ни кто и догадается кинуть окурок. – с убедительной уверенностью успокаивал он. – А балкон точно пора закрыть.

Олег направился на кухню, зажег свет и закрыл обе двери балкона на все замки, расстроенный видом сидящей в слезах Диметры на стуле он открыл холодильник, достал бутылку Кампари, часть которого смешал с частью водки и едва капнув грейпфрутового сока протянул стаканчик Диметре: - Держи. Я покрепче сделал, сейчас успокоишься.

С каждым глотком практически не отрывая стаканчик от губ Диметра чувствовала разливающееся из желудка по всему телу тепло, дарованное алкоголем. Когда она подняла глаза допив, он сидел перед ней одетый в широкие камуфляжные брюки и черную футболку, на которой было белыми буквами написано «Come undone».
– Намекаешь на кувыркания в цепях под водой как у Duran Duran?
– Да я первопопавшуюся одел. Хочешь, проветримся? Посмотри, какой вечер за окном?

Согласившись Диметра оделась и заперев дверь догнала Олега у лифта, в который они вошли вместе. Когда он отъехал на несколько метров. Стоящих около кнопок Олег остановил его: - Я хочу тебя и прямо здесь. – дрожащим голосом сообщил Олег и начал ласкать себя прямо через брюки, не снимая их.
– И я.... – Диметра начала поглаживать свое тело.

Пассажирский лифт с трудом вмещал страсть, освещенный всего одним квадратом света он вмешал в себя страсть двоих, разливающуюся по его стенам и раздвижным дверям. Неожиданно лифт тронулся и довез до первого этажа, распахнув двери в безлюдное лоно подъезда, в которое первым вышел Олег, Диметра за ним. Воздух на улице, да и сам вечер были поистине сказочными и картину красило то, что Олег сел на скамейку вплотную к подлокотнику этим приглашая Диметру, нашедшую единственно приятный приют своей голове на его коленях.
– М-да, сложный это вопрос – равноправие.

– Равенство.

Тишина да темноты омут царили в квартире, когда, гремя ключами, вечером с работы пришла Диметра, разделась и, обув домашние тапочки, направилась в ванную, из-под двери которой подозрительно пробивался электрический свет. Диметра открыла дверь и удивлению ее не было предела: в сухой ванне сидел Олег, одетый в рубашку темно-синего цвета с белой вертикальной полоской, заправленную под монотонно голубые джинсы, заканчивающиеся серыми кедами с вставками голубого цвета. Положив левую ногу на правую он лежал в ванне в полный рост, его солнцезащитные очки ловили свет лампы сверху, сквозь линзы очков кажущийся темным. Олег лежал слегка запрокинув голову назад таким образом, чтобы ее придерживала стена (своеобразной прокладкой между ней и головой служила его правая рука, а левую он положил на ногу, по периметру которой в ванне стояло 5 не открытых банок пива) и при этом свет падал на его шею, обрываясь на тонком ровном длинном носе, скулах, впалых щеках и частями оставаясь на его приоткрытых узких губах.

– Что это с Вами, доктор Ковалев? – ироническим тоном спросила Диметра, пристально посмотрев на Олега.

– Хе! А здороваться тебя в детстве не учили, да? – тем же тоном спросил он, широко улыбаясь.
– Здравствуйте-здравствуйте! – протяжно и шутовски сказала она и вдруг перешла на серьезный тон. – Ну а все-таки, что с тобой?
– Забирайся, Дорогая, ко мне. Я вопрос решаю: выпить или не выпить.

Олег подобрал вытянутые ноги, ступни поставил вместе, а колени развел по бортам ванны, Диметра села напротив и обхватила колени.

– Ну и в чем суть вопроса, Милый?

– Да это не важно, Родная, одна пациентка из себя вывела. Сижу, думаю и понимаю, что виноват я сам. – Олег снял солнцезащитные очки, положил их на полку и посмотрел на Диметру усталыми глазами.

– А подробнее?

– Да на грудь я с утра принял, - обыденным тоном отмахиваясь от подробностей ответил он.

– Ну а дальше-то что? Ты же мой парень, не скрытничай.
– Тут и рассказывать нечего. Пошел на работу и прямо с утра заваливается хромая девка и с порога говорит, дескать, помогите, доктор, у меня ноготь врос. А сама все приближается и приближается ко мне, приобнять хочет. Показывайте, говорю ей, а она вдруг отпрыгивает от меня и так истерично заявляет: «доктор, да от Вас разит! Это уже вошло в привычку». А я ей: «А у вас, милочка, синдром острого опизденения на фоне общего недоебания. Это уже диагноз», ну а потом такое началось, крики что я хамло и все в таком духе. – Олег уныло опустил глаза. – А позже она успокоилась и сняла носок, картина была страшной, в итоге делал гнойную операцию, вводя новокаин забыл спросить ее об аллергии. Все прошло хорошо. Ехал домой и думал: и зачем я с утра пил.
– Ну вот, что не делается – все к лучшему. Ты из этой ситуации извлек урок: не пить с утра. – Взгляд Диметры стал мутным и отрешенным.
– Ну ты у меня психолог! – с влюбленностью в голосе воскликнул он. – О чем задумалась?
– Хм, если бы наша ванная была сейфом с кодовым замком изнутри, то я бы первая прокрутила его со всех сил не зная пароля.
– Заперла нас и не спросила бы меня?
– Нет.
– Ах ты моя стервочка! – Олег приблизился к ней, утонув пальцами в волосах слегка разлохматил ее прическу, приблизился к ее губам. – Сейчас я тебя! А… Ты же не умеешь, - осекся он и опрокинулся к стене. – Извини. Я научу тебя, обязательно, будешь целоваться лучше, чем я.

– Хочется верить, - неуверенно, с частично инфантильным тоном сказала Диметра загрустив.
– Родная, не грусти. Это будет скоро.

Она взяла одну из лежащих вокруг банок пива и протянула ее Олегу.
– Спасибо! Настоящий друг!
– Ну а…

– А тут и рассуждать нечего, - прервал Диметру Олег и открыл банку так, что пиво полилось напружу, ну руки о под рукава Олега. – Дружба - это добровольное самопожертвование.
– Самопожертвование кому: человеку, коллективу? – Диметра смотрела внимательным взором.
– Другу конечно. Когда речь идет о коллективе, то мы уже говорим о братстве.

Руки Олега эротично источали аромат пива, провел ими по шее Диметры, после чего полез в карман и достал оттуда пузырек белого цвета.

– Сейчас закинусь, Дорогая, и на пару часиков, не могу больше, пиво не действует.

– Зай, да ты что? – возмутилась она широко раскрыв глаза.

– Не бойся, Милая. Где наша не пропадала?! – он ввел пипетку пластикового пузырька сначала в одну ноздрю, потом в другую, закрыл глаза и откинул голову. Его лицо приобрело довольный вид и она видела его медленно расслабляющиеся мышцы, обмякшие ноги, что было видно даже через брюки, будто принявшие фору бортов белой стандартной ванны, находящиеся в том же разведенном виде; руки оставленные на ногах, пальцы правой сжимали капли. Опертая на противоположный край Диметра всем движением тела приблизилась к нему, взяла левую руку в свою и провела пальцем по ладони – ритмично дышащий Олег не рефлексировал, мускулатура его лица давала информацию о полном покое. Она расшнуровала и сняла с него кеды, взору открылись черные носки, после снятие которых его ступни будто обрели свободу. Далее Диметра расстегнула манжеты его рубашки, после и остальные пуговицы и едва касаясь подушечками пальцев провела по его животу, слева на котором виднелся диагональный шрам – след от уличных драк с ножами, видный еще на школьных фото. Она продолжила путь до возбуждения, гладкая грудь Олега остановила ее пальцы сосками и оставив его левом соске левую руку правой она дотронулась до своих возбужденных гениталий, массируя их, кладя руку, вибрируя ею до наступления абсолютной радости, абсолютного чувства полета свободы мысли и ощущения, до наступления счастья настолько сильного и бурно, что эта ночь, как немногие, запомнится ей на всю жизнь накрывшим голову, шею, плечи и растекшимся по всему остальному телу экстазом радости ласкать себя, поднимать себя до высот космоса и спускать до глубин океана. Олег открыл глаза и полу мутным взглядом посмотрел на Диметру, она при этом словно ударенная током убрала руку с его груди и резка откинулась на противоположную сторону ванны.