Чтение онлайн

— И зачем? — задала я вопрос, застёгивая куртку.

Мало ли что у него на уме… Он всё же мужчина.

Он как-то странно ведёт себя со мной. Так, словно я ему нравилась как женщина.

Но я сама не понимала, что я испытываю по этому поводу в ответ.

— Затем, что время позднее уже, и вам, Нина Алексеевна, безопаснее будет переночевать у меня. А уж потом, утром поищете гостиницу.

Я молчала и думала. Да зачем ему нянчиться со мной — не понимаю?

Как-то я не готова была ночевать вдруг с чужим мужчиной, пусть который мне и нравится.

— Не стоило меня везти к себе, — сказала я. — Или стоило спросить меня, готова ли я принять ваше предложение о ночлеге.

— Не бойтесь, Нина, — посмотрел на меня внимательно Виктор. — Я не сделаю вам ничего дурного. Я просто хочу помочь, я уступлю вам свою постель, чтобы вы не ночевали сегодня в каком-то непонятном отеле.

— Да зачем вам всё это нужно?! — развела я руками. Я искренне не понимала его мотивации.

— Вы мне нравитесь, Нина, — вдруг ответил капитан, и я опешила. Неожиданно… Особенно в ситуации, что я только что сбежала от мужа-изменника, с которым хочу развестись. Только проявления симпатии другого мужчины мне сейчас и не хватало! — И мне не безразлично, как вы проведёте эту ночь и где. Я просто хочу помочь. Вы много прошли. Я понимаю, как вам сейчас тяжело.

— Да как же вы можете понять меня, если не были на моём месте? — в сердцах выпалила я.

Не то, чтобы я желала кому бы то ни было пройти тоже самое, что прошла я: предательство некогда близкого человека. Я такого врагу не пожелаю… Но как он может знать, что я чувствую, если не проходил мой путь и никогда не был в моей шкуре?

Виктор молчал и задумчиво барабанил по рулю пальцами, словно размышляя, стоит ли делиться со мной некоторыми подробностями своей жизни или нет.

Я нахмурилась.

Или я не права на его счёт, и он в моей шкуре…всё-таки был?

— Моя жена изменяла мне с другом, пока я впахивал на работе, — сказал он наконец. — Так что полагаю, что всё-таки понимаю то, что испытываете сейчас вы, Нина.

Я уставилась в окно. Мне стало неловко за свой выпад. И жаль его очень.

Виктор — хороший человек, это чувствуется. Но его не оценила жена, променяла на другого. Конечно, я не могла знать, что там на самом деле происходило в отношениях Виктора и его жены, но сам факт измены — отвратителен. Если женщина хотела кого-то другого или ей не хватало внимания мужа, стоило поговорить об этом с супругом или в крайнем случае честно подать на развод, раз уж ничего исправить не удалось.

Очень жаль, что зачастую люди, которые проживают рядом с нами годы, имеют от нас детей, какие-то другие блага и вторичные выгоды, общий быт, обеды, ужины, деньги, в конце концов, оказываются так трусливы и малодушны, что не находят сил сказать нам правду: что любовь прошла и помидоры все, увы, завяли…

— Мне жаль, что вам всё это пришлось прожить, — сказала я, действительно испытывая сочувствие к тому, кто внезапно решил мне помочь, когда я и не думала жаловаться и просить этой самой помощи.

Не знаю, хорошо ли это в случае, когда я именно не прошу помощи, но люди очень редко отзываются на чужую беду. В конце концов, я ведь могу и не принять эту помощь и всё равно уехать на такси туда, куда и планировала — в отель. Однако приятно осознавать, что остались в мире мужчины, которые готовы слушать твои проблемы и даже помочь по мере сил, не требуя ничего взамен.

— Это в прошлом, Нина, — произнёс он. — Я это рассказал, чтобы вы понимали, что я в самом деле знаю, какие вы чувства испытываете сейчас, не понаслышке. Но скажу вам так: всё проходит. И хорошее, и плохое. И это тоже пройдёт. Боль утихнет, вы будете жить счастливо и не вспоминать о том, что пережили.

— Спасибо вам за слова поддержки, Виктор, — посмотрела я на него. — Значит, мы в некотором роде родственники по несчастью.

— Да. Выходит так.

Мы ещё некоторое время помолчали.

— Ну так что? Хотите в душ, горячий чай и ужин? Не ахти какой, я холостяк, пироги, как вы, конечно не пеку, но бутерброды настругать нам смогу. Идёмте. Поздно уже, чтобы ездить по гостиницам. Завтра поищем место, где вы сможете остановиться безопасно.

А я ощутила, что на самом деле устала и замёрзла. Холода наступили самые зимние, а я выскочила на улицу едва не в одном домашнем костюме и куртке не по сезону.

Как представила, что буду сейчас ещё колесить по городу в поисках места в отеле, которых в предновогодний период могло бы и не быть, аж тошно становилось.

А, была — не была.

— Идёмте, — сказала я и вышла из машины.

Глава 42

— Проходите, — зажёг свет в тесном коридоре стандартной хрущовки Виктор и пропустил меня вглубь.

Квартира совсем небольшая, но уютная, со свежим ремонтом, несмотря на то, что это по сути — берлога холостяка. Мне было приятно тут находится, атмосфера тут какая-то была позитивная что ли…

— Ну, квартирка у меня маленькая, не такая шикарная, как ваша, конечно… — улыбнулся капитан. — Но чем богаты, как говорится…

— Хорошая квартира, что вы, — ответила я, снимая пальто и отдавая его Виктору, который затем повесил его на плечики и в шкаф прихожей.

— Очень рад, что вам нравится. Проходите. Берите тапочки, они для гостей.

Я отметила, что размера тапочки для гостей были довольно большого. Скорее они были мужскими нежели женскими.

Значит, чаще всего в доме Виктора кроме него самого бывали мужчины.

Даже не знаю, зачем мне эта информация и что с ней делать, но зачем-то отметила про себя этот факт.

— У вас сколько комнат, Виктор? — спросила я, заходя в гостиную уже в достаточно огромных для меня тапках.

— Две, — ответил он. — Спальня вон там, ну, и гостиная, собственно. Кухня. Здесь санузел, совмещённый.

— Это хорошо. Значит, я вас сегодня не так уж и стесню, — улыбнулась я, стараясь разрядить атмосферу.

— Ни в коем случае, — сказал он. — Я вам постелю в спальне. Вам там будет очень удобно. А сам лягу в гостиной.

— Ну что вы, Виктор. Это совсем неудобно! — воспротивилась я. — В гостиной лягу я. Зачем вам из-за меня терпеть неудобства?

— А я и не буду их терпеть. Диван тоже у меня весьма удобный.

— Ну что же… Если так… — пожала я плечами.

— Я проверял, — подмигнул мне капитан. — Частенько засыпаю перед телеком после работы. И на всю ночь. И вы знаете — очень удобно! Ох уже эта старость-не радость…

Я рассмеялась. Нам обоим около пятидесяти. Но, конечно же, никто из нас не чувствует себя старым. Однако, мы и не юные дети, и возраст у нас довольно зрелый, а потому шутки про возраст и старость нет-нет да и проскакивают.