Чтение онлайн

— Ты что, вдруг праведником заделался? — хмыкнул Молотов.

— Мне просроченным товаром пользоваться влом, — в голову влетела мысль о Кире, у которой, к моему удивлению, я оказался первым мужчиной.

Забавно… Никогда не думал, что мне это понравится и зацепит.

Никто до тебя

— Что насчёт «Айса»?

— У меня другие планы, — хмурю брови, стараясь отогнать образ девушки в белом сарафане.

— И как зовут другие планы? — усмешка расползлась по лицу Тимура.

— У нас сегодня встреча с генеральным «Инвайса», а от тебя перегаром несёт за несколько метров, — злюсь на Молотова, который уже который раз оставляет один на один на переговорах.

— Вяз… Может, как-нибудь без меня?

— Молот, выхлоп делится пополам, а тяну всё дело я.

— Вяз… — Тимур запрокинул голову. — В нашем деле всё держится на мне. Я нарыл «Инвайс».

— Это всё, что ты сделал, — Молотов слишком часто делал акцент на собственной значимости. — Всё, что мы имеем, Тима, — я назвал своего друга именем из нашего далёкого детства. — Результат многих трудов. И, как правило, только моих.

— У тебя претензии ко мне, Вяз?

— Это не подход в делах, Тимур. Можно на сделках выглядеть человеческим образом, — бросил недовольный взгляд на Молотова и собрал все документы.

Романов ещё надеется, что выручка от продажи дочерних компаний поможет ему устоять, но это вряд ли поможет. Тем более одно из дочерних предприятий полностью заточено под «Инвайс», и без него функциональность компании совсем упадёт.

— Вяз, — лениво потянул Молотов, — я сегодня совсем не айс. — На лице Тимура расползалась дурацкая улыбка.

Я подхватил папку с документами и, громко хлопнув дверями кабинета, вышел из комнаты.

Я расстегнул две верхние пуговицы на рубашке, откинувшись на спинку пассажирского сидения внедорожника. Двухчасовые переговоры оказались продуктивными. Через две недели Романов решился расстаться с дочерней фирмой «Орион» по приятной цене. Улыбка тронула мои губы. Все шло ровно так, как я запланировал.

— Ты отвёз мою ночную гостью? — спрашиваю Степана, рассматривая город, который накрывает потихоньку летним зноем. Первые дни лета оказались жаркими.

— Всё сделал, как вы велели, — отвечает Стёпа.

— Куда отвёз?

— Сначала на улицу Кемерово. Стандартная хрущёвка. Ваша гостья попросила заехать на несколько минут, а потом в учебное заведение на Ломоносовском проспекте, — отчитался водитель.

Я вскинул руку с наручными часами и набрал номер Киры в трубке телефона.

Длинные гудки затянулись, и я хотел сбросить звонок, когда на другом конце Кира шёпотом произнесла: «Я на паре».

— Как долго ты на паре?

— Ещё полчаса, — добавила тем же нежным шёпотом.

Я сбросил звонок и бесцельно покрутил в руках телефон.

— Степан, поворачивай к Ломоносовскому проспекту, — что сейчас хотелось большего всего это зарыться пятернёй в шёлковые волосы и притянуть хрупкое тело ближе к себе.

— Понял, Алексей Дмитриевич.

Автомобиль припарковался у края тротуара. Аккуратно подстриженная лужайка перед учебным заведением заполнена студентами, некоторые из которых не стали располагаться на скамейках вдоль серой брусчатки тротуаров, а расположились прямо на траве.

Подавил острое желание, как в детстве, пройтись босыми ногами по шелковой траве. Утро было в Каменске холодным и с капельками росы на стеблях.

Так, Вяз… К чертям все нафталиновые переживания. Забираем девчонку и увозим подальше от этого пчелиного роя.

Я опёрся об автомобиль, внимательно рассматривая высокие ступеньки финансовой академии.

Фигуру Киры вырвал из общего фона сразу. Узнал… И с интересом следил за каждым её движением. Ветер разметал волосы девушки, которые она перекинула за плечи. Белые брюки и блузка без рукавов обтянули стройную фигуру девчонки.

Киру остановил высокий, худощавый юноша. Похоже, всё тот же прыщавый хлыщ, что был с ней на свидании и через несколько минут оставил свою подружку на растерзание хищному зверю, убежав, как побитая собака.

Я достал сигарету и чиркнул зажигалкой. Лёгкое касание руки, которое Кире не понравилось, пронеслось по моему телу лёгким раздражением.

Кира моя… И позорным хлыщам нельзя даже подходить к девушке. Кира сделала маленький шаг назад, чтобы дистанция между ней и собеседником была больше.

Юноша не унимался, что-то доказывал, жестикулируя руками. Пора вмешаться… Я затушил сигарету и направился к серым ступенькам учебного заведения, но подойти не успеваю. Парень, резко развернувшись, удаляется быстрым шагом в сторону, а Кира ещё некоторое время недоуменно смотрит ему вслед.

— Проблемы? — я появился так неожиданно перед Кирой, что синие глаза округлились от удивления.

— Абсолютно никаких проблем. Ты что, следишь за мной? — удивленно спросила Кира.

— Не имею такой привычки. Приехал забрать тебя.

Брови девушки снова вопросительно изогнулись.

— Я что, вещь?

— Ты против? — отвечаю вопросом на вопрос. — Чтобы я забрал тебя? — уточняю, припечатывая взглядом.

— Нет, но… Хотелось, чтобы меня предупреждали заранее о планах… Забрать.

— Мой автомобиль у дороги, — киваю на внедорожник.

— Куда мы поедем?

— Куда ты хотела бы поехать?

— Мне все равно… — в глазах Киры блеснул лукавый огонек. — Чтобы не было никого вокруг…

Хмм… Это я быстро организую.

Уже рисую в голове, как одним движением расстёгиваю пуговки на тонкой блузке и высвобождаю грудь из кружевного плена.

В салоне автомобиля я тут же властно ухватил её ладонь и переплел пальцы рук.

— Домой, — бросаю коротким словом Степану.

Стёпка был однозначно лишним… И, словно почувствовав эту назойливую мысль, водитель прибавил скорость. Чувствую, как кончики её пальцев подрагивают, а на шее нервно бьётся жилка. Провожу указательным пальцем по её щеке и стискиваю зубы от желания прямо здесь, на заднем сидении люксового авто, развернуть свою конфетку.

Глава 22

На настойчивый звонок Овчарова нахмурилась и, бросив быстрый взгляд на меня, буркнула: «Я сейчас».

Сбросив звонок, Вика поднялась из-за стола, и, спустившись по лестнице, направилась в просторный холл, с которого начинался «Посейдон». Вожу бесцельно вилкой по черной тарелке. Пока в заведении не появился Вяземский, аппетит был немного лучше.

Вот тебе и отдых в элитном заведении, подальше от Алексея!

Хо! Не получилось ничего, как всегда в моей незадачливой жизни.