Последний бог
Шрифт:
Именно так, с большой буквы – Вторжения. Ибо любой контакт с нечеловеческим разумом мог нести опасность для всего человечества. Вплоть до полного уничтожения планеты одним-единственным инопланетным существом. Эта версия, конечно, имела ничтожные шансы на осуществление. Но в отделе перехвата готовились ко всем возможным вариантам.
Под началом Юрия Ивановича состоял сплоченный коллектив борцов с потенциальным Апокалипсисом. Среди них имелось трое, по меньшей мере, безумно талантливых ученых. Еще несколько членов команды считались крайне одаренными. Ну, а остальные просто являлись профессионалами высочайшего класса в своих областях.
На счету коллектива числились сотни разоблачений дешевых сенсаций и убойно достоверных паранормальных явлений. Ни одна подделка разномастных жуликов не могла убедить подопечных Пенского. Даже самая качественная. Обман непременно раскрывался в кратчайшие сроки. Но, на всякий случай, в файлах отдела перехвата на каждый возможный вариант проявления «чужих» создавался подробнейший прогноз последствий. И, разумеется, исчерпывающий план ликвидации Вторжения.
Нужно сказать, что полномочия Седьмого Управления распространялись на все структуры страны. Зачастую в разработках «перехватчиков» задействовались соединения целых военных округов. Вплоть до частей Ракетных Войск. Со всеми вытекающими из этого последствиями…
К счастью, все эти сокрушительные операции проводились только в рамках компьютерных стратегий особой степени секретности. И даже руководители государства не имели представления о планирующихся грандиозных мероприятиях по отражению атаки из космоса… Или из глубины мирового океана… Или из параллельных измерений…
Аналитическая группа работала в напряженном графике. Каждый факт, не вписывающийся в существующие научные представления, подлежал детальному изучению. А информации к аналитикам поступало немало. Громадный ресурс Управления позволял пользоваться всеми материалами, содержащимися в базах Министерства Обороны, ФСБ, Службы Внешней Разведки и Космических Войск. Кроме того, у отдела перехвата имелся доступ к сотням других каналов различных ведомств.
Поступающую информацию Юрий Иванович проверял лично. Какой бы нелепой она ни казалась. А не ограниченный рамками общепринятых догм гениальный мозг мгновенно разрешал любую проблему. Даже при минимуме данных Пенский никогда не ошибался. Потому что был гением. Как уже говорилось ранее. Хотя и непризнанным. Тем не менее, те, кому это полагалось по долгу службы, были прекрасно осведомлены о его возможностях…
Ночной звонок поднял руководителя аналитической группы с постели. Дежурный по Седьмому Управлению действовал строго по инструкции. Он переключил коммутатор на кодирующий режим и сообщил очередному сотруднику, обозначенному у него в схеме оповещения:
– План «Вторжение». Первая фаза.
В принципе, подобные звонки поднимали личный состав Управления среди ночи довольно часто. Стандартные мобильные телефоны, внешне ничем не отличающиеся от своих собратьев, переходили в режим шифрованной связи и доносили до владельцев очередные вводные. Но это были исключительно учебные тревоги. Они предназначались для поддержания тонуса непримиримых бойцов с «чужими»… По замыслу руководства.
На самом деле, «тревожные» звонки давно превратились в рутину. Разбуженные, но не до конца проснувшиеся люди машиналъно вытаскивали положенную экипировку и вяло тащились на пункты сбора. Мало кто из них верил в реальность настоящего ВТОРЖЕНИЯ. Разве что, совсем зеленые новички.
Пенский достаточно давно работал в Управлении и не питал иллюзий. Но все же, каждый раз вздрагивал, получая условный сигнал. Однако его мозг сразу включался в работу, стряхивая остатки сонной одури. И, как правило, в течение нескольких секунд ему удавалось вычислить, что причины для беспокойства отсутствуют. Потому что учебные тревоги всегда проводятся по заранее утвержденному плану. А значит, требуют подготовки.
Установить приметы грядущего мероприятия аналитическим путем не составляло огромного труда. Начальство перед организацией проверки готовности личного состава обязательно совещалось в узком кругу. Потом проводился инструктаж дежурной службы за закрытыми дверьми. Административный отдел уточнял телефоны сотрудников. А заместитель начальника Управления оставался ночевать в своем кабинете. Он жил на другом конце города и не котел таскаться через всю столицу, да еще и в пригород, ради галочки…
На сей раз Юрий Иванович проснулся от знакомой телефонной трели, получил команду и недоуменно протер глаза. В голове привычно пронеслись события последнего рабочего вечера. И вдруг выяснилось, что они никак не предвещали плановой учебной тревоги. Ни одна из примет не сработала! Следуя логике, можно было предположить, что тревога настоящая. Но такой вывод означал, что… Пенский окончательно проснулся и изумленно охнул:
– Вот это да-а!
Ему захотелось тут же проверить свою неприятную и неправдоподобную догадку. Но для этого требовалось в кратчайшие сроки добраться до рабочего места. Так как на время тревоги все внешние каналы связи Седьмого Управления перекрывались наглухо. Он быстро оделся, кинул в багажник сумку со снаряжением, положенным каждому сотруднику отдела перехвата, и помчался в штаб…
Компьютерная система аналитической группы обрабатывала первичные данные. Из питерского филиала они пришли в виде наспех закодированной мешанины. Перед плазменными панелями мониторов уже сидели несколько человек, прибывшие раньше шефа. Пенский плюхнулся в свое кресло и поинтересовался:
– Сильно рвануло?
Подчиненные переглянулись. Пока шла загрузка расшифрованных файлов, можно было лишь догадываться, что на самом деле произошло у коллег из северной столицы. А только что поднятый с постели руководитель группы уже демонстрировал подозрительную осведомленность! Один из молодых талантов не выдержал и спросил:
– Простите… А откуда вы знаете?!
Юрий Иванович снисходительно усмехнулся:
– С вечера начальство не заседало. Заместителя начальника еще нет. Значит, ночевал дома и пока не приехал. Следовательно – тревога внеплановая, не учебная. Объявлен план «Вторжение», первая фаза. То есть вероятность обнаружения «чужих» больше восьмидесяти процентов… Свидетельство так называемых «очевидцев» приняты у нас с достоверностью десять процентов. Фото-видео тарелочек – двадцать тире тридцать. В зависимости от качества изображения. Данные обсерватории могут доходить до семидесяти процентов вероятности. А вот если где-то бабахнуло… Да еще и аномально… Как-нибудь – квадратными кругами. Или ромбиками. Или камни загорелись… Вот это – Вторжение! Реально.
– А что, так уже было? – робко заикнулся «талант».
– На моей памяти впервые! – безапелляционно отрезал Юрий Иванович. – Но мы же аналитики. Такие вещи нужно вычислять на раз-два. Так что? Взрыв-то был?
И, словно по заказу, в этот момент закончилась расшифровка последнего файла, присланного из Петербурга. На всех компьютерных мониторах появились кадры видеосъемки. В поле зрения камеры, установленной на борту вертолета, стремительно ворвалось изображение эпицентра событий. И тут же все присутствующие дружно ахнули.
Поваленные деревья лежали ровными концентрическими кругами. Они походили на разбегающиеся в стороны лучи. С той разницей, что вместо звезды посередине этого потрясающе геометрически правильного бурелома находилась обугленная проплешина. Именно проплешина, а не воронка!
Не нужно было быть экспертом в области различных видов вооружений, чтобы понять – ни один известный земной науке поражающий фактор не способен повалить могучие корабельные сосны и вековые ели в радиусе нескольких километров, не оставив воронки от взрыва. Это было невозможно даже теоретически! И, тем не менее, деревья лежали правильными рядами. Как иллюстрация к фантастическому роману.