Чтение онлайн

– Меня... меня... меня...
– повторило эхо тысячей голосов.

– За всё надо платить, - шипел сквозняк.

– За всё... за всё... за всё...
– вторили тени.

– И ты не избегнешь платы.
– Холодные губы едва не касались уха.
– Жизнь за жизнь. Такова цена...

Вереск вырвалась из сна и села, жадно глотая воздух. Хотела закричать, но в горле стоял ком. Безликая! Она здесь. В комнате. У самой кровати!

Тварь выбралась и пришла за своей чёртовой платой!

– Нет, - хрипло прошептала Вереск.
– Ты ничего не получишь. Не в этот раз.

– С кем ты говоришь, милая?
– Ладимир нежно обнял её и привлёк к себе. Поцеловал в макушку.
– Опять кошмар?

– Наш сын...
– она бросила на мужа взгляд, полный тревоги.
– Мне надо видеть его. Немедленно.

Босые ступни коснулись ледяного пола. Холодно. Слишком уж холодно.

Это всё от того, что оно приходило сюда...

Муж ухватил запястье.

– Не сходи с ума, Вереск.
– У него был сонный и на редкость умиротворённый вид. Ещё бы! Он не давал ей покоя полночи. Да и потом требовал продолжения, вот только она уснула.
– Княжич спит. Так что не будем тратить время попусту: вернись в постель, и я прогоню твои страхи.

– Сейчас.
– Вереск выдавила улыбку, но волнение не отпускало.

Княжич действительно спал. Мирно сопел в обитой белоснежной тканью люльке. Такой маленький... Прямо крошечный! Щекастый и весь в перевязочках. Неделю назад Вереск перестала туго пеленать его, чем вызвала лавину негодования Милды.

"Ножки будут кривые!" - стращала служанка, упирая руки в боки, но Вереск знала, что это не так. Её сын будет стройным. Высоким и красивым, как его отец.

Стефан... Стефан, князь Мейдинский.

– Я никому тебя не отдам.
– Она бережно подоткнула сбившееся одеяльце.
– Никому.

На какое-то мгновение Вереск почудилось, будто за дверью опочивальни кто-то стоит. Стоит и тяжело, с присвистом, дышит. Но это, разумеется, только показалось... "

– Ну как?
– До полного восстановления Владимиру было далеко. Он напоминал оживший труп: худющий, бледный. Ходил он с тростью, и то - еле-еле, а говорил поначалу с огромным трудом. Но Вера знала - это пройдёт.

Мой герой вернулся ко мне...

"Удивительная воля к жизни!" - заявляли врачи, наблюдая за его борьбой.

"Чудо!" - восхищались друзья и знакомые.

"Это всё благодаря тебе, Верочка", - шепнула как-то Людмила Даниловна.

Это всё благодаря Даше, - думала Вера, глядя на любимого мужчину.
– Если бы она не догадалась распечатать роман...

Надо же. Кто бы мог подумать! Не врёт, стало быть, Голливуд: неоконченные дела и впрямь с того света возвращают...

– Ну так как, Вер?
– голос выдернул её из раздумий.
– Вполне по-бабски?

– Вполне.
– Она ласково улыбнулась. Историю про смелого князя Владимир писал от лица того самого князя, но когда в книге появилась красавица Вереск, решил посвятить ей пару глав. Он всегда читал Вере эти части вслух: её реакция стала узловым мерилом "женскости" главной героини.
– Только... Мне кажется, надо добавить деталей.

– Деталей?

Они сидели на лавочке в старом парке. Как раз там, где впервые три года назад поцеловались. Клёны шуршали золотой листвой, а в воздухе летали прозрачные паутинки. Осень, сухая и по-летнему тёплая, пахла яблоками.

– Да, - кивнула Вера.
– Именно деталей. Знаешь... Привычки там, особенности всякие. Пусть она у тебя волосы на палец наматывает, или губу закусывает, когда волнуется. Что-то такое... ну... пикантное. А то она у тебя какая-то уж совсем плоская. Как картон.

– Вот оно как, - задумчиво протянул Владимир и нахмурился.
– Только не у меня, а у нас. Никогда не стал бы эту историю дописывать, если б ты не начала.

– А я и не начинала!
– рассмеялась Вера.
– Десятый раз повторяю: не писала я там ничего! Не пи-са-ла! Ни-че-го!

– Да брось.
– Владимир нашёл нужную страницу.
– Это ведь твой почерк?

– Похож, конечно, но...

– Опять твои вечные "но"!
– Он обнял её и поцеловал в висок.
– Знаешь, я ведь слышал твой голос. Каждый день слышал и знал: ты рядом.

– Правда?

– Правда.
– Он приподнял её лицо за подбородок. Заглянул в глаза. Нет, не в глаза - в самую душу.
– Не могу без тебя жить. Ты выйдешь за меня?

– Выйду, - бесхитростно ответила Вера, а по щеке скатилась одинокая слезинка.
– Только скажи, у князя и красавицы всё закончится хорошо?

– Да.
– Владимир сжал её ладони. Коснулся губами пальцев.
– У них всё закончится хорошо.

– Обещаешь?

– Слово офицера.

– А у нас?
– Она боялась смотреть на него. Вдруг всё это сон? Очередной сон, полный хрупких и обманчивых грёз? Что, если она сейчас проснётся в палате, рядом с его постелью, среди бесчисленных капельниц, приборов и мониторов? Проснётся и поймёт, что надежды нет?

– А у нас...
– Губы Владимира оказались совсем близко.
– У нас всё только начинается.

Он поцеловал её так сладко, что голова закружилась, и Вера крепче ухватилась за его плечи, растворяясь в пьянящей нежности.

Одетый в золото парк блестел в лучах сентябрьского солнца. Редкие прохожие бросали на влюблённую парочку короткие взгляды. Утиной походкой мимо проковыляла старушка и укоризненно покачала головой. "Бесстыдники!" - пробурчала она себе под нос. "Смотри, мама! Целуются!" - воскликнула девочка лет пяти и тут же убежала. Молоденькая девушка с коляской зарделась, пряча улыбку. Высокий, почти двухметровый мужчина в тёмном плаще с глубоким капюшоном притормозил у лавочки, словно собираясь что-то сказать, но промолчал и двинулся дальше. Он свернул с тропинки, а когда добрался до кустов шиповника - оглянулся. Вера почувствовала взгляд спиной. Колючий пристальный взгляд, от которого по коже бегут мурашки. Она обернулась, и незнакомец вскинул голову.

Лица под капюшоном не оказалось...

Конец