Чтение онлайн

Поляна опустела, остались лишь музыкант и одна из девушек. Девушка подняла руки и плавно повела обнаженными бедрами в такт музыке. Ее стройное тело стало вдруг излучать слабый зеленоватый свет, и девушка начала танцевать. Танец этот был непонятен и необычен, но очень красив. Я затаил дыхание и почувствовал, какв воздухе разливается неслышная, но хорошо ощутимая вибрация. Словно сама земля начала дрожать в такт завораживающей музыке. То ли от звуков свирели, то ли от этого соблазнительного и манящего танца голова у меня начала кружиться. Дыхание замерло, и мне показалось, что еще немного, и я потеряю сознание.

Я осторожно переступил с ноги на ногу, и тут раздался предательский хруст сухой ветки. Оглушительно громкий, несмотря на звучащую музыку. Сказочное настроение мигом исчезло. Девушка с испуганным визгом пропала среди деревьев; светящийся шар заволновался, по его поверхности пробежала крупная рябь; музыкант громко вскрикнул, обернулся и одним невероятным прыжком оказался перед нами с Ларкой.

Разглядев этого музыканта, я опешил. То, что я принял за меховую куртку, оказалось густым слоем курчавой шерсти, покрывавшим все его тело. Шапка на нем, с самого начала показавшаяся мне очень странной, представляла собой венок, надетый на длинные изогнутые рога. Я не шучу — на голове у этого музыканта действительно росли самые настоящие рога! Как у черта! Да и сама рожа его была под стать — приплюснутый нос, нависшие надбровные дуги, квадратная челюсть, козлиная борода и здоровенные острые зубы. Я машинально глянул на его ноги, но копыта, если они и были, скрывал густой туман, стелившийся по земле.

Что-то похожее я когда-то и где-то уже видел. Точно! Этот самый музыкант был абсолютной копией тех существ, которыми битком набиты мифы и сказки Древней Греции! Не помню, добрыми были эти существа или злыми, но под пронзительным взглядом его желтых глаз рука моя сама собой потянулась к мечу.

— Люди?! Здесь?! Сейчас?! О, бессмертные боги!!! — Музыкант в бешенстве сорвал с себя венок и швырнул его на землю. Глаза его полыхнули желтым огнем. Ларка испуганно придвинулась ближе ко мне, а я крепче сжал рукоять своего меча.

— Нарушить ночной танец дриады!!! — восклицал козлорогий музыкант, хватаясь за голову. — Прийти на поляну, возмутить спокойствие и — кто?! Люди!… О, бессмертные боги!!! Что же происходит в этом мире?! Знаешь ли ты, несчастный, что совершил сейчас? — Он грозно указал на меня свирелью. — Ты лишил несчастную дриаду сладостных утех, а меня самого — ночных развлечений! Разве что смерть способна будет искупить твою вину, человек! Разве что… — Он замолчал и уставился на Ларку. Взгляд его из злобного превратился в похотливый. Он внимательно ощупывал глазами фигуру Ларки, ее грудь, ноги… Потом он глубоко, словно принюхиваясь, втянул в себя воздух и с громким стоном выдохнул. Я ожидал ощутить зловонное дыхание (Чего же еще было ждать-то?! При такой-то роже…), но меня обдало смешанным запахом полевых цветов и превосходного вина.

— Однако, — продолжил он неожиданно мягким и вкрадчивым голосом, — возможно, все не так уж и плохо. Я вижу, что, лишив меня удовольствия повеселиться с дриадой, ты предоставляешь мне взамен возможность провести восхитительную и забавную ночь с этой смертной… Не так ли, человек? А иначе зачем тогда она здесь?! Согласись, это единственное разумное объяснение твоему возмутительному поступку! И единственное ему оправдание…

Ларка испугано вздрогнула.

— Не бойся, — успокоил я ее. — Фавн просто шутит…

— Фавн?! — расхохотался козлорогий. — О нет! Всего лишь сатир! Простой сатир! Но мне приятно слышать, что ты знаешь это имя! Хотя так его называли только медноголовые иноземные солдаты. Мы же обращались к нему иначе. Пан! Великий Бог Природы! Покровитель стад и пастухов! И конечно же пастушек, — сатир хихикнул совсем по-козлиному.

— Но в некоторых вопросах, — продолжал сатир, сально ухмыляясь, — именно мы, сатиры, гораздо более сведущи. Ведь мы — демоны плодородия! И нет в мире никого, способного подарить женскому телу большее наслаждение! Твоя спутница сможет в этом убедиться. Не так ли?

— Не думаю, что она будет от тебя в восторге, — холодно заметил я, обнимая за плечи дрожащую Ларку.

— Неужели?! — притворно удивился сатир, шагнув к Ларке. Девушка отпрянула от него и начала спиной вытеснять меня на поляну. Я медленно вытащил меч и приготовился. А сатир продолжал подступать к пятящейся Ларке и непрерывно говорил.

— Скажи, женщина, — вкрадчиво спрашивал он, — тебе ведь не доводилось еще получать наслаждение от забав с сатиром? Ведь ты еще даже и не подозреваешь, насколько это приятно! Многие нимфы просто не могут дождаться своей очереди! Но я сделаю для тебя исключение! Ведь твоя жизнь столь коротка! И ты должна получить все удовольствия, которые эта жизнь готова тебе предоставить. Ты должна спешить, пока тело твое молодо и способно вызывать желание. И это так! Ведь даже сейчас, под тканью твоей одежды, я различаю мягкие и нежные его изгибы! Твои груди способны свести с ума любого, даже меня! А прекраснее и стройнее твоих ног я в жизни ничего не видел! Ты не должна упускать возможности насладиться моими ласками! Разве я не прав?

Ларка испуганно затрясла головой, продолжая пятиться. Я огляделся. Мы уже находились в центре поляны, возле светящегося шара. Самая удобная позиция, подумал я и остановился. Ларка крепко прижалась ко мне спиной, и я почувствовал, как она дрожит…

— А может быть, тебя смущает мой вид? — продолжал сатир, переходя на громкий шепот, — Но достаточно будет одного глотка напитка любви, чтобы ты перестала обращать на него внимание! И потом, подумай сама, насколько приятны будут прикосновения волосков моей шерсти к твоей груди, к твоим соскам, животу…

— Ладно, козлиная морда! — оборвал я словоблудие сатира. — Объясню, если ты еще не понял! Этого не будет! Усек?

— О!!! — сатир остановился как вкопанный и сделал удивленный вид, словно только что увидел меня. — Может быть, ты просто стесняешься своего спутника? Но это легко исправить! Послушай, человек! — сатир обратился ко мне. — Ты когда-нибудь обладал дриадой? О-о-о!… Дриады!… Древесные нимфы!. — Сатир мечтательно закатил глаза, — Души прекрасных деревьев! Знал бы ты, сколь страстны они! Как они могут двигаться в твоих объятиях! Сколько наслаждения они способны доставить!…

Сияющий шар заметно потускнел. Свет его стал красноватым и еле различимым. Я заметил, что со всех сторон к нам начинают приближаться смутно угадывающиеся в темноте фигуры обнаженных девушек. Они выходили из леса целыми десятками. И когда они подошли достаточно близко, я, несмотря на темноту, отчетливо разглядел их глаза, горящие неподдельной страстью.

— Выбирай любую! — воскликнул сатир. — Нет! Бери их всех! Всех!!! Ничего, что ты видишь их впервые — любая из них уже сейчас в совершенстве знает тайны твоего тела!!! Бери их всех!!! Навсегда!!! Ведь даже целой жизни будет мало, чтобы овладеть всей этой красотой!…

Я почувствовал мягкие и осторожные прикосновения девичьих рук и услышал их томные стоны за своей спиной. И тут я вдруг вспомнил про талисман, лежащий в моем кармане. Я быстренько выудил его, и поляна мгновенно огласилась скорбными возгласами. Шар в центре поляны вспыхнул ослепительным, режущим глаза светом. Нежные девичьи пальчики, ласкавшие мою шею, плечи и спину, бесследно исчезли, и вокруг нас с Ларкой образовалось пустое пространство. Магическая сила талисмана не оставила равнодушным даже сатира.