Чтение онлайн

— Ты пока свободна, — ответила она. Мне показалось, она задорно улыбалась, но я не стала поворачиваться к ней, чтобы убедиться в этом.

Взяв поднос с готовой едой для Уайатта, я направилась к нему, постучала один раз, и он впервые ответил:

— Входите!

Я не понимала, почему меня так порадовало одно это его слово.

Входите.

Обычное слово, которое говорят все пациенты, когда медсестра стучит в дверь.

Думаю, дело было в голосе и в том, кому он принадлежал.

Я не спеша вошла и сразу же поймала его взгляд. Толкнув бедром, закрыла дверь, не отрывая от него глаз.

Кажется, я влюбляюсь в его глаза.

Серебристо-карие.

Темно-карие, умеренно серебристые.

— Доброе утро, Уиллоу, — поприветствовал он меня.

Он больше не был таким хмурым, и мне это нравилось.

Уайатт улыбался, и я улыбнулась в ответ, будто была слишком рада его улыбке этим утром.

— Доброе утро, — мягко ответила я, ставя поднос ему на бедра, но вместо того, чтобы обратиться к своему завтраку, Уайатт неотрывно смотрел на меня. Словно чего-то ждал.

К сожалению, я подняла на него свой взгляд, и на мгновение мы оба замерли. Мы просто смотрели друг другу в глаза.

Не говоря ни слова, я села на край кровати и начала кормить его.

Он обрадовался этому.

Такое ощущение, что все мои мысли больше мне не принадлежали, словно в ситуации, когда к вам в гости неожиданно заявляются родственники из другой страны всей семьей и постепенно захватывают ваш дом.

— Как прошли выходные? — спросил он в перерыве между кусками еды.

Я замерла, набрав в легкие воздуха.

— Хорошо. Мы с Аннетт гуляли в парке, — сказала я. — Кстати, спасибо. Не помню, поблагодарила ли я вас, — улыбнулась я.

Он моргнул, словно пытался вспомнить, благодарила ли я его или, может, хотя бы благодарно улыбнулась ему, как приличный человек.

На самом деле я и правда была хорошим человеком. Просто я не любила слабовольных людей. Именно так я и думала о Уайатте. Но не сегодня. Может, он и сейчас был слабовольным, но я стала относиться к этому иначе.

— За то, что у них больше нет домашних заданий по пятницам, — уточнила я.

Он не спеша кивнул.

— У нее будут домашние задания только по вторникам и четвергам, — сказал он, как ни в чем не бывало.

Уайатт дожевал кусок яичницы и принялся изучать меня.

Сделал глоток апельсинового сока.

У нее будут домашние задания только по вторникам и четвергам.

В этом предложении было нечто такое, что полностью перевернуло все во мне, и сказал это именно Уайатт. Он сделал еще один глоток сока и поставил упаковку на поднос, не переставая смотреть на меня.

Не знаю, что на меня нашло.

Я схватила его за шею и поцеловала.

Я поцеловала его крепко, бедром толкнув поднос так сильно, что он упал на пол с другой стороны кровати.

Его яичница валялась на полу.

Ему было все равно. Мне было все равно.

Будто вкус моих губ нравился ему больше, чем вкус яичницы.

Одной рукой он вцепился в мои волосы.

Он ответил на поцелуй. О, господи, неужели он действительно ответил на поцелуй?!

Я обняла его за плечи, прижимаясь к его груди. Мой стетоскоп застрял между нами, но мне было не до него.

Мы страстно обнимались. Я страстно обнимала Уайатта.

Его рука опустилась ниже, к моей талии.

Я услышала нечто очень похожее на рык, вырвавшийся из его груди, или, возможно, это он так стонал.

Я не хотела, чтобы он останавливался.

— Уиллоу, — пробормотал он хриплым голосом. Он продолжал целовать меня и говорить.

— Это всего лишь домашнее задание.

«Заткнись, Уайатт!» — подумала я про себя.

Для меня это было нечто большее, чем просто домашнее задание. Это значило для меня буквально все.

Будто забыв все, что хотел сказать, он обнял меня одной рукой и так крепко прижал к себе, что я не могла дышать.

Его губы были властными, будто в вознаграждение мне за все его грубые слова и поступки.

Сейчас он действительно хорошо себя чувствовал.

Он стонал от моих прикосновений, поэтому я не переставала ласкать его.

Я запустила руки в его темные волосы, впервые позволив себе взлохматить их. Возможно, ему бы не понравился тот беспорядок, что я натворила в его волосах сейчас, потому что он был перфекционистом и любил выглядеть идеально, но я не смогла сдержаться.

Не отрываясь от моих губ, он застонал, страстно и в то же время раздраженно.

— Прекрати портить мне прическу, Уиллоу, — пробормотал он глубоким, загадочным, и таким своим голосом.

Голос Уайатта мне тоже нравился.

Я положила руки ему на плечи, улыбаясь как идиотка, пока он целовал уголки моих губ.

Или он целовал мою улыбку?

Я простонала в ответ, будто испробовав любимый десерт на вкус.

Уайатт заметил это и продолжил целовать мою шею.

Когда это прекратится?

Я не хотела, чтобы все это заканчивалось, и надеялась, что мне не придется осматривать других пациентов сегодня.

Я могла бы запросто пропустить ланч. Может, мы будем заниматься этим до конца моей смены.

— Целовать тебя просто потрясающе, — сказал он, покрывая поцелуями мою шею.

Его губы приблизились к моему уху.

Я чувствовала его дыхание везде, и это было прекрасно.

Уайатт был на вкус как ментолово-апельсиновый сок.

— М-м-м, да, хорошо, — у меня перехватило дыхание, и я с трудом могла говорить.

— М-м-м, — простонал он в ответ чуть дольше и, как мне казалось, слаще.

Он целовал мои ключицы, и я словно вся горела.