Чтение онлайн

— А с виду красивые. Я бы с удовольствием такие в своем саду посадила.

— Можешь сажать, кустики совершенно безопасны. Просто среди них живут капканы. — Найл пнул выволоченного на траву уродца.

— Какие капканы? — не поняла Мерлью.

— Вот эти. — Найл пнул уродца еще раз. — Сидят себе в норах, а пасти снаружи распахнули. Кто на челюсть наступил, того сразу и заглатывает. Животная разновидность фунгуса.

— Понятно. Еще один сюрприз от жаждущей встречи Великой Богини.

— Да ничего в них особенно опасного нет. Если соблюдать осторожность, то не попадешься. Пройдем без проблем.

— Симеон вернулся, — вспомнила принцесса. — Они нашли озерцо, и я послала туда гужевых за водой.

— А почему гужевых?

— Шабр женщин все равно не отпустил бы. А те, кто способен носить оружие, собрались сюда. Мало ли что тут у вас случится.

— Опять Шабр! — возмутился правитель. — Что он тут раскомандовался?!

— А ты у него спроси, — усмехнулась принцесса и отступила в сторону.

— Вон он, посреди поляны кружит. Прямо-таки гарем развел. Савитру мою ни на шаг не отпускает, маньяк…

Шабр и вправду ухитрился создать лагерь в лагере: примерно полсотни женщин возлежали на траве ровными рядам, а Шабр и Симеон деловито сновали туда-сюда, склоняясь то над одной, то над другой.

Заметив правителя, Нефтис вскочила, устремилась навстречу.

— Как давно я не видела вас, господин мой!

— Да, давно…

Живот стражницы заметно округлился, да и сама она явно пополнела, отчего стала только приятнее на вид — не такой воинственной, что ли.

— Шабр нас никуда не отпускает, — пожаловалась девушка, словно была не начальницей стражи, а обычной служанкой.

Впрочем, все люди, жившие в городе пауков, к восьмилапым относились, как к высшим существам.

— Я с ним поговорю, — пообещал Найл.

Тут Шабр заметил непорядок, вихрем примчался с противоположного края поляны, повелительно приказал Нефтис ложиться, а уж потом поздоровался с правителем:

— Рад видеть тебя, Посланник Богини.

— Я тоже рад видеть тебя, Шабр.

— К сожалению, Симеону не удалось найти цветов ортиса, Посланник Богини. Это очень плохо, его сок может понадобиться в ближайшее время.

— Зачем? — В памяти Найла сок ортиса по-прежнему оставался средством, нужным, чтобы прятаться от смертоносцев, единственным способом скрыть мысли от их прощупывания.

— Для обезболивания при родах.

— Чьих?

— Всех сразу и не назовешь, — подошел Симеон. — Турба, Пешиня и Савира на седьмом месяце, Нефтис, Джарита и Савитра — на шестом, Анония, Петрис и Ку…

— Постой, — перебил правитель, — но ведь от силы дней десять назад вы говорили, что Нефтис на четвертом месяце!

— И Джарита, — подтвердил Шабр. — Но плоды стали развиваться с необычайной скоростью!

— Наверное, — добавил Симеон, — это влияние Великой Богини.

— Ерунда! Великая Богиня никак не влияет на рост людей. Только насекомых. Наше сознание блокирует ее излучения.

— На людей она никак не влияет, — согласился медик, — никто из нас не вырос ни на ноготь. Но вот дети… Они и так растут довольно быстро, а тут еще и стимулирующее влияние излучения Богини, и отсутствие собственного сознания. В общем, беременность протекает с такой скоростью, что я вообще не понимаю, как человеческий организм может выдержать подобную нагрузку. По-моему, этим женщинам нельзя даже шевелиться, чтобы не превышать допустимой нагрузки на сердце.

— Я думаю, — не согласился Шабр, — что при хорошем питании они вполне могут ходить, только не слишком долго. Некоторая подвижность стимулирует кровообращение.

— Интенсивность кровообращения и так превышает все нормы! — немедленно возмутился Симеон. — Питательные вещества, потребные зародышу…

Как понял Найл, спор этот мог продолжаться бесконечно. Он вернулся к Нефтис, присел рядом, взял ее за руку:

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, господин мой. Вот только жарко. И сердце постоянно бьет, будто выскочить пытается.

— Ты лежи, за меня не бойся. Опасностей пока никаких. Все спокойно.

Потом Найл отыскал Джариту. Служанка лежала по другую сторону поляны. Она тоже выглядела молодцом, но в отличие от Нефтис немного похудела.

А вот Савитра, служанка принцессы, высохла совершенно. Она тяжело дышала и не открывала глаз.

— Ну как? — Найл и не заметил, как приблизилась принцесса. — Что Шабр сказал?

— А ты не могла предупредить, что половине женщин двигаться нельзя! — внезапно вскипел Посланник Богини. — Не могу же я уследить за всем сразу!

— Ты сказал, что нужно двигаться вперед, — хладнокровно парировала Мерлью. — Смертоносцы беспрекословно слушаются тебя, а люди — смертоносцев. К тому же беременным дорогу в тростнике прорубать нужды не было. Они просто тихонько шли сзади. Ничего страшного.

Мерлью присела рядом со служанкой, положила ей руку на лоб:

— Потерпи, скоро воду принесут.

Савитра никак не отреагировала. Принцесса резко встала и решительно пошла в сторону тростника.

— Мерлью, — окликнул ее правитель. — Нужно готовить ужин. Сегодня, думаю, мы дальше не пойдем.

— Разумеется, — кивнула, не оборачиваясь, принцесса.

Найл проводил ее взглядом, потом повернулся к Риону и Юккуле:

— Разводите костер, нужно попробовать нашего уродца на вкус. Если съедобный, то к вечеру наковыряем еще несколько «капканов».

Солнце неторопливо уползло за холм, оставив вместо себя влажное тепло и долгие сумерки. Желудок приятно растягивало обильным ужином, толстый слой травы мягко облегал спину, глаза устало слипались, и ленивый ветерок уже навевал сладкие сны.

Живые капканы оказались вполне съедобны, а выпотрошенные — начисто избавлялись от тухлого запаха. Правда, они были невероятно жирны, но принцесса Мерлью вовремя вспомнила, как у себя, в Дире, они тушили в личиночном жиру побеги тростника. Поскольку этого добра вокруг росло в достатке, к вечеру во всех четырех котлах булькало невероятно ароматное варево.

На запах слетелось немалое количество мух и табанид, но почти все они попали к смертоносцам в желудки. Засыпая, Найл думал о том, что присутствие пауков уже много, много раз спасало людям жизнь. Восьмилапые умели и, пожалуй, любили охотиться на крылатую дичь. Желая поживиться кем-нибудь из путников, летучие хищники Дельты чаще всего сами становились жертвами волевого удара и ядовитого укуса хелицер.