Чтение онлайн

Внутренний ребёнок

Когда–нибудь обращали внимание,

Что в каждом

Взрослом

Живёт ребёнок,

Который брыкается,

Пытаясь выбраться наружу?

Может, стоит их выпустить,

Пока они не разнесли всё вокруг?

Денни не находил себе места из–за нашего с Ниной маленького секрета. Но я сказал ему, что по ходу рассказа будет ещё много подсказок, и он успокоился. В общем–то, это никакой не секрет, а одна из тех мыслей, которая при выражении через слово принимает в голове у слушателя определённую форму, после чего становится не тем, чем была. Есть во вселенной мысли, которые разрушаются, когда их выражают словами. Получается, что вы сообщаете собеседнику нечто совершенно бесполезное. Он облачит вашу мысль в форму и позже, когда встретит эту информацию в настоящем виде, снова автоматически поместит её в прежнюю форму. Таким образом, для него эта информация будет утрачена.

– Перед тем, как продолжить рассказ, – сказал я, посмотрев на Денни, – мне, наверное, стоит сообщить то, чего не упомянул раньше.

– Вот так сюрприз, – саркастически улыбнулся Денни.

– Эта информация особенно важна для тех, кому трудно удерживать фокус внимания на душе. На протяжении ряда лет я ознакомился с множеством книг по восточной медитации. Многие из них предлагают концентрироваться на различных областях мозга, но ни в одной из книг не упоминается мозговой столб. Как будто все боятся спускаться в тёмный подвал – даже при включенном свете – ведь там остаётся много неосвещённых углов, в которых могут прятаться страшные чудовища. У этой проблемы есть простое решение – поместить источник света в самый тёмный угол. Этот же принцип можно использовать для работы с мозгом.

Почему–то Нине эта мысль показалась очень забавной.

– Фокусируя внимание на душе, ты стремишься к тому, что некоторые йоги называют высшим умом. Но иная часть твоего ума постарается привнести посторонние мысли. Мне постоянно приходилось с этим бороться. Чтобы найти ответ на вопрос, какая часть мозга ответственна за помехи, я рассмотрел все его части, упоминающиеся в книгах по медитации. Люблю находить странные, не укладывающиеся в систему элементы, которые могут выглядеть обычно или даже слишком обычно.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Нина с любопытством.

– Посмотри на учения йогов и духовных учителей с Востока. Задав им вопрос, ты получишь короткий ответ. Но, излагая мысли на бумаге, они сочиняют не тонкие брошюры, а толстенные книги. Довольно непоследовательно, правда?

– Полагаешь, это о чём–то говорит? – спросил Денни.

Я кивнул головой.

– Само существование чего–то уже говорит о многом. А как объяснить одинаковый стиль их письма, хоть все они относятся к разным расам и живут в разных странах? Я много размышлял над тем, как они умудряются исписать сотни страниц и при этом почти ничего не сообщить. А как быть с тем, что они снова и снова пишут об одном и том же, меняя лишь угол зрения и подход к вопросу? Посмотрим правде в глаза – все они пишут, используя какой–то код. И если все они знают, что это за код, то его не так уж сложно разгадать. Когда человек пишет десять книг, ничего не сообщая, это довольно примечательно. Видимо, он пишет между строк. Вот почему я обращаю внимание на то, на что они советуют не тратить времени, и копаю в тех местах, о которых они умалчивают…

Если у вас есть клад, и вы хотите о нём рассказать, но так, чтобы не сообщить тем, кто не готов следовать за вами, ни где он спрятан, ни, тем более, как его достать, тогда вы должны как следует запутать следы.

Итак, я обнаружил, что невозможно достичь души, той, большей части себя, пока ваш ум тарахтит, как квочка, снёсшая яйцо. А ключом к этому является единственное, что они обходили стороной, – мозговой столб. Отключи его – и задача решена!

Я плавал на волнах гордости за своё открытие, пока через минуту не понял, что похож на сидящего на заборе петуха, который выхваляется перед курами. Уж, действительно, «курам на смех»!

– Ты можешь по праву гордиться тем, что самостоятельно разгадал этот секрет, – Нина нежно загнала занозу ещё глубже.

– Действительно, как–то, попробовав медитировать, я столкнулся с препятствием. Мне мешали мысли, которые постоянно лезли в голову. Как их убрать? – выручая меня, включился в разговор Денни.

– Проще простого. Для начала нужно полностью расслабиться и успокоиться. Затем, всего на минуту, визуализируешь, как луч света из души сквозь макушку светит на мозговой столб, наполняя всё вокруг ярким светом. После этого ты помнишь о нём, не визуализируя. Ты же не наблюдаешь целый день за кровельщиком, чинящим крышу на твоём доме, – ты занимаешься другими делами, однако помнишь, что кровельщик работает на крыше. Короче говоря, оставляешь там свет, но не фокусируешься на нём. Теперь области мозгового столба будет чем заниматься. Не знаю точно, за что она отвечает, но метод работает, и это всё, что имеет значение в данный момент.

– Денни, расскажи Клаусу о чудовищах из подвала, – переменила тему Нина.

Денни покачал головой, на лице его отразился испуг. Нина наклонилась ко мне и сообщила:

– Здесь есть подвал, но Денни туда ни за что не пойдёт, он говорит, что там прячутся чудовища. Хочешь сам взглянуть?

– Пожалуй, нет. Если Денни говорит, что в подвале чудовища, мне этого достаточно.

Нина рассмеялась.

– Все вы, мужчины, одинаковы – много шумите, но стоит прийти серому волку, как вас днём с огнём не найдёшь.

Я решил пропустить её реплику, и попытался вспомнить, о чём говорил перед тем, как мы отвлеклись.

Секрет вселенной

Ключ – мысль, доверие.

Замок – действие, любовь.

Дверь – результат, радость.

Игра продолжается.

– В течение шести недель, что я интенсивно занимался спортивной лотереей, начали происходить необычные явления. Я объяснял их повышением своей чувствительности, так как не находил им других причин. Не желая вовлекаться во взаимодействие с некоторыми из явлений, я их игнорировал.

Всё началось с малого. Появилось ощущение, что за мной наблюдают. Это случалось в основном ночью, поэтому я стал спать, не выключая освещения. Вечерами начало происходить другое необычное явление. В гостиной, где я спокойно сидел в кресле, пёс Руди вдруг поднимал голову и, навострив уши, пристально рассматривал центр комнаты, как будто что–то там видел. Это повторялось множество раз в течение нескольких недель. Я ничего не видел и не слышал, но порой явно ощущал чей–то взгляд. Самым удивительным было то, что если Руди решал покинуть гостиную, он обходил место в центре комнаты, на которое пялился, хотя обычно прошёл бы напрямик.

Потом предметы стали перемещаться с места на место. Я клал чашку или книгу в одном месте, а позже находил их в другом. Хотелось объяснять это моей невнимательностью, но я чувствовал, что проблема не во мне. У меня простая жизнь и немного вещей, но те, что есть, всегда знают своё место.

А как–то произошла такая история. После обеда я, забыв включить обогрев комнаты, лёг на кровать, чтобы в медитации посмотреть результаты соревнований. Но при глубоком погружении в медитацию моё тело сильно охлаждается. И вот, уже начав расслабляться, я ощутил, что замерзаю, – но подниматься и начинать всё сначала очень сильно не хотелось. Вдруг я услышал, что обогреватель включился, и подумал, что, видно, всё–таки включал его. Продолжаю медитировать. Ко времени окончания медитации в доме стало уже очень жарко. Я решил выставить терморегулятор на более низкую температуру. Но, оказалось, что, хоть температура в комнате и была двадцать семь градусов, тумблер терморегулятора был выставлен всего на двадцать один градус. А в момент, когда я подошёл к прибору, обогрев отключился.

В те же шесть недель мне приснилось несколько странных снов. В двух из них я разговаривал с ангелом, но позже не мог припомнить ни всего сна, ни предмета разговора. Несколько раз снилось, что я дерусь на шпагах, но подробностей в памяти не осталось. Обычно подобные вещи привлекают моё внимание, но тогда я не стал отвлекаться, чтобы остаться сфокусированным на получении правильных результатов спортивных игр.

Начались новые странности. Ближе к последней неделе мне стало трудно видеть результаты во время медитации. Я видел лист бумаги, но не мог рассмотреть самих результатов, как будто кто–то прикрывал это место пальцем. Я перемещал своё восприятие с одной части листа на другую, а тёмное пятно передвигалось следом. Результат всё ещё получался, но теперь это занимало невероятное количество времени и требовало большой концентрации. Я полагал, что мне мешают собственные сомнения, – такое случалось и раньше. С каждым днём становилось всё труднее. Я прилагал всё больше усилий, чтобы не дать подобной мелочи разрушить достигнутое. Полагая, что в последние недели разленился и не фокусировался достаточно глубоко, в каждой медитации я старался погрузиться всё глубже и глубже. Шумопоглощающие наушники, используемые на стройке для работы с шумным оборудованием, и чёрная повязка на глаза значительно подняли мою способность концентрироваться. Теперь ничто не отвлекало моего внимания. Я пользуюсь ими и сейчас – они прекрасно охраняют медитирующего от резких звуков, таких как хлопки дверей.