Чтение онлайн

— Ты улыбался и хмурился одновременно. Так странно было за тобой наблюдать.

— Знаешь, мне казалось, что я наблюдаю, как Сашка в кругу других детей играет, а значит все хорошо. Наверное, я грустил и радовался одновременно.

— Главное, чтобы ему было там хорошо и тогда все будет в порядке.

В этот момент корабль слегка вздрогнул, и это означало, что он коснулся посадочной площадки. Мы прошли обычным путем и вскоре оказались в центральной аппаратной станции, где нам уже доводилось бывать. Неожиданно в соседнем зале я увидел Солэнга и двух его «немых», как я про себя назвал его сотрудников. Я с удивлением посмотрел на них. Видя мой недоумевающий взгляд, Солэнг явно довольный своим эффектным появлением на станции раньше нас, заявил:

— Мы телепортировались всего за полчаса до вашего прилета. Инструкции получены, на контакт получено добро и, следовательно, пора действовать.

Удивление прошло, и на смену ему пришел скептицизм, который всегда был присущ мне, особенно в ситуациях, когда кто-то слишком упрощал ситуацию или много мнил из себя. Сейчас, как мне казалось, было и то и другое. Я хотел было высказаться как всегда саркастически, но, взглянув на жену, понял по её взгляду, что в данной ситуации, делать этого не следует. Подчиняясь её безмолвной просьбе, я спросил:

— Прежде чем посылать сигнал относительно встречи, давайте все же проанализируем ситуацию и обсудим план переговоров. Я не дипломат, но поскольку мне придется какое-то время принимать участие в переговорах, я хотел бы предварительно ознакомиться с вашими предложениями, чтобы, как это лучше выразиться, не попасть впросак, будучи не осведомленным о ваших планах. Вы согласны со мной?

— Безусловно.

Вика посмотрела на меня, и по её взгляду я понял, что она осталась довольна моей корректностью и тоном разговора.

— В таком случае, давайте присядем.

Мы расположились за небольшим столом. Поскольку никаких бумаг, как принято на Земле, у Солэнга не было, мы решили примерный план переговоров обсудить устно, а уже окончательный вариант записать в компьютер, и по ходу переговоров вносить какие-то изменения, но в целом, придерживаться ранее принятого плана.

— Итак, с чего начнем? — задал я вопрос Солэнгу.

Прежде чем ответить, он задумался, а потом, посмотрев на меня, произнес:

— А на ваш взгляд, с чего лучше начать? У вас есть кое-какой опыт и, кроме того, вы землянин, чтобы вы посоветовали?

Мне показалось, что Солэнг успел получить дополнительные инструкции, в том числе и по поводу нас с Викой, поэтому его ответ хотя и несколько удивил меня, но в тоже время, и обрадовал. Возможно, я ошибался на их счет, считая, что они слишком упрощают возложенную на них задачу.

— Мне кажется,… — бодро произнес я, и осекся, поскольку в этот момент подумал, — а действительно, с чего, собственно говоря, начинать? Поэтому с языка чуть не сорвалась привычная фраза, — вопрос, конечно интересный, но в этот момент мне на помощь пришла Вика, которая, заметив моё смущенное выражение лица.

— Мне кажется, что для начала надо пригласить Селезнева, который был на переговорах вместе с моим мужем на этой станции прошлый раз и кого-нибудь из его команды. Он хотя и не дипломат, зато психолог. Вполне возможно, что получив наше послание, в переговорах примет участие кто-то из руководства страны. Поэтому, объяснив им, в чем суть нашей миссии, они, возможно, посоветуют или, по крайней мере, подскажут, как и с кем лучше войти в контакт в дальнейшем.

— В принципе, мы планировали аналогичным образом начать контакт. Очень хорошо, что наши мысли совпадают.

— Раз так, то, возможно, есть смысл только в общих чертах обсудить дальнейший план действий? — сказал я.

— Видимо да.

— Тогда, если все сложится так, как мы предполагаем, то есть, мы объясняем им с какой целью прибыли, они докладывают своему руководству, а дальше земляне определяют свою позицию и ход проведения дальнейших контактов. По крайней мере, мне видится это так, а как, по-вашему? — спросил я.

— Без возражений.

— Сергей, ты дипломат, без преувеличения, — сказал Фейнхотен, кладя свою руку мне на плечо.

— Скажете тоже, — смущенно ответил я. Вика искоса смотрела на нас, и по её виду было понятно, что она еле сдерживается, чтобы не улыбнуться, а возможно и рассмеяться.

— Серьёзно.

— Итак, посылаем сигнал относительно контакта, — сказал Солэнг, подытоживая беседу.

— Пока будет назначена дата и время встречи, Вы можете расположиться в своем номере и отдохнуть, — сказал Фейнхотен. Он объяснил, как в него попасть и удалился, чтобы подготовить и послать сигнал на Землю о возобновлении контакта.

Ответ не заставил сея ждать. Он гласил:

— К возобновлению контакта готовы. Место встречи прежнее. Время контакта, семнадцать часов с момента получения сообщения.

В нашем распоряжении оставалось достаточно много времени, и мы с Викой вернулись к себе в номер. Она легла на диван, а я присел рядом. У неё было очень серьезное выражение лица, а потому я спросил:

— Думаешь о том, что завтра нам снова предстоит вернуться на Землю? Интересно, как там нас воспримут?

— Нес Сережа, я думаю совсем об ином.

— Вот как. И о чем?

— О нас с тобой, о Саше.

Она посмотрела на меня как-то странно. Я смутился, не зная что сказать.

— Сереж, ты веришь во все это?

— Не понял, ты о чем?

— Во все, что происходит с нами?

— Конечно, а как в это можно не верить?

— Ты знаешь, порой, мне кажется, что все это сон. Затянувшийся сон, который никак не кончится, но однажды я проснусь, и ничего этого не будет.

— Ну, ты и сказанула. Больно длинный у тебя сон.

— Во сне время сжимается или растягивается. Можно прожить целую жизнь, и вся она может уместиться в несколько минут утреннего сна.

— Знаешь, дорогая, мне уже снились сны, точнее голоса во сне. Больше я не хочу такого. Пусть уж будет все наяву, даже если сквозь это придется пройти, преодолевая порой трудности и испытания.

— Неужели тебе их мало?

— Чего?

— Испытаний.

— Жизнь, дорогая моя, самое большое испытание. Даже, когда радость и счастье переполняет тебя, надо суметь пережить это так, чтобы они согревали тебя в дни, когда горечь и боль пригибают к земле.

— Иди ко мне.

Я приблизился к Вике и ощутил на своем лице её дыхание.