Чтение онлайн

– Владыка Шибальбы, подземного мира, – прошептал я Рози. – Но как такое может быть? Это же всего лишь легенды…

Она положила лапу мне на ногу и заскулила.

– Да, детка, мне тоже страшно.

Я захлопнул книгу и сунул ее под матрац. Рози заворчала.

– Правильно. Нужно убрать ее подальше.

Вскочив, я сунулся в один из ящиков комода, куда мама заставила меня положить бутылку со святой водой. Я сбрызнул страницу с картинкой монстра и сунул книгу в ворох грязной одежды в шкафу.

Мы с Рози забрались обратно в постель; я слышал, как сильно бьется ее сердце, и понимал, что она до сих пор напугана.

Нечего было и думать, чтобы заснуть. Ужасная картина авиакатастрофы стояла перед глазами… Мысль о том, что Рози могла погибнуть, тоже вызывала ужас. А уж вид того существа… что ж, это было вообще за пределами всех кошмаров.

А еще странное поведение мамы. Почему она его не видела?

А что, если бы он напал на нее? Я задумался. Смогли бы мы с Рози ее защитить?

Я крепко зажмурился, но так и не смог прогнать стоящую перед глазами картинку.

Но кое-что еще пугало меня гораздо сильнее: я знал, что со своей хромой ногой никогда не убегу ни от какого монстра.

Когда следующим утром я забирался в автобус «Святого Духа», голова моя трещала и перед глазами все плыло. Фантазия может сыграть с тобой злую шутку, особенно когда ты уже начинаешь слышать свою собаку, которая говорит: «Ты в опасности».

Ага, в опасности – мои мозги расплавятся в этой паршивой католической школе. В фургоне было восемь ребят. Шестнадцать глаз уставилось на меня. Рози шла за мной до конца дороги, а когда я залез в автобус, уселась и еле слышно тявкнула. Я почувствовал себя ужасно несчастным. Но хуже всего было то, что ребята начали шептаться.

А что это у него с ногой?

А зачем ему трость?

Интересно, что случилось с собакой?

Почему у нее нет лапы?

Наверное, этот чудик ее сожрал.

Я ослабил узел дрянного галстука, отогнул ворот белой рубашки и уставился на бескрайнюю пустыню за окном. За завтраком я начал рассказывать маме, что у меня посттравматический стресс от увиденного, и мне почти удалось уговорить ее… пока к нам не нагрянула тетушка Кэб пожелать мне удачи. Она заявила маме, что в новой форме я выгляжу «преотлично», и убедила ее, что мне необходимо прямо сейчас отправиться в школу, дабы поскорее отвлечься от всякого рода безумств. Правильно. Ведь тусовка с монашками уж как-нибудь непременно вытравит из моей памяти образ монстра.

Через двадцать минут автобус подъехал к школе, через десять я получил расписание, а спустя еще пять минут меня отправили в кабинет отца Бомгартена, директора школы. Я обещал маме, что честно буду стараться подружиться с ребятами и не встревать ни в какие передряги, но когда чувак, заявивший в автобусе: «Наверное, этот чудик ее сожрал», толкает тебя на шкафчик и «нечаянно» врезает под дых, а кучка ротозеев при этом ржет, любой уважающий себя парень уронит свою трость подонку на голову. Нечаянно, конечно же. Либо так, либо тебя будут пихать на шкафчики весь год. И никто больше не засмеется.

Я сидел возле двери в кабинете отца Бомгартена, упершись тростью в пол, рассматривая портрет папы римского на стене, и придумывал, как буду объяснять маме, что в первый же день в школе стукнул парня новой тростью. И тут я увидел самую красивую девочку в мире, а, может, и во всей вселенной. Она подошла и уселась рядом. На меня пахну'ло дождем и весной. Кожа у нее словно светилась. На ней были черные леггинсы, свободный свитер на молнии и ботинки на шнуровке, которые, похоже, прошли через столетия битв. Вы, наверное, скажете, что по описанию она выглядела как наемный убийца, уделяющий много внимания своей коже.

«Интересно, где ее форма?» – подумал я.

– Привет, – произнесла она, убирая прядь темных волос за ухо.

Мой желудок сделал сальто. Ладно, признаюсь – я не привык общаться с красивыми девчонками. Поправка: я вообще не привык общаться ни с какими девчонками. Я убрал трость за спину и медленно повернулся, ничего не отвечая, потому что слова застряли в горле.

– Я – Брукс, – не моргнув, сказала она.

Как-то однажды дядя Хондо научил меня, как правильно вести себя среди девчонок, чтобы они посчитали тебя крутым: ты должен выглядеть отрешенно. Я кивнул в ее направлении и переключился на плакат, рассказывающий, что произойдет через два дня.

На нем была фотография улыбающегося во весь рот отца Бомгартена в клоунских зеленых очках.

– Имя у тебя есть? – спросила Брукс.

Есть, конечно. Снова кивание. Мне просто необходимо что-то сделать со своим проглоченным языком.

– А ты всегда такой грубиян?

Нет. Я вообще не грубиян. Только когда со мной заговаривают симпатичные брюнетки. Я повернулся к ней, хрипло прокашлялся и выдавил:

– Зейн.

– Ты новенький?

– Первый день, – кивнул я. – А ты? Почему не в форме?

Брукс улыбнулась, и меня словно пронзили мегаватты «Вау!»

– Впечатляет, – сказала она. – Первый день и уже вызвали к Бомгартену? Это, похоже, новый рекорд.

Я выпрямился.

– А ты что натворила?

Она откинулась на спинку стула, абсолютно расслабленно, словно ей не нужно было объясняться перед директором школы.

– Расскажу позже, – бросила она, и мое сердце куда-то провалилось.

Позже? Значит, она собирается поговорить со мной еще раз. Класс!

Я взглянул на желтую прозрачную папку, которую она держала на коленях. Внутри лежал листок, на котором она что-то нарисовала. Не глупые сердечки или свое имя затейливыми вензелями, не милые мордочки котят. Нет, она нарисовала монстра с волосатыми скрюченными пальцами и выпученными глазами. Я чуть не упал со стула. Подождите-ка… А это не тот самый, что встретился мне прошлой ночью? Я поморгал, дабы удостовериться, что с головой все в порядке и мне не мерещится. Нет, монстр был на месте, деталь в деталь. Я уже собирался спросить ее об этом, но тут дверь в кабинет распахнулась, и отец Бомгартен кивком пригласил меня войти.