Посланница преисподней
Шрифт:
Он целовал её, смакуя вожделение, словно вино — сладкое вино… с неуловимым оттенком горечи.
Наверное, эта горечь и удержала рассудок, уже готовый отбыть в неизвестном направлении.
Вирлисс резко отстранился. Во взгляде его нарастало смятение.
— Что случилось? — в голосе Ариэллы прозвучало удивление с лёгкой тревогой. Девушка чуть отодвинулась и озадаченно вглядывалась в лицо.
Вир молчал.
Острый белоснежный клык прикусил губу — и вонзался всё глубже и глубже, пока из ранки не потекла кровь.
Боль привела вампира в себя, и он грустно улыбнулся, погладив Ариэллу по щеке.
Как бы там ни было, Рири ни в чём не виновата. По крайней мере, в том, что он идиот — уж точно…
На эмоции не оставалось силы. Была только тихая грусть.
Он уткнулся лбом в плечо девушки.
Ариэлла ласково обхватила его голову руками.
— Вир… Ну что ты как девочка, которую лишили девственности? Ещё скажи «Какой ужас, что мне это понравилось!»
Вирлисс против воли смешливо фыркнул.
— Ты славная, Рири, — тихо ответил он. — Просто я…
— Когда Фрей придёт в себя, вы во всём разберётесь, — твёрдо сказала Ариэлла. — А сейчас ты даже поговорить с ней не можешь. Я думаю, она бы не хотела, чтобы ты сам свёл себя с ума от безысходности.
— Ты была права… — прошептал он. — Ты была абсолютно права. А я идиот…
— Ты о чём?
— Тогда, в будуаре… Ты сказала, что я разозлился потому, что на самом деле хотел тебя. И не желал этого понимать… Хотел романа с живой женщиной. И боялся, что потеряю любовь к Фрей…
— И что, потерял? — улыбнулась уголками губ Рири.
Вирлисс покачал головой, не поднимая глаз.
— Ну, видишь, как замечательно? — рассмеялась девушка. — Хорошо, давай сделаем вид, что ничего не случилось.
Вампир со свистом втянул в себя воздух и отстранился.
— Мы оба будем знать, что это ложь.
— И что ты предлагаешь?
— Если я ещё раз полезу к тебе с поцелуями… будь другом, врежь мне по морде, а?…
Ариэлла усмехнулась и покачала головой.
— Могу соврать, что врежу.
Они замолчали. Изгибались в отчаянном танце языки костра.
Вирлисс поднялся и подал руку Рири.
— Ладно. Пойдём, — просто сказал он.
— Куда? — не поняла Ариэлла.
— В Храм.
— Там мой отец.
— Это уже неважно.
— Ну да! — Рири фыркнула совсем как подросток. — Это для нашей затеи уже неважно, а лично для меня ещё как важно! Знаешь, что он со мной сделает?
Вирлисс не сумел сдержать улыбки.
— Что? Неужели выпорет? Или оставит без сладкого?
— Он на меня наорёт, — хмуро буркнула Ариэлла.
Юноша вздохнул.
— О богиня, какая ты ещё, оказывается, девочка… Ну, посидишь в моей комнате.
— А не боишься? — поддразнила она.
— Будь что будет.
Ариэлла вложила свою ладонь в его протянутую руку и упруго поднялась с песка. Дремотно шептали у берега волны, и блики пламени отражались в тёмных глазах демонессы, дрожали на изогнутых рогах, похожих на диадему — и искрами плясали на серебристых волосах Вира.
И её рука лежала в его руке.
— Ты ангел, Вирлисс. Тариллин, — потупившись, вдруг тихо промолвила девушка. — Поэтому ты и сумел удержаться. Мало какой мужчина не послал бы сейчас свою порядочность к чёртовой матери… Это не плохо и не хорошо, просто так оно и есть. — Она решительно вскинула голову, прямо встретив его взгляд. На дне её глаз таилась странная печаль. — Но ангела и демона, если уж они ухитрятся найти общий язык, всегда будет тянуть друг к другу, как плюс и минус в магнитном поле. И это тоже не плохо и не хорошо, это закон природы. А твоя любовь… Она сверх законов природы и сверх всякого понимания, — Ариэлла грустно улыбнулась.
Вирлисс с трудом сглотнул. Ему хотелось обнять девушку, привлечь к себе — и целовать, целовать… Ни о чём не думая.
Он резко отвернулся.
Теперь, по крайней мере, он отдаёт себе отчёт в своём желании.
— Летим, Рири, — тихо ответил Вир, не оборачиваясь. — Не мучай меня больше. Пожалуйста…
Она пожала плечами.
— Костёр надо потушить.
— Давай, — отрывисто согласился тариллин. Слова Ариэллы крутились в голове, не давая покоя.
Пламя погасло, повинуясь едва различимому щелчку пальцев демонессы. Вир, запрокинув голову, смотрел на звёзды, и ему казалось, что никогда ещё он не видел их в таком количестве.
Шумели волны.
Ариэлла подошла сзади и положила тонкие узкие ладони на его плечи — а потом прижалась тёплой щекой к щеке.
Вир накрыл руки девушки своими, и оба молча стояли в темноте, слушая, как сонно вздыхает море.
— Ты сказала… — наконец нашёл в себе силы прервать молчание Вирлисс.
— Да.
— Что — «да»? — он резко обернулся и тут же смешался. — Я хотел спросить… Ты сказала, что нас тянет друг к другу… То есть, между мной и Этом ты?…
Она рассмеялась.
— Да, — ещё раз сказала она. И мягко пояснила: — Эт мой друг, и я была бы не против иногда просыпаться с ним в одной постели… Но ты — это как-то… — она запнулась, подыскивая слова. — Не знаю. Как-то иначе.
Вирлисс молчал. Он любил Фрей и тосковал по ней, но то, что тянуло его к Ариэлле, никак нельзя было назвать только похотью.
Уже нельзя.
Он сам не смог бы дать определение своему чувству.
Вирлисс встряхнул головой.
— Летим, Рири, — пытаясь подвести черту под этим непростым разговором, поднялся в небо вампир.
Демонесса легко взмахнула огромными крыльями и взмыла следом.
Они летели над ночным морем, под звёздами, и в какой-то момент просто взялись за руки.
Вирлисс не знал, сколько длился этот полёт — мучительный и восхитительный. Просто наконец они влетели в его комнату, распахнув окно.