Чтение онлайн

До города ходят, но обычно незачем. Обитают в удовольствие, рыбачат. Многие вскоре прощаются: отдыхают и уходят.

– Не беда, всегда кто-нибудь заместо них остаётся. Отдыхают с полгода – год... и тоже раскланиваются. Только я с семьёй никуда не деваюсь.

– Большая семья-то? – спросил Макс.

– Хорошая, – седой задумался и перевёл тему.

Выходило, что их селение – дом отдыха для нуждающихся.

– Благодать, – потянулся Дима и зевнул.

– Давайте-ка ночёвку покажу, утомились вы.

Легли осторожно, чтобы не разбудить соседей по койкам. Ладные деревянные стены держат тепло, нагретое телами, получилось даже раздеться. За стенами слышен шелест листьев и крики ночных птиц.

– Как под Тулой, – прошептал Макс.

– Где?

Макс не ответил, ему снилась другая ночь в другой палатке, другие люди. Игорь. Когда в лесу ухнул филин, Мёдов поднялся. Тело ломит от усталости, голова не соображает, а сон всё не идёт. Он вышел, прикрыл дверь. Обошёл хижину, вдыхая полной грудью, и наткнулся на седого. Тот молча подвинулся, освобождая место на бревне, гладком, без коры.

– Думал послушать, о чём говорить будете, – он не смотрел на Мёдова, набивал искусно вырезанную трубку. – Да и не сплю я ночами.

– С утра мы уйдём, – в который раз заверил Мёдов.

Седой не ответил, чиркнул спичкой, подул – ноздри щекотнул пряный запах.

– Лепестки местные, названия не знаю, но дурманит... ах! Попробуй.

Не похоже на коноплю. Мёдов задержал дым в лёгких, выдохнул вдвое меньше. Затянулся ещё. И не успел вернуть трубку, шибануло – аж затрясло. Через секунду отпустило.

– Ох...

– Обожди, – местный хитро улыбнулся.

Дурь накрыла с ударом сердца, только теперь мягко, бережно. Шея онемела, но голова почему-то не упала. Мёдов осмотрелся, силуэты не плывут, но тень пульсирует. А в мыслях вдруг пустота как по щелчку. Щёлк, щёлк...

– Эй! – Седой похлопал в ладоши перед носом.

– Да здесь я.

– Говорю же, хороша.

– Дай ещё.

– На.

Время застыло, даже птицы смолкли. Мёдов косился на собеседника, он так и не видел его при свете. Когда разгорается огонёк в трубке, виден острый нос крючком и как будто морщины. Сознание дорисовало образ перьями на голове и краской на щеках. Индеец. Злой вождь племени людоедов. Мёдов не чувствовал тяги к болтовне – чудо-дым уже отпустил – но заговорил.

– Я устал. Это не первый отряд, что я погубил.

– Но ты ведь и спасал?

– И спасал...

– Ты не думай о былом, оно как дым, – седой выдохнул в лицо. – Было – ушло, забудь.

– О чём же думать?

– Ни о чём, послушай историю. Жил да был в степи сурок. С молодости самый зоркий и шустрый в стае, как опасность – он первым свистит и в нору. Вот и пережил отца, братьев и сестёр, завёл семью. А прыти не утратил, чуть что – всегда начеку. И вот раз опоздал со свистом, утащил орёл двух сыновей, а его не достал. Горевал, думал сурок... Сколько времени уже?

Мёдов очнулся, его усыплял голос.

– Три.

– Спать пора. Короче, хрен с ним. Не спрятался сурок, искупил, так сказать, убила его змея. Отдохнула, залезла в нору и детей порешила. Был бы жив, увёл.

– Это мораль?

– Это конец. Давай на боковую.

27

Переговоры с властями удались, как Игорь и думал. Он сразу связался с Крутовым, тот ответил сам.

– Уходят, гады! Что ты сделал?

– Развязал войну.

– Не при моём статусе спрашивать, но что теперь делать?

Игорь выждал, барабаня пальцами по столу, подумал.

– Ничего. Укрепите стены, разберитесь со всем. Будьте готовы мне помочь.

– А ты?

– Сейчас буду думать, есть одно предчувствие.

Игорь откинулся в кресле, потянулся, на лицо легла улыбка. Крутов теряет контроль, он заперт у себя и мало что может. Ничего не может. Но его хотя бы не сметут в первую очередь... Теперь Игорь цель номер один.

– Кофе есть? – это пленному связисту, свидетелю великих дел. Тот кивнул.

Игорь вынес две кружки во двор, Саша закончил с указаниями личному составу.

– Во-о, добро! – принял напиток. – Пятеро ранены, один, боюсь, отмучается скоро.

– Пять трёхсотых, – поправил Игорь машинально, думая о своём.

– Чего?

– Их бригада не будет гулять в поле, ей наверняка поставили задачу. Как думаешь, какую?

– Нас выбить.

Игорь поскрёб затылок.

– Не хотелось бы. Да и всё-таки мы на военной базе, с наскока не взять.

Саша пожал плечами, Игорь воскликнул.

– Ах чёрт! Я дурак.

– Ну?

– Чего мы гадаем? Позвоним и спросим. Айда со мной.

На ходу Игорь объяснил.

– У нас же спутниковая связь и все каналы под рукой.

– А толку? Наверняка мы в чёрном списке.

– Попробую схитрить.

Вернулись к заскучавшему связисту.

– Труби SOS.

– А?

– По всем каналам: спасите-помогите.

– Зачем?

Игорь аж поперхнулся.

– Ты военный или кто? Выполнять!

* * *

– Товарищ генерал, есть сигнал! – доложил вбежавший адъютант и замер по стойке, тяжело дыша.

– Доложи.

– С захваченной базы просят помощи.

– Опомнились... так! Просят помощи? Что сообщают?

– Ничего, товарищ генерал, только сигналят.

– Не могут привлечь внимание что ли? Неужто вырвался кто-то. Бегом наладить связь!

Адъютант умчался, генерал быстрым шагом – бегать статус не позволяет – за ним.

* * *

– Центр откликнулся.

– Игнорируй, – приказал Игорь. – Ждём. И помни, глобальные проблемы не твоё. Ты спасаешь своих парней, что рядом, и себя заодно.

Выждали, и военный снял трубку, заговорил быстро и шёпотом. Игорь слушал через наушники.

– Это пятая база, приём... На нас напали, захватили. Они уходят, вывозят арсенал на машинах.

– Куда уходят?

– Чёрт его знает! Кто-то идёт... Я уничтожу телефон.

– Стой, боец!

Игорь вырубил связь, потрепал военного по щеке, приказал увести. Саша смотрел, ожидая разъяснений.

– Теперь вот что. Им не угадать, куда мы пойдём, – Игорь усмехнулся. – Хотя и попробуют. Закроют дороги и возьмут в клещи. Мы опасны и непредсказуемы, захотят устранить в первую очередь, Кемерово пока оставят в покое, а мы подыграем.