Чтение онлайн

Зарина не смогла ответить, вставший в горле противный ком помешал, но покорно кивнула головой. Она знала, что отец ни за что не уступит ее желанию быть с любимым.

Матовое лезвие черного клинка было заляпано глянцевыми пятнами черной демонской крови, и Корин бережно обтер его об одежду последнего убиенного, не сводя при этом взгляда со своей находки. Немногочисленного, но от этого не менее опасного клана Крадущих Души больше не существовало, а вот в подвале их родного гнездышка колдун обнаружил сюрприз. На сырой каменной стене почти под самым потолком, прикованный цепями за руки, висел худой мальчишка лет шестнадцати на вид. Волосы, цвет которых было не определить из-за черной крови и грязи, слиплись и сбились в колтун, по костлявому торсу рассыпались застаревшие и совсем свежие рубцы от плети, по всему телу красовались сочащиеся гноем следы от ножа, нетронутым было только лицо.

Заклинатель прошептал несколько слов в кулак, цепи, натужно скрежеща, рассыпались на звенья, и он едва успел подхватить истощенное тело парнишки.

— За что же тебя так? — тихонько пробормотал Корин, осторожно укладывая мальчика на пол, откинул с его плеча слипшиеся грязные пряди и увидел над ключицей татуировку клана Ходящих за Гранью.

Ходящие издревле считались самыми слабыми демонами, так как не имели никаких боевых особенностей. Да что там особенностей, даже способности к самообороне отсутствовали напрочь. Зато они могли переступать за Грань, общаясь с умершими, что и сделало их лакомым куском, как для заклинателей, так и для демонов.

— Вы же вымершими считались? — вопросительно выгнул бровь колдун, словно ходящий, плавающий где-то в спасительном забытьи, мог ему ответить — Ну, или истребленными. — поправил он сам себя и аккуратно, почти не дыша, поднял ребенка на руки.

Уже пошла вторая неделя, как он отпустил Зарину, теперь его жилище пустовало. Иногда Корину не хватало смущенного выражения ее лица и философских бесед за вечерней чашкой травяного чая. А еще ему недоставало негромкого шуршания старых страниц под тонкими пальцами Ниаса и его удивленных глаз, когда он задавал какой-нибудь совершенно глупый вопрос, типа: «Почему демоны живут до шести тысяч лет, когда их никто не убивает?». Иногда он просто не понимал, как этот чокнутый ангел вписался в их мир. А сам ангел, видимо, не понимал, как вообще жить в этом чудном мире. Так что Корин на данный момент был рад своей находке.

Вернувшись домой, он положил мальчика на стол, осторожно избавил его от тряпок, бывших когда-то одеждой, и, стараясь не причинять боли, принялся отмывать от толстого слоя грязи и спекшейся засохшей крови. Безболезненно не вышло, парень тихо заскулил и, дернувшись всем телом, открыл помутневшие от страданий глаза.

— Тихо-тихо. — предупредил колдун, удерживая его на месте — Не шевелись. Я не сделаю тебе ничего дурного.

Найденыш недоверчиво воззрился на него, и Корин увидел, что радужка у него не черная, а темно-красная. Экзотика, однако. Демоненок разлепил пересохшие потрескавшиеся губы и хрипло выдохнул:

— Ты — Корин.

Колдун не понял, вопрос это или утверждение, но ответил:

— Да, я. Ты меня знаешь?

— Тебя все знают. — он закрыл глаза — Если ты мне не снишься, значит, они сдохли раньше, чем я.

— Угадал. — усмехнулся Корин и осторожно потряс мальчика за плечо — Эй, не отключайся, мне нужно обработать твои раны.

— Ты что, хочешь меня вылечить? — красные глаза распахнулись, в них перемешалось удивление и отстраненное равнодушие, словно он считал все происходящее своим больным бредом.

— А ты думаешь, что я притащил тебя к себе домой, чтобы убить? — съязвил мужчина.

— Брось. — демоненок отвернулся — Я не выживу…

— Я тебе не выживу! — погрозился заклинатель и, повернувего голову лицом к себе, сунул в зубы неразвернутый рулон широкого бинта — Закуси, будет больно.

Мальчик равнодушно терпел боль, пока Корин вскрывал застарелые раны, вычищая их от гноя, иногда терял сознание, но не мешал заклинателю просьбами и попытками остановить пытки. Завершив свою работу, Корин вытащил кляп из сцепленных челюстей парнишки и уверенно пообещал:

— Выживешь. Регенерация уже началась, и тебе следует поесть.

Демоненок отрицательно помотал головой и, прошептав «я спать хочу», вырубился.

— Крепкий… — подивился Корин и, подхватив тщедушное тельце на руки, перенес на кровать.

Даниэс открыл глаза и долгих минут десять не мог понять, где он находится. Куда делся грязный пол камеры? Вместо него он видел лепной потолок с изображением красного дракона. Наконец, вспомнил молодого мужчину с распущенной гривой длинных, до самых бедер, светлых волос и льдисто-голубыми глазами. «Вот ты попал, Дани» — мысленно обратился к самому себе — «Из подвалов Крадущих Души угодил в лапы заклинателя. Лучше бы умер потихоньку, пока ведьмак устраивал над вражеским кланом кровавую расправу. Теперь вот думай, чего он от тебя потребует. Наверняка, что-нибудь покруче, чем Крадущие». Но мысленное нытье быстро ему надоело, поэтому он откинул одеяло, осмотрел заживающие ярко-розовые рубцы и спустил ноги на пол. Голова закружилась, в глазах резко потемнело. Переждав момент слабости, Дани встал, неуверенной походкой пьяного моряка прошел к платяному шкафу и долго разыскивал подходящую одежду, пока не нашел бежевую водолазку из мягкой шерсти и черные зауженные джинсы. На процесс облачения ушло минут тридцать, а результат вышел плачевным. Эти джинсы были заужены для Корина, на мальчике же они выглядели шароварами, к тому же бессовестным образом никак не хотели держаться на костлявых бедрах, поэтому пришлось подвязывать их галстуком за неимением ремня. Водолазка так же оказалась велика и могла претендовать по длине на звание туники, а рукава пришлось подворачивать.

Держась за стены, Даниэс выбрался из комнаты и обнаружил новое более серьезное препятствие — широкую лестницу с витиеватыми каменными перилами.

— Не дом, а аттракцион экстрима. — тихонько буркнул под нос демон и, практически повиснув на этих самых перилах, начал спуск.

Корин был в гостином зале, он сидел в кресле и с упорством маньяка продолжал искать информацию об ангелах, когда услышал тяжелое дыхание на лестнице. Рефлекторно бросив взгляд в сторону шума, колдун едва не расхохотался. Нет, не над полуобморочным мальчишкой, а над тем, как на нем смотрится его одежда. Горло водолазки норовило залезть на глаза и закрыть обзор, кончик галстука, видимо, использованного вместо ремня, свисал почти до колен, одна из ранее старательно закатанных штанин развернулась, грозя мальчику падением с лестницы.

— Ну, и куда ты вылез, горе? — негромко обратился к нему заклинатель.

Демоненок, не заметивший в зале его присутствия, вздрогнул от неожиданности, сделал неловкий шаг и, таки запутавшись в джинсах, кубарем полетел вниз.

Корин не ожидал от демона такой беспомощности, испугавшись за него, стряхнул старую рукопись с колен и бросился поднимать пострадавшего.

— Болит? — спросил колдун, осторожно ощупывая его разбитое в кровь колено, и, не получив ответа кроме совершенно квадратных от удивления красных глаз, перенес мальчишку на диван — Не двигайся, я принесу лед.

«С чего бы заклинателю так печься о взятом в плен демоне? Возможно, у него старческий маразм, шестьсот три года как-никак» — подумал Дани, провожая взглядом идеально атлетическую фигуру «старика». Корин совсем не выглядел старым, лет на двадцать семь — тридцать, и тем более не казался жестоким, как о нем рассказывали. А низшие демоны говорили о нем шепотом, а ну как услышит и явится, никогда не произносили его имени, считая это дурной приметой, и пугали им непослушных демонят. Самому Даниэсу были известны о нем лишь страшные байки, где знаменитого колдуна называли «Ково», что означало «резать, мясник», и описывали, как высокого, под три метра ростом, горбатого старика с безумным блеском совершенно белых глаз, огромными когтями, которым позавидовал бы любой медведь, и ядовитыми слюнями, капающими из раззявленного в страшной улыбке беззубого рта.

Он вернулся через минуту, протянул парню лед и, вернувшись в свое кресло, решил завести разговор:

— Как же зовут тебя, малец?

— Даниэс. — угрюмо буркнул парень, пытаясь понять, почему вместо того, чтобы подчинить его, он заводит знакомство.

— Луч света? — перевел его имя Корин — Странное имя для демона.

— Твое вообще никак не переводиться ни с одного языка. — огрызнулся демоненок.

— Это потому, что оно состоит из двух имен. — признался мужчина и помрачнел