Чтение онлайн

Послав своих людей на подмогу (которые остались в городе и были ближе к моему дому), я тут же помчался назад, но было уже поздно.

Люди отца сработали быстро. Буквально за пятнадцать минут они прорвались на территорию моего дома и взяли под свой контроль оставшихся охранников. Мои парни долго держали оборону, отбивались (и очень даже не плохо, убив много врагов), потому что были на своей территории. Но все же, выиграли те, кто был в большинстве.

К тому же, как оказалось, Амелия сама сдалась. И это не было глупостью или каким-то необдуманным поступком… Она спасала детей… Она спасала мой дом и моих людей, потому что знала, что им нужно. Потому что понимала, что люди отца не успокоятся пока не возьмут то, за чем они пришли.

Жаль только что она не знала о том, что подмога должна была вот-вот приехать, и что если бы она ещё хоть пять минут потянула времени, Макс бы взял ситуацию в свои руки.

Но я не осуждаю Ами за это, и ни в чём не виню, она же не экстрасенс… Она просто девушка… Мама… Моя храбрая девочка… И действовала так, как считала нужным… Чтобы спасти детей и всех остальных. И спасла…

Я возвращаюсь домой спустя час после всего произошедшего. Раненых парней уже подлатал доктор. Другие уже проснулись и медленно приходили в себя, ничего не понимая. Макс и его команда уже зачистили территорию от трупов и всех следов нападения.

Захожу в дом. Макс пытается меня задержать, чтобы что-то сказать, но я прерываю его взмахом руки и быстро поднимаюсь наверх, в спальню Ами.

Дамир спокойно себе спал в кроватке, Николь тоже, после того как доктор дал её дозу успокоительного. Девочка очень плакала и не могла успокоиться, потому что Ами забрали, и она пережила ад…

С этим нужно что-то делать… Нужно обезопасить свою семью, избавить их от любых рисков и угрозы… И я знаю что делать. Пора было заканчивать с моим отцом. На этот раз он перешел черту – забрал самое ценное, что у меня было, и я ему этого не прощу.

Приближаюсь к кроватке, легонько прикасаюсь пальцами к животику сына и осторожно глажу его, он зашевелился от моего вмешательства, но продолжил спать. Такой спокойный… Маленький… Мой…

Кто бы знал, что эта кроха и девушка, которую я полюблю с первого взгляда, в один миг перевернут мою жизнь, заставят всё переосмыслить, и сделают меня другим?

А я действительно стал другим… Нет, не слабее. А наоборот - сильнее! Я стал более рассудительным, более спокойным, более уравновешенным… Потому что ребенок и любимая женщина – это другой уровень. Это ответственность, моё продолжение и будущее. И я к этому готов, как никогда раньше.

Я хочу себе семью, чтобы Ами стала моей женой и чтобы у нас был не только Дамир… Я хочу всё это, потому что после того как я встретил Ами и узнал о сыне, я понял, что всё это время почти и не жил. Они стали большей частью меня, дополнили всё то, чего не хватало во мне и дали понять, что такое настоящая жизнь и счастье.

А ведь это только начало, и я хочу узнать, что будет дальше.

– Не волнуйся, сынок, - шепчу. – Я вернул тебя маме, а теперь верну нам маму… К полудню она будет дома, обещаю, - добавляю и ухожу. Нужно исполнять обещание.

Как только оказываюсь в коридоре, мой телефон начинает звонить. На экране высвечивается надпись «неопределенной номер», но я уже знаю, кто это.

Я мгновенно принимаю вызов и рычу:

– Где она?

Амелия

– Кирилл Дмитриевич, девушка готова, - сквозь закрытую дверь, сообщает моему «соседу» женщина, которая час назад принесла мне в комнату откровенное нижнее белье и заставила надеть его. За её спиной находилось двое верзил, которые не давали мне возможности даже попытаться что-то возразить или как-то воспротивиться ей. Пришлось подчиниться.

И вот, я приняла душ (под строгим наблюдением своей надсмотрщицы), и стою практически голая, в одном полупрозрачном нижнем белье, в котором должна была явится к человеку, который меня востребовал… К второму сыну Дмитрия Змеева.

Мне сделали красивый макияж, укладку волос… Добавили внешнему виду больше лоску и шика... Всё, для того чтобы угодить тому мужчине за дверью…

И после всех этих манипуляций, я усомнилась в адекватности Дмитрия Змеева, а также поняла Яра. Я поняла, почему он такой, почему воюет с отцом, и почему он сидел.

Дмитрий Змеев - старый, больной ублюдок и его ничто уже не исправит.

– Приведете мне её вечером, часов в восемь! – отдает приказ Кирилл. – Сейчас я хочу отдохнуть и поспать, поэтому чтобы несколько часов не беспокоили меня!

– Конечно, Кирилл Дмитриевич… Как прикажете, - добавляет она, покорно склонив голову. Будто он видел… После чего кивком приказывает амбалам за своей спиной уходить, и они покидают мою комнату.

Как только дверь за ними закрывается, я приближаюсь к дивану и опускаюсь на край.

– Неужели ты действительно такой вот ублюдок, что тронешь девушку брата? – спрашиваю, чувствуя внутри нарастающую злость. Кирил молчит, и это ещё сильнее выводит меня из себя. – Если ты думаешь что я тебе так просто отдамся… Ты глубоко заблуждаешься!

– Угомонись уже… Нужна ты мне! – бросает он иронично, очень близко возле двери, которая совмещала ниши комнаты. – Иди сюда! – подзывает он меня, и я вижу, как он что-то подсовывает мне под дверью. – Возьми!

Я поднимаюсь на ноги и неуверенно приближаюсь.

– Ну же! Действуй, если хочешь отсюда выбраться! – кричит, заставляя меня вздрогнуть и прийти в себя. Я склоняюсь и беру то, что он просунул мне под дверью. Это оказался кусок какой-то проволоки, согнутой в форме буквы «Г».

– Ч-что это? – спрашиваю растерянно, рассматривая странный предмет в своих руках.

– Отмычка, - бросает мужчина. – У меня замков нет… Но они есть в твоей спальне. Я хочу твоими руками открыть разделяющую нас дверь. Если у нас получится, ми легко выберемся отсюда.

– И я должна тебе поверить? Думаешь, я совсем пустоголовая? – не соглашаюсь с ним. – Открыть дверь тому, кто час назад потребовал меня в свою кровать…

– Ты действительно пустоголовая, раз ещё не поняла, что я сделал это ради того, чтобы спасти тебя! – бросает он раздраженно. – Предпочла бы быть задушенной?

– Нет…

– Тогда давай объединяться и помогать друг другу! – торопит он.

– Т-так… Ты действительно сказал всё это чтобы спасти меня? – уточняю. Удивляюсь. И слышу, как Кирилл ухмыляется.