Чтение онлайн

– Ты на экстремалку решил? Не, я пас, у меня дела, – Герман, притягивает к себе довольную Элю, целует ее.

Они как молодожены, такие счастливые, постоянно касаются друг друга. Был момент, когда Эля чуть не потеряла Германа, перепугалась сильно. Года три назад у самолета, на котором летел Герман, отказали моторы, он не разбился только потому, что сели на воду. Море спасло Германа и еще восемьдесят четыре человека.

Но те часы, которые мы провели в неизвестности, нам показались вечностью. После того случая перелеты Германа и Эли прекратились, потому что она переехала сюда, в Горноснежинск.

– Руслан, не надо на экстремалку, она пока не обкатана, – распереживалась я, услышав, куда собрался муж.

– Ну и что, как раз обкатаю, – смеется, прихлебывая горячий кофе.

– Катя права, там снега много, а под ним валуны, не убрали их еще, – поддерживает меня Герман.

– Ну вы чего? У меня глаза есть, и сейчас день, а не ночь. Каждый валун видно. Я не собираюсь нестись сломя башку. Но как владелец базы, просто обязан прокатиться первым по новой трассе, – стоит на своем Руслан, а я все больше переживаю.

Сердце так недобро сжимается почему–то, кожа мурашками покрывается. Эта экстремалка задумывалась вот для таких, безбашенных, кто любит риск. Трасса проходит между соснами и елями, там нужно быть внимательным. Создали трамплины, и резкие повороты.

– Я с тобой поеду, – поднимаюсь с места. Говорю Эле:

– За Левой присмотришь?

– Так, все, никуда не еду, – тут же сдается Рус, – мы чего приехали? Левку на лыжи поставить и покататься просто. Вот и пошли.

Я успокоилась, мы все оделись и вышли из кафе на площадку, где были установлены детские карусельки. Надели на малышню маленькие лыжики, показали, как нужно держаться. Каруселька медленно двигалась и мальчишки радостно смеялись, держась за поручни.

– Мама, я еду! — восторженно кричал Лева, а я снимала его на камеру.

Почему только мама? А папа? Оглянулась, а Руса след простыл, рядом только Эля.

– А где твой брат? — спрашиваю у Эли, а у самой дыхание перехватывает от неопознанного страха. Достаю ингалятор, орошаю горло, снимая спазм.

– Он пошел в пункт выдачи, к Герману, – похлопывает меня по плечу сестра мужа.

Но Герман идет к нам, один. Он говорит, что Руса не видел.

Он сбежал на эту чертовую трассу!

У меня паника поднимается, оттаскиваю сына от карусельки и снимаю с него лыжи. Мальчик не накатался и капризничает, показывает характер, сверкая бирюзой глаз. Эля ведет малышей на другую карусель, где детки катаются на пристегнутых к балкам ватрушках. А я иду в пункт выдачи за лыжами.

– Я не отпущу тебя на эту трассу, – преграждает дорогу Герман, но я упорно отталкиваю мужчину. — Катя, уймись! Ничего с Русом не случится, проедется и вернется.

В его словах есть смысл. Вот еще бы успокоиться. Предчувствие беды накрывает с головой. Сердце тревожно тарабанит, в венах будто кипяток бурлит. Снова в горле спазм, дыхание вылетает со свистом. Достаю ингалятор.

– Едва дышишь, а собралась ехать на лыжах. Сядь и успокойся. Если через полчаса не появится, сам проедусь.

Руслан не появился через полчаса. И через два часа. Герман проехал по трассе, не нашел моего мужа. Куда он мог деться, даже предположить не можем.

Я знаю только одно — скоро стемнеет, а вокруг лес и дикие звери. О морозе я даже думать боюсь, к вечеру столбик термометра опустился до минус двадцати.

Постоянно названиваю, в ответ длинные гудки, но трубку не берет. Дети стали капризничать и Герман увез их домой. Сегодня Леве сказку на ночь расскажет тетя. Потому что я отсюда не уйду, пока не найду своего любимого мужчину.

– Я проехал по трассе до самого низа, – рассказывает Герман, который только что вернулся с поисков друга. — Его следы только. Самого нигде нет, в дерево не вляпался, лыжня четкая, камни объехал. Нигде не валяется без сознания или со сломанной ногой.

Я оглядываю склоны, снова и снова ищу среди людей моего мужа. Вдруг он просто заболтался с кем-то внизу, или нашел какие неисправности в канатной дороге и ждет ремонтников. Но почему тогда не отвечает на вызовы. Снова и снова набираю Руса, но только гудки в ответ.

— Пойдем в кабинет ко мне, попрошу чай горячий принести. Ты уже третий час на горе торчишь, — ворчит мой зам, подталкивая меня к пункту проката.

Еще раз глянув на лыжню, на подъемники, плетусь за Германом. Заходим в помещение, я снова набираю мужа, и вдруг слышу его рингтон. Так и подпрыгнула на месте. Оглядываюсь, ожидая сюрприза. С Нечаевым бывает такое, частенько устраивает сюрпризы, выскакивая с букетом или с шарами откуда-нибудь.

Но сейчас его нет. Девушка за стойкой зовет.

— Екатерина Владимировна, парень принес телефон вашего мужа, уже хотела бежать вас искать. Ответить не могу, пароль стоит.

— Какой парень? Как он выглядел? Давно принес? — завалила девушку вопросами.

— Да с час назад принес. Он еще придет, лыжи брал и не сдал, катается. Сейчас я паспорт его покажу, у парня не оказалось нужной суммы для залога и он предложил оставить документ. Но прокат лыж оплатил, не переживайте…

Меньше всего меня сейчас волнует, оплатил ли какой–то там парень прокат лыж, или нет. Смотрю на фото в паспорте, кажется, что лицо знакомо, видела его возле спуска, наверное. Похожий парень надевал лыжи возле меня, но крепление сначала не сработало, я посоветовала поменять лыжи в прокате.

Пока ждем Дмитрия, так зовут парня по паспорту, Герман пытается взломать пароль смартфона. Вводит цифры разные, но не получается.

— Надо ваши дни рождения, твой и Левин. Рус вас любит, другой пароль вряд ли поставит.

Любит… Он всегда говорит, что день, когда встретил меня, для него благословил Бог. И тот день, когда я, отчаявшись стать матерью, кинулась в объятия Руслана. А потом, когда родился наш сын.

— Попробуй цифры двадцать шесть, двадцать девять и семнадцать, — советую и у Германа все получается.

Он заходит в мессенджер и там находит не отправленное сообщение на свой номер. Всего одно слово, но у меня сразу истерика начинается.

"Похитили"

Он нарочно выкинул телефон, знает, что потерянные вещи лыжники приносят в пункт проката, здесь их быстро находят хозяева.

— Катя, нам в полицию нужно! Трясет меня мужчина, а я в ступоре, слезы льются непрерывно. Встать не могу, ноги отказывают служить мне.

Перед глазами любимое лицо. Вдруг вспомнила обрывки телефонных разговоров. Кто-то звонил Руслану и угрожал. Я спрашивала, что случилось, но муж только отшучивался — рабочие моменты. А однажды приехал со стройки с разбитой губой, и снова шутил — спарринг с охранником устроили, вот и прилетело.