Чтение онлайн

— Привет, Костя, — сердце пропустило удар.

— Твоя Дудич жива и здорова. Живёт там же, где и жила. Воспитывала сама внука, который рано остался сиротой. Всё чисто и ровно, а вот внучок… Оторви и выброси. Приводы и условка.

— А адрес сбросишь этой семейки?

— Уже. Зачем она тебе сдалась, Кира?

— Ещё не знаю. А ещё одного товарища можем поискать.

— Кира! — недовольно цокнул Лавров, — мне за это по шапке могут дать!

— Костя. Вопрос жизни и смерти.

— Кто?

— Молотов Тимур. Второй совладелец фирмы «Омэкс». Не знаю, существует ли она ещё, — проговорила, понизив голос.

— А отчество у твоего Тимура есть? Год рождения?

— Отчество не знаю, Костик. А год… — я напряжённо потёрла виски. Молотов, наверное, одного года рождения, что и Лёша. Продиктовала год рождения своего бывшего мужа.

— Ничего не обещаю, — громыхнул Лавров и сбросил трубку.

Мыслями снова вернулась к худощавому подростку с хитрым взглядом. Приводы и условка.

Я, едва дождавшись обеда, я рванула к автомобилю и забила в приложении нужный адрес. Что даст мне просмотр стандартного многоэтажного дома, пока не знала, но интуиция подсказывала, что Степан отметается точно, а вот эти двое… Один лучше другого.

Остановившись недалеко от подъезда, пристально рассматривала всех, кто входил и выходил из подъезда. Дудич Аллу совсем не признала. Из полноватой женщины экономка Вяземского превратилась в худую старушку с тростью в руке.

Я вышла из автомобиля и рассматривала как Алла Николаевна, не спеша, с небольшим пакетиком подошла к подъезду. Большими деньгами, которые женщина выручила за украденные документы, не пахло.

Мимо?

Я плюхнулась на пассажирское сиденье и развернула автомобиль к офисному зданию «Альянса». Едва успев упасть в кресло за рабочим столом, дверь в кабинет распахнулась.

Я даже покачала головой, чтобы сбросить наваждение.

Вяземский… Сердце упало в пятки. Глаза лихорадочно блестели, на скулах ходили желваки. По виду бывшего мужа было понятно: Яковлев отчитался об успехах своей работы.

— Всем выйти! — громыхнул Алексей.

Тон был таким, что через минуту мы остались в кабинете одни.

— Она моя?

— Нет, Лёша, — сжимаю крышку стола так, что побелели костяшки пальцев. — Она моя!

Глава 56

— Какого черта, Кира! — ударяет кулаком об стол Вяземский. — Почему ты мне ничего не сказала? Ни тогда, ни сейчас, — цедит каждое слово Алексей.

— Ты сделал свой выбор, я сделала свой, — с губ сорвался нервный смешок.

— Почему ты не сказала мне, что беременна?

Я даже рассмеялась в голос.

— Кому, Вяземский? Твоему адвокату?

Во время бракоразводного процесса со мной разговаривал только адвокат Вяземского. Какое-то время Алексей молча сверлил меня.

— Я хочу видеть ее, — сухо произнес Алексей.

— Ты не стал разговаривать со мной четыре года назад, я не хочу разговаривать с тобой сейчас, — я выдержала взгляд Алексея.

Рано или поздно этот разговор состоялся бы. Увы, Вяземский вернулся, а судьба любит сводить нас нос к носу. И уже ничего не будет как раньше.

— Кира… — Вяземский оперся обеими руками об стол и уставился стеклянным взглядом в полированный стол. — Все могло быть по-другому, если бы ты… — Покачав головой, произнес Алексей. — Ну так что насчет встречи? С собственным ребенком.

Я сипло втянула воздух, заёрзав в кресле.

— Нет.

— Почему? — спокойно спросил Вяземский. Даже удивил своим спокойным тоном. — Можешь представить, что я чувствую?

— Могу. Я уже это пережила, — я опустила взгляд на подол своего легкого платья.

— Это что-то вроде женской мести? Да?

Меня потряхивало. Озноб расплылся по спине и конечностям.

— Моя дочь никогда не будет орудием мести и чем-либо еще. Ты отказался от нас, Леш. А значит, так будет и дальше. Ты забыл за бумаги?

— К черту бумаги!

— Они вдруг стали неважными для тебя? Как же так? Дела превыше всего, Алексей Дмитриевич, — иронично подмечаю.

— Ты же понимаешь, что я не оставлю в покое?

— В этом случае я исчезну из этого города.

Несколько секунд Алексей спокойно выдерживал мой гневный взгляд, а потом вышел из кабинета.

Вот и поговорили… Руки дрожали, и я принялась наводить порядок в письменных ящиках стола, чтобы хоть как-то отвлечь себя от разговора и от взглядов моих коллег, заходящих в кабинет, у каждого из которых на лице было написано: «Что, черт возьми, происходит?»

Собрала блокноты и любимую кружку, леденцы, которых оказалась целая куча в моих ящиках, и уткнулась в телефон.

В глазах стояло его лицо, а в голове я прокручивала каждое слово, сказанное им.

— К черту бумаги!

Этой фразой Вяземский удивил. Как и то, как Алексей так быстро сдался.

Чтобы с пользой тратить время, я ответила на запросы, которые пришли от отдела кадров из разных организаций. Руки аж зачесались ломануть через весь город и пройти собеседование, на которое меня вежливо пригласили.

Добрый день, Кира Владимировна, когда вы готовы пройти собеседование?

Я бросила взгляд на Бурову, которая старалась не смотреть на меня. Как теперь отпроситься у Марины Константиновны?

Я могу подойти в любое время.

Даже почесала напряжённо лоб, как только прочитала следующее сообщение:

Ждем вас в понедельник в девять утра. Адрес я вам скину отдельным сообщением.

Спасибо. Я подойду к девяти утра.

Настучала ответ на клавиатуре телефона.

Ещё не знала какую легенду буду придумывать для Буровой, но все уже прекрасно понимали: мои дни в «Альянсе» сочтены.

Последние минуты рабочего дня тянулись невыносимо медленно. Как только рабочий день закончился я выскочила из кабинета первой.

— Свобода! — тягостно выдохнула, догоняя Овчарову в длинном сером коридоре. Я даже улыбнулась, представляя тихие домашние радости.