Чтение онлайн

Третьего эмпата не нашли. Еще до появления Иценуса он предусмотрительно скрылся. Да и в том, являлся ли он эмпатом, уверенности не было.

Солея пребывала в шоковом состоянии. Она заперлась в своих покоях и впускала только Дорриэна. Меня это ужасно злило, но что я могла поделать? Сказать ему гони ее вон и бери в жены меня красивую? Даже мой сволочной нрав не позволил подобного.

Седрик приехал на день раньше Теоры. Увидев ненаглядную дочурку, чудом избежавшую смерти, папочка окружил ее заботой и вниманием, не представляя чем бы еще ей угодить. Ткани, драгоценности, всевозможные магические игрушки — все лежало у ног юной наследницы. О том, кто спас его дочь, Седрик предпочел забыть, не удостоив меня даже кратким «спасибо».

Теора примчалась поздно ночью и с криком "где мой сын?!", ворвалась в спальню принца. Мы как раз доигрывали партию «Этары». Пригрозив ему кулаком и, пообещав наказать за непослушание, мать кинулась обнимать сына, при этом осматривая его на предмет смертельных ранений. Парень покраснел и тихо попросил ее не вести себя с ним как с маленьким ребенком.

Я холодно поклонилась королеве и вышла. Нам с ней предстоял серьезный разговор. Но не в это время и не в этом месте.

Эдель суетилась возле Лесты, опасаясь за здоровье колдуньи. И это было понятно. Пожилая эмпатия перенесла глубокое потрясение. Еще один Обряд. И одной из жертв должен был стать ее пра…внук, убиваемый собственным отцом.

Даже близнецы нашли себе занятие по душе — целыми днями ударяли за все пребывающими прекрасными эльфийками, эмпатиями и человеческими девушками. Гости съезжались на свадьбу, предвкушая веселые деньки. Я как-то подслушала разговор эльфов с двумя прелестницами. Ребята рассказывали им о своих подвигах и уничтожении Иценуса. Из их басни следовало, что сражались мы с целым войском исчадий Жуткой Тьмы. И если бы не эти двое храбрейших юношей, миру точно пришел бы конец. С каждым днем число разбитых женских сердец увеличивалось в геометрической прогрессии. Но эльфы просто физически не успевали находиться в нескольких местах одновременно и ублажить своими рассказами всех прекрасных дам.

Лориэн как будущий правитель Нельвии таскался за матерью по всем советам и собраниям, совершенствуясь в искусстве политических интриг. А когда мы случайно встречались в коридорах Ирриэтона, он провожал меня таким несчастным и затравленным взглядом, что впору было объявлять акцию протеста в пользу защиты прав наследников Этары.

За все дни мне так и не удалось поговорить с Теорой. После подписания мирного договора с Владыкой и нескольких торговых соглашений, она поспешила вернуться в Нельвию, захватив с собой упирающегося Лора. Даже не дала с ним толком проститься.

На следующее утро после отъезда нельвийской делегации, Инэка принесла мне записку от Ее Величества. Теора в нескольких предложения изъявляла свою волю увидеть меня в скором времени в Нельвии и обо всем поговорить. Я сжала лист бумаги и со злостью швырнула его в камин. В тот момент окончательно утвердилась в мысли, что для королевы я была всего лишь способом достижения намеченных целей. Уверена, она снова что-то задумала. Хотелось плюнуть на ее приказ и не возвращаться в Нельвию. Но тогда куда мне податься? Остаться в Драгонии я не могла. Сердце и так разрывалось от гнетущего чувства ревности. А жить здесь и каждый день видеть счастливые лица молодоженов, было выше моих сил. Не мазохист ведь я, в самом деле? От предложенных мне земель все тех же родственников Кенэта я вежливо отказалась.

В общем, заняты были все. Все, кроме моей скромной персоны, позабытой и оставленной без внимания. На церемонии подписания мирного договора меня, правда, объявили кем-то вроде Жанны д'Арк, но после все вновь погрузились в дела суетные, оставив меня одну скорбеть над своей нелегкой жизнью. Хотя вру. Совсем одинокой я не была. Рядом со мной постоянно находился мой любимый феникс. По-видимому, Феня чувствовал в каком состоянии пребывает его хозяйка и не оставлял меня ни на минуту. Даже ночью, вместо того, чтобы отправиться на охоту (обычно он улетал из замка в темное время суток), птенец оставался рядом со мной.

Вечерами я сидела у себя в комнате и с тоской наблюдала за прогуливавшимися по саду гостями. Эдель и Вол все вечера проводили вместе, наверстывая упущенное время. Дорриэн и Солея тоже довольно часто появлялись в парке. Невыносимо было смотреть на то, как она кладет ему на плечо свою прекрасную головку и что-то щебечет, обворожительно при этом улыбаясь. Однажды, когда они стояли под моими окнами, я чуть не поддалась искушению и не выбросила на них горшок с цветами. Наверное, не стоило так опрометчиво кидаться спасать эльфийку.

— Решила цветы переставить?

Я вздрогнула и поставила горшок на место.

— Неплохо выглядишь для девушки, сумевшей загнать обратно демона Жуткой Тьмы.

Я с радостью шагнула навстречу колдунье.

— Никого я не загоняла. Он сам ушел.

Несколько секунд мы молчали, а потом покатились со смеху. Я начала передавать Лесте свой диалог с демоном. Она хохотала до слез.

— Сколько не думала, так и не смогла понять, чем я его так напугала. Что ж я за монстр такой, что даже демон и тот не захотел со мной связываться?

Колдунья ласково погладила меня по щеке.

— Ты не монстр, ты — ангел. Просто еще не поняла этого.

Не сдержавшись, я обняла ее и в голос заревела.

— Что случилось, дитя?

Что я могла ей ответить? В моей голове все смешалось. Вопросы, ответы, чувство любви и страх перед неизвестностью.

Эмпатия уложила меня к себе на колени. Перебирая пальцами мои волосы, она вдруг ни с того ни с сего начала рассказывать сказку о жившей давным-давно принцессе, которая полюбила простого крестьянского юношу и, несмотря на все протесты родителей, отреклась от престола и вышла за него замуж.

Я свернулась клубочком и, слушая тихий баюкающий голос колдуньи, понемногу успокаивалась.

— Зачем ты мне это говоришь?

Леста поцеловала меня в голову и ответила:

— Я просто пытаюсь объяснить тебе, что не всегда принимаемые нами решения являются единственно верными. Принцессе удалось побороть свои страхи и обрести счастье. Ни власть, ни богатство, ни знания не делают нас счастливыми, если им не сопутствует любовь.

— А свобода? — Я приподнялась и заглянула в зеленые глаза эмпатии, обрамленные едва заметной сеточкой морщин. — Разве она не боялась потерять себя, коренным образом изменив свою жизнь. Пусть даже и ради любимого.

— Глупенькая, — пожурила меня колдунья. — Кому нужна свобода, если финал ее — одиночество. Просто будь чуточку смелее и признайся сама себе, чего же ты хочешь на самом деле.

Она еще раз поцеловала меня и направилась к двери.

Я продолжала лежать, сжавшись в комок, и смотрела в одну точку.

— Принцесса жила в сказке, а моя жизнь — жестокая реальность.

— В твоих силах ее изменить.

Колдунья вышла, оставив меня один на один со своей болью.

На следующий день я вскочила ни свет, ни заря. Быстро приведя себя в порядок, позвала Инэку и попросила собрать мои вещи. Я не принцесса и не собираюсь рушить чужое счастье, даже если от этого зависит мое собственное.