Чтение онлайн

– Это называется жизнью, Мрачноглаз. Кто- кто, а ты должен понимать её правила. Хорошего тут будет гораздо меньше, чем плохого. Ты читал Траллера?

Баэльт наморщил лоб. Имя тронуло край его разума узнаванием.

– Траллер? Погоди... Драматург. Из Нирноса. Читал пару раз.

– Тогда ты должен помнить его великую фразу,- старик виновато улыбнулся и откашлялся.- "Человек, фэйне, аргринг, нидринг - любой, кто рождён разумным, обречён на страдания. И страдания есть привычный удел всего мыслящего. Богатый, бедный, здоровый, больной, слабый, могущественный - никто не избежит их гибельных прикосновений". А страдания, как и следующее за ними безразличие - прямой путь туда, где ты сейчас.

Пару мгновений Баэльт оторопело стоял и глядел в пол.

А затем благодарно кивнул и, развернувшись, зашагал в сторону выхода.

Опять под дождь, опять скользить то между людьми, то по переулкам...

Он приоткрыл дверь и слегка замер, когда звуки живущего города наполнили его уши.

– Алан,- бросил он через плечо.

– Что?- настороженно поинтересовался ростовщик.

– Спасибо,- тихо попросил Баэльт, выходя.

Таверну "Счастливый удар" никогда не была приятным местом. Дешёвая дрянная еда, дешёвая дырявая крыша над головой. Под стать посетителям - дешёвым, пропащим людям.

Запах дешёвого плакта непривычно раздражал нос, заставляя Баэльта кривиться. Как и шум - бешеный рёв, стук кружек и костей по столам, пьяный хохот и пьяный плач. И всё это под шелестящий стук дождя по крыше и стёклам.

Дым носился по всей общей зале, перемешиваясь с запахами пота, хмеля и крови.

Знакомый запах. Запах лёгких денег и преступлений.

Какой- то ревущий и залитый пивом детина наткнулся на Баэльта. Юстициар легко отскочил в сторону, позволяя пьянице провалиться в воздух мимо него.

Он не хотел проблем тут. По крайней мере, пока.

Он проталкивался через череду потных спин и задираемых в хохоте голов. Наконец, он пробрался в самый дальний угол залы, к узкой лестнице.

Лестнице, которую загораживали трое ушлого вида типов. Они развалились перед ней на стульях и ящиках, весело болтая и кидая кости.

Когда Баэльт, в распахнутом чёрном плаще и слегка приподнятой шляпе, вынырнул из толпы перед ними, все трое лениво подняли взгляд на него. Их руки потянулись к оружию, что было заботливо отставлено в сторону от них.

– Надо же,- протянул один из них, указывая на болтающийся на шее медальон.- Юстициар.

– Мрачноглаз,- поправил другой. Он слегка улыбнулся Баэльту, обнажая гнилые зубы.- Это похлеще, чем псы.

– Я бы хотел увидеться с Железными Руками,- мрачно бросил Баэльт. Боги, а ведь раньше он бы только за их вид отправил бы их либо в тюрьму, либо в бездну.

– Ну так увидься,- равнодушно пробурчал первый, указывая рукой в сторону лестницы.- Только железку оставь,- он кивнул подбородком на меч Баэльта.- Никто не хочет, чтобы ты порезался.

– Верно. Я ужасно неловкий,- кивнул Баэльт, отстёгивая меч.- Иногда до того, что с мечом падаю на кого- нибудь.

– Не расстраивайся,- утешительно кивнул третий.- Мы тут все такие неловкие.

Баэльт передал ему перевязь с мечом, и первый громила слегка выдвинул полосу стали из ножен.

– Отличная сталь, отличная. Фэйнийская ковка? Фехтовальная гарда, идеальная балансировка, сердцевина из стали и пластины из...- бормотал он себе под нос.

Юстициар бросил на него быстрый взгляд. Кто бы мог подумать, что тут окажутся ценители изящного искусства ковки мечей?

Впрочем, кто в этом городе не уходил от своего начального ремесла, понимая, что ремесло кинжала и топора будет гораздо легче?

Пока первый едва ли не любовно укачивал клинок, второй встал и обыскал его, хлопая руками по бокам и ногам. Достав кинжал из сапога, головорез кивнул.

– Вот теперь уже можешь идти,- приветливо кивнул он в сторону лестницы.

Старые ступеньки угрожающе скрипели, грозясь провалиться прямо под его ногами. Однако это не особо его интересовало.

Его интересовали крики боли, что раздавались сверху.

Шум общей залы едва доносился до второго этажа. Здесь стояло ещё трое - рассевшиеся поперёк коридора за столом, они кидали кости и двигали фигурки по резной доске.

– К Железным Рукам?- рявкнул один из них, не отрываясь от игры.

– Да,- ответил Баэльт.

– Дверь...- его прервал вопль боли.- Дверь направо.

Юстициар кивнул и толкнул указанную дверь.

А тут уже четверо, отстранённо подумал он, оглядывая тёмное помещение.

Правда, двое из них держали третьего, а четвёртый, высокий и даже изящный, впечатывал кулаки в живот третьему.

– Итак,- спросил фэйне, отходя на шаг а затем резко разворачиваясь и вновь с силой вбивая свой кулак в живот несчастного.- Ты думал, что можно просто взять и обокрасть меня?

– Аы- ыу,- просипел в ответ избитый. Баэльт часто видел избитых людей, и этот был избит мастерски.

– Так вот,- удар.- Нельзя просто так взять и обокрасть меня,- ещё один удар.- Ну как, юстициар, нравятся мои методы борьбы с преступностью?

– Мастерская работа,- мрачно признал Баэльт, сделав шаг вперёд.- Мне всегда нравилось смотреть, как преступность борется сама с собой.

Преступник выглядел жалко. Он поднял голову на Баэльта. В его глазах была мольба, однако из горла рвался лишь прерывистый хрип. С губ свисла нитка кровавой слюны.

Баэльт смерил его равнодушным и пустым взглядом. Просто ещё один, раздавленный городом. Ничего нового. Ничего необычного. Помогать бесполезно.

– О, если уж Мрачноглаз похвалил мою работу...- Моргрим Железные Руки, высокий и изящный фэйне, взял тряпицу со стола и обтёр ей лоб.- Знаешь ли, это так утомляет - перевоспитывать воров.

– Знаю,- скрип из его горла был не его голосом. Ему что, стало обидно, что он стоит и смотрит на избиение человека?

Вряд ли. Ведь после разговора с Аланом, как он ни старался, у него не вышло ничего разбудить в себе.

Вся та же серая пелена, за которой были скрыты все его эмоции. Надежды. Чаянья. Мечты.

Потому ему было на- пле- вать.

Скорее, ему не нравился Моргрим. Он никогда не нравился Баэльту.

– Уведите его,- велел Моргрим, махнув рукой.- Пусть посидит в подвале ещё пару дней. Только теперь не кормите его - не хочу, чтобы он опять заблевал мне сапоги, когда я буду учить его жизни.