Чтение онлайн

– Да я это, киллер. Ты вот что, Иваныч… Сейчас к твоей забегаловке подъедет девочка, отдай ей кейс.

– Какая, к черту, девочка?!

– Хорошая девочка. На машине. Только вы ее не трогайте, она ни при делах, просто выполняет мое поручение. Так как насчет кейса? Отдадите?

– А ты мне сразу назовешь имя этого Иуды?

– Сразу же после того, как увижу деньги.

Суруляк помолчал. Должно быть, прикидывал, стоит ли так рисковать. Я его не торопила: деньги немалые, пусть все обдумает хорошенько.

– Ладно, Ворошиловский стрелок. Выбора у меня нет. Но, гляди, если ты меня обманешь, я тебя найду! У меня связи большие. А если найду…

Его тон был весьма далек от дружелюбного, но меня это не смутило. Не такое мне еще приходилось иногда выслушивать.

– Можешь считать, что напугал меня. Не дрейфь, Иваныч, мне тебя кидать резона нет. Все, чао, встречай девочку.

Я вышла из машины и спрятала мобилу в ближайших кустах. Это на случай, если люди Суруляка меня все-таки схватят и обыщут. Я подъехала к крыльцу и открыла дверцу. Из клуба вышел охранник с кейсом, приблизился и заглянул в мою машину.

– Ты от кого? – пробасил он.

– Я за кейсом.

Мой голосок был нежным и невинным. Я всем своим видом старалась показать, что я – очень скромная, хорошая девочка. Меня просто один дяденька попросил забрать какой-то чемоданчик, вот я и забираю.

Охранник молча передал мне свою ношу. Я взяла кейс и положила его на переднее сиденье рядом с собой. Охранник смотрел на меня тупым тяжелым взглядом. Я захлопнула дверцу и отъехала от клуба подальше. Потом остановилась и оглянулась: слежки, как я и ожидала, не было. Я свернула на одну из тихих боковых улочек и поставила машину возле металлических гаражей. Здесь никого не было. Стемнело. Я открыла кейс, посмотрела на новенькие пачки денег, лежавшие плотными рядами, взяла одну наугад, вынула несколько купюр и посмотрела их на свет лампочки в машине. Вроде бы настоящие. Должно быть, Суруляку очень хочется узнать имя предавшего его человека. Что ж, теперь – домой.

Всю дорогу в голове у меня билась одна мысль: я смогла! Я это сделала! Деньги у меня… Спокойно, говорила я себе, только спокойно, все позади. Холодный рассудок – это главное.

Дома я спрятала кейс в кладовку. Потом пошла в свою комнату, разгримировалась и переоделась. Посмотрела на часы: было еще не очень поздно. Я вернулась в автопрокат, поменяла машины и уже на своем любимом «Мини-Купере» вернулась к клубу. Нашла в кустах мобилу и включила номер Суруляка. На этот раз он ответил сразу, даже не дал мне насладиться «музыкой» его гудка:

– Слушаю!

– Слушай, Иваныч, слушай меня и очень внимательно. Тебя заказал… твой брат!

– Что?! Степан?! Не может быть!

– Я тебя понимаю: брат все-таки. Но… никуда не денешься, факт остается фактом. Он сам мне заплатил и…

– А если ты врешь?

– А ментам тебя кто сдал? А «песочек-порошочек» кто, по-твоему, захомячил? Так что зря ты Чепуру в мориловку определил, пацан ни при делах.

– Ты и об этом знаешь?!

– Знаю, мне Обмылок много чего про тебя порассказал.

– Ни хрена себе! Я этого извращенца от тюрьмы отмазал, а он со мной вон как?! Заказал меня! Денежки мои в наследство захотел получить?! Ну, сука!..

В трубке запикало. Я бросила мобильник в сумку. Вот теперь можно и домой.

Я поднялась в свою комнату и, несмотря на позднее время, сразу позвонила Павлу:

– Все в порядке, груз получен.

– Что? Какой груз? Полина, ты о чем?

– О том самом, о чем мы с тобой говорили сегодня в кафе.

– Как?! Су… Наш клиент заплатил тебе?! – кажется, адвокат был в шоке. – Невероятно!

– Почему же невероятно?

– Но как тебе это удалось?!

– Завтра расскажу. Приезжай, как освободишься.

– Тогда лучше утром. У меня в десять процесс, давай я перед этим к тебе загляну. Часиков в девять. Не рано?

Он думает, я сплю до обеда?! Нет, такое, конечно, бывает, но, честное слово, крайне редко.

– Не рано, – обиженно сказала я и положила трубку.

Я уже собралась лечь спать, но вдруг вспомнила, что так ничего и не приготовила деду на ужин. Бедный Ариша! У нас в кладовке – чемодан денег, а дед сидит голодный. Я спустилась в кухню, посмотреть, делал ли он себе хоть бутерброды. На обеденном столе лежала записка: «Полетт, я уехал с приятелями на пикник. Перед возвращением позвоню».

Ну, вот! Я переживаю, что мой дед того и гляди с голоду ноги протянет, а он на пикники ездит! Но зато мне теперь не надо готовить, а я уж как-нибудь и на бутербродах пересижу…

Утром мне пришлось встать в половине девятого. Если Павел приедет в девять, то мне еще надо успеть принять душ и привести себя в порядок. А кофе мы можем и вместе попить.

Часы показали девять… Четверть десятого, а Павел все не приезжал. В девять сорок он позвонил и сказал, что у него возникли непредвиденные обстоятельства и приехать он теперь сможет только вечером, когда освободится. Пельмени он попросил не жарить.

Ну, вечером так вечером. Я попила кофе с тостами в одиночестве. Теперь можно, пожалуй, прогуляться к клубу и послушать, что там происходит интересного. А потом я съезжу в магазин «Игрушки для взрослых», посмотрю, как чувствует себя младший братец. Возьму с собой печенье и какое-нибудь питье, возможно, «слушать» мне придется долго. Суруляк-старший наверняка пожелает сегодня же разобраться со своим подлым братом, и мне не хотелось бы пропустить такое интересное представление. Я бросила в сумку сухой паек, бутылку лимонада из холодильника и только было собралась начать одеваться, как зазвонил телефон. Кто же это так не вовремя? Я подняла трубку с аппарата, стоявшего в кухне.

– Алло?

– Полина, это я, Антон. У меня такие потрясные новости! Слухай сюды и дывысь.

Антон прокашлялся, как будто собирался толкать речь. Я терпеливо ждала. Если у человека действительно есть что сказать, пусть насладится приготовлениями.

– Значит, так. Мне только что звонили ребята из ментуры. Те самые, знакомые, ну, ты знаешь…

– Слушай, Антон, – не выдержала я, – давай говори скорее, что там у тебя! Не испытывай мое терпение.

– А ты меня не торопи. Сейчас сама поймешь, почему я растягиваю удовольствие. Итак, сегодня ночью в нашу горовскую больницу поступил… Знаешь, кто?

– Неужели Усама Бен Ладен?

– Ха! Бен Ладен! Наша фигура не менее значимая, хотя и местного масштаба. Это Суруляк Иван Иванович! Собственной персоной.

– Иваныч? Вот тебе и приехали! А с чем же он туда поступил?

– Ну, ясно, что не с порезанным пальчиком. С травмами! Причем с такими, что дежурный врач, оказавший ему помощь, счел своим долгом сообщить органам о следах повреждений на теле больного.

– Так, так… И что же это за повреждения?

– Во-первых, сотрясение мозга. Говорят, похоже на то, что Суруляка хорошенько приложили по башке чем-то тяжелым, и не один раз. Во-вторых, на теле у пострадавшего имеется множество ссадин и гематом. В-третьих, у него сломан нос. Говорят, у него вся морда из-за этого жутко опухла. И «на десерт» – сломанная челюсть и несколько выбитых зубов. Ну, и как тебе такое?