Чтение онлайн

– Этот поезд три дня не могли найти! Поездная бригада мирно слезла и разбрелась по домам. Их сейчас обследуют. Но результатов пока нет. Похоже, и машинист, и помощник твердо уверены, что их смена закончилась. А состав остался. Стоял на этом самом месте, а его никто не видел!

Игорь Сергеевич не был силен в аномалиях второго порядка. К тому же, до сегодняшнего дня ничего подобного экспертный отдел не обнаруживал.

– «Не видел», это как? – осторожно переспросил майор. – Никто не искал? Или не обращали внимания?

– Просто проходили рядом и не видели. Все! От дежурного до начальника депо… Как будто мимо пустого места! Хотя, кроме как на этом пути ему и стоять-то было негде!

Чутунов недоуменно покосился на поезд. Как можно было не заметить десять совершенно обычных вагонов, было неясно. Но, в свете начавшегося Вторжения, к подобным аномалиям следовало относиться внимательно. Начальник отдела перехвата задумчиво спросил:

– По вагонам много народу уже полазило?

– Никто не подходил! – убежденно ответил эксперт. – Двери без электричества так просто не открыть. Да и страшновато стало….

– Ну, тогда я пошел. Никого не подпускать. Ты пока поднимись наверх. Свяжешься с Управлением, доложишь, что я на объекте.

Майор легко перепрыгнул через рельсы, направляясь к загадочному поезду. Эксперт попятился, не сводя с него глаз. Широкая спина Чугунова последний раз мелькнула между вагонами и скрылась. Кто-то из стоящих в отдалении представителей метрополитена понимающе кивнул, поясняя остальным:

– Заминировано, видать! Сейчас обезвреживать будут.

Количество зрителей стремительно уменьшилось…

Игорь Сергеевич скользнул вдоль поезда стремительной тенью. Возможно, временное исчезновение состава из материального мира и имело место. Но в данный момент объект был абсолютно реален. Более того, не исключено, что внутри остались следы участников Вторжения. А искать майор умел не хуже экспертов. Правда, в отличие от умников, оснащенных аппаратурой, он полагался на собственные органы чувств и интуицию.

Окно в кабине машиниста оказалось открыто. Чугунов легко запрыгнул на подножку и проник внутрь. Универсальный ключ отыскался в инструментальном ящике. Игорь Сергеевич открыл дверь в тамбур первого вагона и двинулся между рядами. То и дело он останавливался, внимательно осматривая каждый сантиметр пространства. На полу валялись бумажки и пустые бутылки. Кое-где на сиденьях лежали брошенные газеты. Больше ничего необычного в пустых вагонах не было.

Игорь Сергеевич дошел до кабины машиниста на противоположном конце состава. Он просунул голову внутрь, но входить не стал. Как и следовало ожидать, признаков аномалии второго порядка там тоже не обнаружилось. Начальник отдела перехвата развернулся и скептически хмыкнул. Потом он присел на ближайшее посадочное место «для инвалидов и лиц пожилого возраста». Его задумчивый взгляд уперся в одну точку. По всему выходило, что именно этот вагон должен был находиться ближе всего к эскалатору на станции «Проспект Просвещения». И если пассажиры «опеля» торопились, то, скорее всего, именно сюда они и должны были вскочить…

Глаза майора снова пробежались по однообразным рядам сидений. Они обшарили каждую соринку, словно прицеливаясь во врага человеческой цивилизации. Внезапно застоявшийся воздух вагона будто сгустился. В нем ощутимо повисло предчувствие чего-то завораживающе необычного.

В первое мгновение Чугунов не осознал, что именно привлекло его внимание. Но инстинктивно приподнялся с места, продолжая всматриваться в другой конец прохода. Какой-то приглушенный блеск заставил его сделать шаг вперед. Некий предмет в самом углу, между плинтусом и поручнем, отражал тусклый свет дежурной лампы.

Майор осторожно приблизился, присаживаясь на корточки. Его крепкие пальцы на секунду замерли и вдруг уверенно ухватили тяжелый желтоватый брусок. Тот тяжело лег в ладонь. Металл оказался холодным и гладким. Отчего-то Игорь Сергеевич ни на секунду не усомнился в том, что это настоящее золото. И что оно имеет непосредственное отношение к аномалии второго порядка…

«Перехватчик» опустился на колени и тщательно исследовал пол в поисках следов. Как и следовало ожидать, отпечатков подошв в вагоне метрополитена обнаружилось более чем достаточно. Но самые верхние просматривались вполне отчетливо. Их было так много, словно последние три дня здесь жили исключительно два гуманоида. Причем один из них – обутый в кроссовки сорок первого размера с полустертой подошвой! Кроме этого ничего, достойного внимания, в вагоне не нашлось. Чугунов отжал двери и высунулся наружу. Рядом тут же нарисовался молодой человек с пластиковой папкой, в форме МЧС.

– Вызывай экспертов из Управления, – коротко приказал ему майор. – Пусть пошарят. Отпечатки, волосы, биопробы… Ну, там разберутся.

– А аномалия? – робко заикнулся молодой человек.

– Сбежала твоя аномалия! – отрезал Чугунов.

Он спрыгнул вниз и заторопился к выходу. Брусок из желтого металла Игорь Сергеевич сжимал в кармане. Предъявить его специалистам майор предпочитал лично. Предполагая, что находка вполне может сыграть решающую роль в грядущих событиях…

Выбравшись на поверхность, начальник отдела перехвата сел в машину и проверил компьютер. Сообщений не было. Но интуиция вдруг противно засвербела, где-то в районе предположительной дислокации души. Чугунов торопливо активировал закрытый контур связи. Его заместитель на экстренный вызов ответил почти сразу. Голос капитана Елисеева звучал немного сонно и успокаивающе лениво:

– На связи.

– Что у нас? – настороженно спросил майор, слегка успокаиваясь. – У объекта никто не появлялся?

Елисеев равнодушно пробурчал:

– Не-а. Подозрительных движений не замечено, товарищ майор.

Гадкое предчувствие заставило Чугунова напрячься. В его отделе традиционными военными формулировками, типа «товарищ майор», пользовались редко. Исключительно в присутствии начальства. И никак иначе. Но капитан Елисеев высоких чинов из Управления побаивался. И в присутствии любых проверяющих чеканил слова оглушительным командным голосом. А не бормотал, будто еле живой. Мгновенно приняв решение, Игорь Сергеевич изобразил удовлетворение:

– Ну, и славно. До связи. – Он отключился.

Следующие вызовы, адресованные обеим группам, остались без ответа. В эфире застыло молчание. Ни наблюдатели, ни снайперы не отвечали. Даже аналитики не выходили на связь, игнорируя сигналы по экстренному каналу. Чугунов тихо взвыл. Предчувствие надвигающейся катастрофы превратилось в уверенность. Джип начальника отдела перехвата взревел двигателем и помчался в сторону проспекта Наставников…

Ох, что-то не нравится мне офигенно гениальный план спасения родной планеты. Активно не нравится. По всему получается, что в результате Даниил Маркин Должен героически откинуть коньки. А я, под тлетворным влиянием Голливуда, предпочитаю «хэппи-энды». По такому поводу стоит устроить дискуссию:

– Палыч, а давай активируем этот самый «выключатель» у кого-нибудь еще? У нас, знаешь, сколько камикадзе найдется! Можно целую армию героев собрать. И – каюк всем пришельцам! И титанам, и деструкторам…

Всевышний меня даже не слушает. Берет банку с кофе, насыпает в чашку две ложки «Нескафе»… Словно мы с ним не мою драгоценную жизнь и судьбу Земли обсуждаем, а поход за грибочками! Наконец, налил он себе кофейку и снизошел до объяснений:

– Понимаешь, пионэр… Активировать можно только достойного. То есть, по вашим меркам – почти святого. Или способного совершать невозможное. Такая вот закавыка. Ну, особенность «выключателя». Или, однозначно, кранты человеку. Да, и если предположить, что мы как-то откопаем претендента, то на активацию уйдет пара дней. Как минимум. Потому как, сначала он должен умереть. А потом воскреснуть. Но это – уже без гарантии. Даже я не могу предсказать, как оно получится.