Чтение онлайн

— Проваливайте отсюда, чтоб я вас здесь больше не видел.

— Так что сегодня за праздник? — Соков решил играть свою роль до конца.

— Национальный праздник песни. Ежегодное мероприятие. Газеты читать надо, — сказал грозно обладатель рации.

— Да, да, конечно, — закивал головой Владимир, — мы теперь ни одной газеты не пропустим, — он схватил Николаева за рукав и потянул в переулок, подальше от толпы, рева медных труб, грохота барабанов и кэгэбэшников.

Отойдя пару кварталов, они уселись в скверике на скамейку и дружно рассмеялись.

— Ну, Соков, ты — артист, нашел где — хохмить, напротив здания КГБ! Еще хорошо отделались. Ловко ты под придурка «косил».

— Они вообще не имели права нас задерживать.

— Это ты начальству будешь объяснять. Влепят нам строгача. Забыл постановление о борьбе с пьянством?

— Как-нибудь отбрешемся. Хорошо, что у меня с собой «ксива» была, а то черта с два попал бы ты сегодня с Ольгой в театр.

Володя задумался, затем добавил:

— Вряд ли они будут сообщать об этом нашему начальству, у комитетчиков всегда были трения с Министерством внутренних дел. Скорее всего они сохранят все в тайне, а потом попытаются нас где-нибудь прижать и заставить работать на себя.

— Ты же говорил: гласность, перестройка.

— Хорошее здание перестраивать незачем.

— Ладно, посмотрим, как события будут развиваться, но меня им прижать тяжело будет, — усмехнулся Николаев.

— Это все так говорят, пока к ним в лапы не попадут…

— Слышишь, Соков, отвали со своими заморочками. Ты же знаешь, я во всю эту мерзость и политику не лезу. Мне до этого нет никакого дела. Я и по молодости лет отказался в школе от должности секретаря комсомольской организации, а теперь и тем более.

— Ладно, живи… Видел, какие у них классные передатчики, нам, бы парочку таких в милицию.

— Как же, дождешься.

С утра, в понедельник, Николаев обошел с фотографией шкафа все комиссионные мебельные магазины и ни с чем вернулся в управление. «Форда» на стоянке не было, значит, Володьку опять где-то носило.

«Интересно, раскопал он что-нибудь новенькое?»

Сергей поднялся к себе в кабинет и только успел снять плащ, как раздался телефонный звонок.

 — Где ты шляешься? — раздался в трубке возмущенный голос Сокова. — Ограбление магазина «Меха». Приезжай быстрее. Записывай адрес.

— Не надо, знаю. Сейчас буду. — Николаев положил трубку.

Через двадцать минут он был на месте. Только прибегнув к помощи милиционера, Сергею удалось пробиться сквозь стоявшую возле входа в магазин толпу. У дверей его встретил Володя.

— Как голова, не болит? — первым делом поинтересовался он у Николаева.

— Нормально, — махнул рукой Сергей, — давай, рассказывай.

— Довольно дерзкое ограбление. Открыт сейф и унесено около ста десяти тысяч рублей. Эксперты говорят, что отмычки не применялись, замки открыты ключами.

— Поподробнее, можешь?

— Все очень просто. Во время обеда преступник проник через дверь служебного входа в помещение магазина, затем в кабинет директора. Там он открыл сейф и взял из него всю выручку за проданные сегодня до обеда импортные шубки. Замки открыты ключами. Заведующая сказала, что недели две назад она была у гадалки.

— А где сама заведующая?

— В подсобке, Круминьш допрашивает. В кабинете у нее эксперты работают.

Сергей прошел в глубь магазина и в небольшом закутке, среди огромного числа всяких коробок, пакетов и вешалок, обнаружил сидящего за столом Круминьша и женщину в меховой безрукавке. Николаев кивнул следователю из прокуратуры и пристроился на каком-то фанерном ящике.

— Итак, в тринадцать тридцать, то есть за полчаса до перерыва, вы попросили продавца Миронову вынести пустые коробки в сарай. Почему вы это сделали?

— Как почему? Потому, что пустые коробки загромождали проходы и мешали торговать. Покупатели начали нервничать, кричать и требовать жалобную книгу.

— Вы дали?

— Если ее каждый раз давать, то бумаги в стране не хватит, вся уйдет на жалобные книги.

— Что сделала Миронова?

— Открыла дверь служебного входа и вынесла коробки.

— Почему она сразу после этого не закрыла дверь на засов?

— Не знаю. Миронова у нас недавно работает. Может, она подумала, что и после обеда придется выносить коробки. Да и закрыть нашу дверь на засов не так-то просто, двух здоровых мужиков надо. Мы же работаем в здании, которое последний раз капитально ремонтировалось еще в тридцатые годы. Здесь все уже давно перекосилось. Дай Бог только, чтобы потолок нам на голову не рухнул.

Круминьш покрутил ручку между пальцев и сказал:

— Значит, можно сказать, с вашего ведома дверь черного хода осталась открытой?

— Почему открытой? — возмутилась заведующая. — Она была закрыта снаружи на висячий замок, только засов изнутри не был задвинут.

— И сигнализация не включена.

— Да мы обедаем напротив, в кафе. Из его окна видна входная дверь магазина.

— Может, входная и видна, а служебная — нет. — Круминьш протянул заведующей лист с показаниями. — Прочтите и подпишите. Сергей, у тебя есть какие-нибудь вопросы к гражданке Розенберг?

Николаев подошел и заведующей и спросил:

— Мне сказали, что вы недавно были у гадалки.

— Да, я сразу же сказала об этом гражданину следователю.

— Почему?

— Видите ли, после этого визита я заметила, что мои ключи были испачканы в пластилине. Мне это показалось подозрительным.

— Где живет гадалка?

— Адреса я уже не помню, но это недалеко от набережной. Могу показать.

— Почему вы сразу не пошли в милицию и не сообщили о своих подозрениях?

— Тогда я не придала большого значения этому. Да и что бы я могла вам сказать?

— Вы все время носите ключи с собой?

— Да, но у гадалки мне пришлось их оставить в сумке, в прихожей. — Заведующая начала искать по карманам. — Ой, где они?..

— Вы же отдали ключи экспертам, — выбираясь из-за стола, сказал Круминьш.

— Ах да, — виновато улыбнулась Розенберг.

— Ничего, бывает, — успокоил ее Николаев. — У кого еще из сотрудников есть ключи?

— От дверей почти у всех, а от сейфа только у меня.

 — Миронова тоже обедает с вами в кафе?

— Да. Я уже говорила, мы все сидим за одним столиком.