Чтение онлайн

Времени больше не было, и я быстрым шагом, иногда переходя на бег, направилась к месту встречи. Благо, оно было недалеко от моего дома – на выходе из деревни.

Уже издалека я увидела ожидающих своих товарищей Любу и Андрея. И очень удивилась, не обнаружив Виктора. Несмотря на то, что жил он на другом конце Новополья, всегда приходил первым, а иногда и вовсе заходил за мной. Но очень часто я к этому времени еще не была готова (мы держали коз, и иногда мне приходилось их пасти, а потом еще и доить), поэтому мы условились встречаться в назначенном месте.

Теперь же, подойдя к друзьям, я была немного обеспокоена отсутствием моего любимого Виктора. В голове сразу начали роиться разнообразные мысли – от безобидных до самых страшных. Неужели что-то случилось на стройке?

Люба же, увидев мое взволнованное лицо, принялась меня успокаивать:

– Все хорошо, Ань, слышишь меня, – она дотронулась до моих плеч и пристально посмотрела прямо в глаза. – Андрей сказал, что Вите надо было встретить своего старшего брата, поэтому он немного опоздает.

– Он еще со стройки раньше ушел, чтобы к нам потом успеть, – подтвердил Андрей.

Я закрыла глаза и глубоко выдохнула, дабы вместе с воздухом ушло и внезапное напряжение. Переживать за всех и вся – вот то, что я делала лучше всех остальных. Тем более за Виктора я всегда боялась. Нам и так трудно далось найти друг друга, потерять его означало потерять саму жизнь. Я не могла этого допустить.

Усугублял положение и заставлял меня постоянно нервничать еще и тот факт, что, будучи совсем маленьким ребенком, Виктор перенес ужасную болезнь – испанку. Как он рассказал мне однажды, и более никогда не поднимал эту тему, с того света его вытаскивали лучшие врачи. К тому же, его матери пришлось в одиночку искать помощи – ее муж незадолго до этого происшествия скончался от той же болезни. Поэтому женщине пришлось приложить в два раза больше усилий, что спасти своего ребенка. Вместе с этим несгибаемым материнским желанием в ее голове также укоренились мысли о безысходности, которые она никак не могла прогнать. Но неплохой материальный достаток, связи в городе и благословение Господне позволили ее сыну выжить, хоть и навсегда отняли у него способность сопротивляться любым болезням. Но такой исход был гораздо лучше. Поэтому до сих пор она каждый день по часу, а то и более, молится Богу, попутно ограждая сына от опасных работ. И готова бороться хоть с самой природой за его жизнь. Думаю, и на стройку его отпускали с тяжелым сердцем. Но я знаю Виктора – он не может остаться в стороне, когда у других горе.

Внезапно большая ладонь накрыла мои глаза, и спиной я почувствовала тепло человеческого тела. Конечно, я сразу догадалась, кому принадлежали эти крепкие руки, этот жар, исходящий из самого сердца. Я знала, чья это была безграничная любовь.

Перед носом вдруг возник приятный травяной запах с ноткой летнего цветка. Кончики лепестков коснулись моего лица, обдав своей свежестью и абсолютной нежностью.

– Прости, что заставил волноваться.

Когда рука с моего лица исчезла, я, наконец, смогла увидеть букет.

Виктор держал три высоких крепких стебля, по всей длине которых были разбросаны узкие удлиненные листочки с зубчатыми краями. А верхушка каждого стебелька была увенчана чашевидными цветками, собранными в кисть однобоким соцветием. Два цветка были ярко-синего цвета, а третий, что оказался посередине, – белоснежного.

Аккуратно взяв букет в свои руки, я не смогла сдержать улыбки. Мои тревоги куда-то исчезли, и все внутри затопила любовь. Виктор всегда умело забирал себе мои страхи.

–Колокольчики… – Тихо прошептала я. Так хотелось попробовать это слово на вкус. – Таких красивых я здесь не видела.

–Красивые цветы всегда прячутся, – ответил Виктор. – Их просто так не увидишь.

Он приобнял меня за плечи и продолжил шептать на ушко:

–Колокольчики означают «я всегда думаю о тебе». Если ты прислушаешься, то услышишь в них мои мысли.

Виктор мягко коснулся белого цветка.

–Это ты. Сама чистота и непорочность. А это, – дотронувшись до синих, – моя верность нашей любви. Смотри, она окружает тебя.

Я завороженно смотрела на букет, который, казалось, мог рассказать всю мою жизнь. И одновременно думала, откуда Виктор это знает. Сколько книг он перечитал, с какими людьми беседовал, чтобы ведать о таком?

Мои мысли прервал недовольный голос Любы, которая, очевидно, обращалась к Андрею:

–А где мои цветы, любовь моя?

Андрей, совсем не ожидавший такого вопроса, только и смог, что почесать затылок да ответить:

–Зато я пришел вовремя.

Когда мы, наконец, взобрались на вершину, то были приятно удивлены. Помимо нас здесь никого не оказалось, хотя в это время считалось нормальным встретиться с парой-тройкой человек. И я уверена, ни у кого на тот момент не возникло в голове совестных мыслей о том, что остальные просто-напросто еще работают в полях или только зашли в дом.

Даже когда мы полностью обустроились, – постелили на траву простыни и разложили еду да молоко – никто так и не появился. А нам что – мы были только рады.

Закат уже показал себя во всей красе. Небо умело смешало теплые багряные оттенки с нежными голубыми, сделав плавный переход между двумя цветами. Маленький яркий шарик постепенно исчезал за таким недостижимым горизонтом, забирая с собой суету прошедшего дня и привнося в сердце желанное спокойствие. Редкие облака, решившие задержаться на небосводе, купались в мягких розовых тонах.

Я могла уловить еле доносимый шелест листьев из рощи, которому иногда подпевала пролетавшая птица.

И неважно, сколько людей окружало бы нас сейчас, в целом мире были только я и Виктор. Мне всегда нравилось облокачиваться спиною на его грудь, и тогда в ответ он крепко обнимал меня и зарывался носом в мои волосы. Я знала, что в такие моменты он совсем не смотрит на закат, хоть и очень хотела, чтобы он увидел, какую красоту может сотворить природа. Когда однажды я поделилась с ним этой мыслью, он ответил:

– Самое прекрасное, что могла сотворить природа, сейчас в моих руках.

Тогда цвет моего лица вполне можно было сравнить с самым спелым помидором. А пальцы рук внезапно начинали дрожать, поэтому, в попытке спрятать сильное смущение, я сжимала их в кулак. Вот так всегда – одной фразой Виктор заставлял меня испытывать доселе неведанные эмоции. Все внутри переворачивалось верх дном, а сердце стучало с каждым ударом громче и громе. В тот момент я была напугана тем, что в человеке вообще возможно пробуждать такие пожары, и счастлива от того, что кто-то смог это сделать во мне.

Я хотела убежать. И я хотела навсегда остаться.

Вот и сейчас он совсем не любуются закатом, а перебирает своими длинными пальцами каждую прядь моих волос, будто видит их в первый раз. Но ведь когда и я вижу его, все внутри трепещет, будто мы с ним только познакомились. Мне кажется, спустя даже сто лет, проживая вдвоем каждый день, я была бы счастлива чувствовать его прикосновения, как однажды летом, когда он стирал кровь с моих ладоней.

–Август на дворе, – приглушенно промолвил Виктор.