Чтение онлайн

Идти все-таки понадобилось часов восемь (с перерывами на завтрак, второй завтрак, ланч, перекус, обед, легкий закусон, ужин и фруктовый десерт перед сном). Видимо, для бешеного гнома сто миль - не крюк. К горам подошли уже заполночь, но даже в безлунной мгле они поражали молочной белизной. Неподалеку из сплошной массы кустов доносились грубая ругань и пьяное пение.

– Кто это там?
– спросил я Хабарлога.
– Неужто эльфы?

– Один эльф, - поправил он меня.
– От нескольких шума было бы поболее. И битых бутылок тоже, - отметил он очередную эскападу подгулявшего представителя веселого народца.

– Странно, - сказал я.
– Как-то я себе эльфов иначе представ лял.

– Все их другими воображают. А они вот такие, и ничего с этим не поделаешь. Потому мы, гномы, их и не любим. Т-ш-ш, кажется, он нас почуял.

Пение, действительно, прекратилось, и, судя по направлению, в котором перемещался шум, часовой двигался в нашу сторону. Несколь ко раз он упал (однажды, судя по бурной реакции, особенно удачно), потом раздался треск ветвей, проклятия и торопливые сосущие звуки с хлюпаньем - он явно вломился в заросли спрутеня, который, наряду с костоломкой голодной, является любимым лесонасаждением эльфов. Наконец страж добрался до нас и остановился, не дойдя метров трех.

– Эй, кто вы такие?
– крикнул он.

– Путники, - осторожно ответил я.
– Направляемся к чародею по важному делу. Разрешите пройти.

– Не разрешаю, - важно объявил он.
– Приказ такой: ночью ни кого не пропускать. Лучше посидим до утра, мужики, выпьем, пообща емся, а то мне уже стрёмно здесь одному торчать. А светло станет - разберемся.

Нас тоже не очень тянуло пробиваться к замку во тьме, навер няка, с рубкой, со скандалами и с риском заблудиться в горной местности, заполненной рукотворным и нерукотворным мусором. Поэто му мы согласились. Растянули на земле эльфийский плащ, выложили припасы, приняли, закусили.

– Ну что, давайте рассказывать что-нибудь, - предложил часо вой.

– Пусть он говорит, - шепнул мне на ухо гном.
– Они все рав но, кроме себя, никого не слушают. Соглашайся на все и терпи. Кри тики они не приемлют и сильно обижаются. Не то что мы - ребята простые, отходчивые.

Эльф не заставил себя долго упрашивать.

– Зовут меня Гоэлрос, - заявил он, не поинтересовавшись наши ми именами.
– Я живу здесь с момента, когда на небе установили Лу ну, и собираюсь жить вечно, если, конечно, не будут постоянно дос тавать. В противном случае выйду на пенсию и эмигрирую на Запад.

– На Ближний или на Дальний?
– поинтересовался Хабарлог.

– На Заокеанский, конечно. Куда еще стремится уехать каждый разумный эльф? Но пока у меня и здесь карьера неплохо складывает ся. Я - второй заместитель помощника начальника караула по идей но-политической части. Поэтому по служебной необходимости много читаю, ловлю ночами по палантиру вражеские голоса и готов дать от пор любым выпадам их пропаганды. По опыту знаю, что первое, о чем хотят послушать уставшие путешественники, - это о сотворении мира, происхождении видов и о том, почему оно все столь скверно вышло.

Не ведаю, как другие, а я на лекциях примерно минуты через три после начала впадаю в полубессознательное состояние: глаза у меня при этом открыты, я могу сидеть, ходить, даже разговаривать - и все это без участия головного мозга. Ответственно заявляю: эта способность многократно спасала мне если не жизнь, то уж рассудок точно. Отключился я и в данном случае, и посему в настоящей повес ти вы не найдете монолога Гоэлроса. Однако дикий гогот гнома, пе риодически доносившийся до меня сквозь полудрему, можно считать косвенным подтверждением справедливости расхожего мнения о том, что, с точки зрения эльфов, вся история мироздания - это цепь за бавных эпизодов преимущественно эротического характера. В конце концов они меня-таки разбудили, но, учитывая наличие в составе ау дитории девушек и несовершеннолетних, я не рискну излагать здесь некоторые личные комментарии нашего визави к ряду классических ле генд.

Завершив речь, Гоэлрос приложился к бутылке с перебродившим нектаром урожая 1438 года, произвел несколько крупных глотков и лишь затем перевел взгляд на нас. Глаза его округлились. Стало уже довольно светло, и он наконец-то смог разобрать, с кем имеет дело.

– Дракон! И гном! Ну и вляпался же я. Тревога!

Однако из-за посталкогольного синдрома голос его звучал, ска жем так, не очень звонко, и не вызвал в округе заметного оживле ния.

– Не могу поверить, - бормотал он, судорожно пытаясь выдер нуть из ножен застрявший меч, - что это происходит именно со мной.

– Погоди, - успокаивающе сказал я, мысленно прикидывая наши шансы.
– Мы пришли с миром. Мы одной крови - ты и я.

– Ну, это ты, положим, врешь: всем известно, что у вас, дра конов, кровь зеленая.

– Ладно, пусть я немного преувеличил. Но мы в самом деле не имеем враждебных намерений. Я всего лишь несу в дар волшебнику не большой сувенир от нашего семейства.

– А когда старичок прикоснется к нему, презент скажет: "ба-бах", и замок Абар-Кадабр, сооружение одиннадцатого века, представляющее также и архитектурную ценность и находящееся под защитой государства, птичкой вспорхнет в небеса. Опять же и дедуш ку жалко. Он нам, знаете, сколько добра сделал?
– Гоэлрос принялся перечислять, загибая пальцы на руках, а затем и на ногах.
– Заас фальтировал территорию, разбил клумбы, построил две школы, салун и тюрьму, открыл дельфинарий, планетарий и колумбарий. Обучает эль фят джиу-джитсу, йоге и ненормативной лексике. Перевел на квэнди "Кама-сутру" и изобрел двадцать восемь новых поз. Построил завод по переработке тяжелой воды в огненную и сейчас договаривается с русскими о поставках сырья. Научил нас печатать фальшивые ассигна ции и стрелять из "винчестера". Организовал курсы стриптиза с гастролями за границей. А с тех пор, как умер Кароян, у нас регу лярно концерты классической музыки. И все это - за одну зарплату старшего лаборанта. Да что там говорить - симпатичный старичок. Не пропущу я вас к нему, нашли тоже дурака.

Похоже, он занял твердую позицию. Надо было искать другие ар гументы, и у Хабарлога они были.

– Мы - гномы простые, недалекие, словесным вывертам необучен ные, - заявил он, выходя вперед.
– Я вам вот что скажу: бей эль фов! Казад!
– зарычал он, воздев над головой свой секач.

Гоэлрос вытащил наконец-то меч, порядком-таки заржавленный. Насколько я смог разглядеть, клинок был густо покрыт нецензурными рунами и непристойными рисунками.

– А Элберет Гилтониэль, - выкрикнул он старинный эльфийский клич, смысл которого давно утерян в веках, даже если и присутство вал когда-то.

И два бойца схлестнулись, нанося повреждения окрестному ланд шафту и сметая некстати подвернувшуюся живность. Я решил не ме шать, обогнул их, стараясь не попадаться на глаза, и вошел в зап ретные пределы.

Моему взору открылась широкая долина, усеянная газетными ки осками, автоматами по продаже кока-колы и пончиков и фланирующими эльфами. Многие были в шортах и гавайках, но все - при мечах. Еще чуть-чуть - и я буду замечен. Даже если я воспарю, меня достанут стрелы. Что-то нужно было срочно предпринять. Похоже, что выход у меня был единственный. Я вздохнул, представив себе тающий банковс кий счет, вынул из-под левого крыла мобильный телефон и вызвал се мейного имиджмейкера. Он появился спустя несколько минут, крити чески оглядел меня, сказал: "Да, работа предстоит большая", нанес кое-где штрихи карандашом и приступил. Вся процедура отняла у меня два часа времени, добрую порцию сил и нервов и кругленькую сумму в конвертируемой валюте, но мастер превзошел себя. Когда я шествовал к замку, приветственно кивая окружающим и распространяя запах роз и лаванды, встречные кланялись и улыбались в ответ, и, клянусь, я видел, как они плакали от счастья. Случись сейчас выборы нового короля, я бы прошел "на ура". С одной девушкой случилась истерика, когда я кончиком правого хвоста коснулся ее ноги, а караул у ворот Абар-Кадабра вытянулся по стойке "смирно" и ел меня глазами. Сам чародей вышел на крыльцо зала заседаний. Мы троекратно обнялись и расцеловались, после чего он ввел меня внутрь и только там спро сил:

– Может быть, кончим этот цирк?

Я расслабился, несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успоко иться, и достал из потайного кармана Кубок.

– Вот.

Волшебник откашлялся, осмотрел меня, пробормотал:

Монструм диишиа, прекрасный образец, - потом перевел взгляд на сосуд в моей лапе и констатировал.
– Чаша Святого Грааля, вне всякого сомнения. Ну, и что же вам нужно, молодой человек? Можете называть меня просто - профессором. Как ваше имя, кстати, юный представитель монстров двухтазовых?