Чтение онлайн

У Бенедикта появилось дурное предчувствие.

Быть может, этот фанатик пришел сюда с целью убить его?..

Он взял себя в руки. Действительно ли это тот человек, которого называют Тенью? Он хотел бы знать это наверняка, хотел составить собственное мнение об этом таинственном персонаже.

— Ты действительно брат Антоний, легионер, который дал обет служить Иисусу Христу своим оружием до самой смерти?

— Да, это я, ваше святейшество.

— Ты выглядишь гораздо моложе своих лет.

— Господь в своей бесконечной доброте даровал мне исключительное здоровье, продлив дни моей молодости, и дал мне силы, чтобы я мог служить ему наилучшим образом в этом мире, — ответил Тень лишенным эмоций голосом.

Этот ответ успокоил Бенедикта. Один недостаток у этого монаха точно имелся. Его грехом была гордыня. Та же мысль посетила трех кардиналов, которые увидели, что папа расслабился и улыбнулся. Бенедикт пришел к решению сделать этого монаха своим ставленником.

— Ты послужишь его наместнику на земле.

— Я буду служить вам, как служил Иоанну Павлу II.

— В организации, сын мой, не может быть двух духовных лидеров… Ты понимаешь, что я имею в виду, сын мой?

— Не совсем, ваше святейшество.

— Мы знаем, что ты очень привязан к основателю «Легиона Христа». Сегодня Марсиаль Масиэль компрометирует самим фактом своего существования и «Легион», и даже облик Церкви в целом. Не сумев усмирить свои сексуальные порывы, он впал в великий грех. Со всех сторон сыплются обвинения. И у нас есть доказательства его грехов. Десятки легионеров под принуждением отдали свои тела в усладу этому человеку в те времена, когда были подростками. Многие рассказали об этом на исповеди, когда покинули ряды «Легиона». Нетрудно догадаться, из каких соображений я отстранил его от дел. Законы Церкви строги. Марсиаль Масиэль не выполнил своей миссии, позабыв о том, что следовать принципу эволюции человеческого существа посредством молитвы и добродетельного поведения — жизненная необходимость. Вера не признает полумер. Лично у меня никогда не было предубеждения против «Легиона Христа», и я всегда был готов обсудить предложения по его реорганизации. Мы чувствуем в тебе силы руководить этой организацией под эгидой Ватикана. И мы сделаем тебя епископом этого ордена, когда Господь пожелает положить конец жизни Масиэля. Готов ли ты покориться воле своего пастыря?

— Готов, ваше святейшество.

— Да защитит тебя Господь от всякого зла, сын мой.

Проливной дождь стегал Панама-Сити вот уже два часа. Словно пелена ночи упала на канал от берега до берега, рассекаемая вспышками ламп, освещающих «Мост двух Америк» и небоскребы на морском побережье. Инесс наблюдала за этим апокалипсисом из окна. Бурные потоки неслись по виа Эспанья — самой перегруженной артерии столицы, срывая с места автомобили и загоняя в укрытия пешеходов. Всюду было полно полицейских и военных, словно город находился на осадном положении. Советник-иезуит из ордена Божественного спасения, неофициальный сотрудник французских секретных служб, предоставил ей море полезной информации о стране, а также дал карточку Visaс неограниченным кредитом. Чтобы не провоцировать излишнее любопытство, ей забронировали номер в отеле «Европа» — одном из наиболее невзрачных и грязных заведений в этом странном городе, которое не пользовалось популярностью у туристов.

Не выходить из гостиницы по ночам.

Не ходить в квартал Каско Вьехо.

Никогда не удаляться от оживленных торговых улиц.

Никому не говорить о своей принадлежности к ордену Сестер-служительниц Святого Духа.

Не приближаться к легионерам Христа, которые всемогущи в этой республике, находящейся «на жаловании» у Соединенных Штатов Америки.

Делать вид, что она — учительница, интересующаяся орхидеями и фауной джунглей Дариена, и приехала приятно провести отпуск.

Ждать звонка связного.

Эти рекомендации были ей ни к чему. Она какое-то время жила и проходила военную и спортивную подготовку в Мексике, потом выполняла щекотливые задания в Никарагуа, Сальвадоре и Эквадоре вместе с евангелистами-иезуитами и адептами теологии освобождения. Она знала, какие опасности поджидали ее в этой стране. Видела людей, погибших от пули, изрубленных мачете, видела тела замученных «эскадронами смерти». Она не ждала ничего другого от этой экзотической страны, если, паче чаяния, обстоятельства вынудят ее вступить в борьбу с врагами ордена иезуитов.

Вот уже три дня она провела в ожидании в этих угнетающих декорациях. Смотреть телевизор категорически не хотелось. По панамским каналам шли скучные передачи и американские сериалы, которые каждые десять минут прерывались вставками агрессивной и надоедливой рекламы. Она заставила себя наизусть выучить сведения из досье, озаглавленного «Михаэль». Благо, сведений об этом скромном священнике, посвятившем жизнь расшифровке и переводу древних манускриптов, было немного. Отсутствовала информация о том, какого рода взаимоотношения связывали его с папой Иоанном Павлом I и сестрой Винченцей. Ни семьи, ни друзей… Это странно. У него было приветливое, приятное лицо. Не такое, какие обычно бывают у монахов. Она спросила себя, как, интересно, он выглядит сейчас и как ему удалось выжить в этой враждебной среде — в джунглях, ставших его укрытием. Девственные леса, простирающиеся по обе стороны границы и отделяющие Колумбию от Панамы, были непроходимы. Там тренировались элитные подразделения армии США, скрывались повстанцы из ФАРК [32] , кишмя кишели самые ядовитые животные планеты. Редко кто отваживался вторгнуться в эти дебри. И уж точно не жители Панамы, которые отдавали предпочтение комфорту своих городов и райским декорациям своих пляжей.

Дождь прекратился. Движение на улицах активизировалось. Виа Эспанья дымилась испарениями воды и окиси углерода. Зазвонил телефон.

— Сеньорита Полен?

Она чуть было не ответила «нет». Она никак не могла привыкнуть к имени, указанному в ее поддельном паспорте. В этом паспорте значилось также, что она на два года моложе своего реального возраста, родилась в Перпиньяне, проживала в Кавайоне и откликалась на имя Каролин.

— Сеньорита Полен? — настойчиво повторил незнакомый голос.

— Да, слушаю вас.

— Добро пожаловать в Панаму. Ваш гид присоединится к вам через час в кафедральном соборе на площади Независимости.

— Сеньор…

Но собеседник уже повесил трубку. Однако ее не так-то легко было привести в замешательство. Она привыкла к методам ордена Божественного спасения, которые ничем не отличались от методов, применяемых Генеральным управлением внешней безопасности, Моссадом, МИ6, ЦРУ, рядом оккультных организаций мафии и китайской триадой.

Она развернула план города и нашла площадь Независимости, расположенную в самом сердце квартала Каско Вьехо. Она улыбнулась. Человек, готовивший ее к поездке, официально запретил ей посещать эту часть столицы. И вот, рискуя ее безопасностью, ей назначают встречу в рабочем квартале, наводненном мелкими преступниками, где «Легион Христа» набирает рекрутов.

Потоки, состоящие из тысяч людей, перемешивались на Центральном проспекте и прилежащих улочках. Настоящее сердце Панамы билось здесь, в Каско Вьехо, где были сконцентрированы дешевые магазины, выставлявшие на продажу излишки товаров, украденных в зонах беспошлинной торговли. Здесь можно было купить что угодно — от винтика до кокаина, от пуговицы до нескольких килограммов травки. Девушки продавали свое тело за десять долларов, крестьянки предлагали бананы, манго и ананасы по цене «decimo de balboa»— десятая часть бальбоа, или десять сентаво. В окружении этих пеонов, этих индейцев, этой черни, съехавшейся в столицу со всех уголков страны, Инесс было комфортно. Одетая в джинсы и футболку, без фотоаппарата и сумки, с распущенными черными волосами, она почти сливалась с местным населением. Не последнюю роль играл и испанский тип ее внешности. И все же она была чуть выше, чуть стройнее женщин, одетых точно так же, как и она.

Людской поток иссяк у последнего магазина, там, где начинались туристические маршруты. Горлицы, голуби и чайки никак не могли поделить небо. За ними наблюдали ленивые коты. Все вокруг дышало умиротворением. И все же Инесс не теряла бдительности. Она проследовала за группой итальянских туристов до самой площади Независимости, где красовался прекрасный кафедральный собор, построенный с использованием камня, который остался от церкви, разрушенной пиратом Морганом.

Итальянцы вошли в Муниципальный дворец, служивший по совместительству историческим музеем. Инесс какое-то время гуляла по площади, делая вид, что разглядывает богатые дома. Какие-то мужчины, сидя на корточках, дремали в тени этих домов, безучастные к передвижениям одетой в джинсы монахини. Они поджидали кавалерию туч, надвигавшуюся с Кордильер, зная, что проливной дождь скоро прогонит их, равно как котов и птиц. Инесс осмотрелась перед тем, как войти в церковь. Все было спокойно. Ничто не внушало ей подозрений. Господь ожидал ее в своем прохладном доме.