Чтение онлайн

Важно то, что верой Божьи люди побеждают самые навязчивые страхи. Многим христианам, жившим тогда в Римской империи, царское повеление внушало невероятный страх. Ненужно было быть пророком, чтобы предсказать, что первоначальная терпимость вскоре сменится жестокими репрессиями. Можно не сомневаться, что этот пример веры, показанный мужем и женой, рисковавшими собой ради своего драгоценного дитя, не остался незамеченным в среде их современников, людей I в.

Порой верующего человека жизнь ставит перед необходимостью выбора, а разумный выбор можно сделать только верой. Именно верой Моисей принял ряд важнейших для народа решений, связавших его жизнь с жизнью Божьего народа. Верой Моисей оставил свои социальные привилегии, физические удовольствия и материальное благополучие.

Социальные привилегии просто обрушивались на Моисея как на приемного сына дочери фараона (Исх. 2:10), а ожидавшее его поприще египетского принца сулило ему всевозможные блага и высокое положение. Когда перед ним встала необходимость выбора между славой египетского царского двора и невзгодами пустыни, он выбрал второе. Сознательный выбор социально униженного положения можно сделать только верой.

Физические удовольствия были в постоянном распоряжении Моисея, проживавшего во дворце египетского царя, однако он увидел в них нравственное разложение и временное наслаждение, которые считал греховными. Он оставил все это ради того, чтобы соединиться с Божьим народом, то есть с бесправными рабами–евреями.

Материальное благополучие было характерной чертой египетского образа жизни, ибо богатства и сокровища этой страны были баснословны. Но Моисей отрекся и от этого ради того, чтобы быть притесняемым в этом мире и получить Божье одобрение в будущем. Такой решительный выбор можно сделать только верой, потому что только верой христианин выбирает не собственное удовлетворение, а то, что угодит Богу, прославит Христа и поможет другим.

Многие комментаторы считают, что выбор Моисея дал обильную тему для пасторских проповедей первым христианам–иудеям ранней церкви. Моисей мог остаться среди безбожного народа, но верой он избрал поношение ради Христа, потому что увидел его вечную ценность в сравнении с пустотой светской жизнью. Возможно, автор, в связи с этим, был обеспокоен судьбой тех христиан, которые находятся перед серьезной опасностью отступничества и оставления своей христианской общины, тех истинно Божьих людей, которые обольстились физической безопасностью и социальной благонадежностью, обеспеченными им в стенах синагоги. Автор наставляет своих читателей: «Подражайте Моисею. Изберите верой то, что вечно и нетленно. Будьте готовы терпеть гонения и поношение ради Божьих помазанников». В испытаниях, выпавших на долю Божьего народа при исходе из Египта, автор видит прообраз будущих испытаний нового исхода под водительством Христа. «Знак помазания на героях веры» (NEB) был драгоценнейшим сокровищем Моисея.

Моисей отказался от высокого положения, удовольствий и сокровищ Египта. Он не смотрел в гневное лицо фараона; он взирал не на земное, а на небесное. В этом стихе отразилось одно из замечательнейших и парадоксальнейших качеств христианской веры: смотреть на лицо Бога, Который невидим. Фраза «он взирал» (11:26) означает, что «его глаза были устремлены» (NEB). Значение употребленного здесь глагола можно растолковать следующим образом: «фиксировать свое внимание на чем–то, подобно тому, как художник неотрывно смотрит на свое живописное или скульптурное творение» (Брюс). Но это слово также означает сознательный выбор. Уэсткотт говорит, что в классической литературе оно употребляется в значении «рассматривать объекты поочередно». Мы устремляем свой взгляд на конечное, а не на сиюминутное; мы вглядываемся в будущее, пытаясь разглядеть нашу вечную награду, а не ищем временной выгоды.

Все это произошло, когда Моисей оставил… Египет. Возможно, здесь идет речь о его побеге в Мадиамскую землю после того, как совершенное им убийство стало известно фараону (Исх. 2:11–15). Однако не исключено, что это замечание относится к его второму побегу из Египта вместе с искупленным Божьим народом. В пользу первой точки зрения говорит следующий стих (11:28) со своей вступительной фразой «верою совершил он пасху», благодаря которой восстанавливается правильная историческая последовательность описываемых в обоих стихах событий. Если допустить, что речь идет о побеге Моисея в Мадиамскую землю, в таком случае перед нами пример пассивного долготерпения. Ведь Моисей мог бы, воспользовавшись случаем с египетским надсмотрщиком, организовать бунт среди евреев и, встав во главе восстания и использовав их численное превосходство, добиться успеха. Но, по словам А. С. Пика, «духовное видение открыло ему, что время Бога еще не пришло, и он решительно сходит с пути, на который он вступил… Ибо труднее было жить для своего народа, чем умереть за него» [65] . В то время, когда его люди были в таком отчаянном положении, ему, находившемуся тогда в Мадиамской земле, потребовалось огромное терпение. Комментируя послание, Пик напоминает нам: «Чтобы оставить любимое дело, в которое вложено сердце, и покорно обречь себя на бездействие, ибо такова воля Божья, требовалась необыкновенная, высшего порядка смелость, которая порождается и подкрепляется только чистейшим духовным видением».

Если же ссылка на уход Моисея из Египта относится к великому исходу Израиля, тогда нам преподан пример активного долготерпения. Фараон был в бешенстве, и, хотя Бог все же усмирил его целой серий последовательных наказаний, Моисей знал, что настырные египтяне не отпустят евреев без кровопролития. Долготерпение этого великого вождя Божьего народа выражалось не втом, что он наблюдал за тем, как гневается фараон, а в том, что он уповал на милость Бога. Он взирал на невидимого, живого и верного Бога и получил от Него силу, выносливость и терпение.

Несмотря на героические усилия народа и мудрость вождя, успех исхода был обеспечен исключительно мощным вмешательством Бога. Однажды ночью ангел смерти (Истребитель) посетил каждый египетский дом и в каждом погубил первенца. Все прежние попытки Бога убедить фараона лишь ожесточали его еще больше. Но когда ангел пронесся над египетской землей, чтобы совершить акцию возмездия, не пострадали только те дома, косяки дверей которых были помазаны кровью. Фараон и египтяне упорно отказывались подчиниться Богу, но в ту ночь все евреи убедились, что кровь пасхального агнца на входных дверях не осталась незамеченной. Весь народ предстал перед Господом в едином духе смирения. Требования Бога казались им странными и сложными (агнец должен был быть безупречным во всех отношениях) и сам ритуал — беспрецедентным, однако они сделали все так, как повелел Господь. Своей простой верой они совершили пасху. Они положились на Бога, Который говорил к ним через Своего слугу: «И пошли сыны Израилевы и сделали; как повелел Господь Моисею и Аарону, так и сделали» (Исх. 12:1–3,28).

Но не только вера Моисея отозвалась на призыв Бога–Избавителя. Тот факт, что народ (рассуждения автора основаны на английском переводе Библии. — Примеч. пер.) смог перейти Красное море, был выражением действия смиренной веры. Здесь вновь с особой силой отмечается их полная зависимость от Бога. Моисей сказал им: «Господь будет поборать за вас, а вы будьте спокойны». Народ вместе с Моисеем подчинились Божьему слову. Моисею было приказано протянуть свой жезл, что он и сделал (Исх. 14:10–31). Напоминанием об этом великом событии автор послания вдохновлял первых христиан верить Богу, для Которого нет ничего невозможного (Быт. 18:14; Иов. 42:2; Мк. 10:27). Вся мощь Римской империи и вся сила врагов Израиля могли восстать против них, но верой они смогли восторжествовать над обстоятельствами и убедиться в том, что любое непреодолимое препятствие на их пути всегда оборачивалось доказательством верности Божьего слова и безграничности Божьего могущества.

Автор опускает годы странствия в пустыне и переходит сразу к первому и самому трудному испытанию, с которым евреи столкнулись после вхождения в Ханаан, — эпизоду с неприступным городом Иерихоном. Затем он напоминает нам о вере блудницы Раав, чтобы затем перейти к краткому поименному перечню шести персонажей от периода Судей до установления царства Давида. Вера, описанная в этих стихах, неустрашима, готова идти на риск и поразительно многообразна.