Чтение онлайн

нужно столько же времени, сколько и раньше. Норвальд уже забыл, что это – усталость, сон,

горячий кофе, сигаретный дым… Даже про дыхание он уже редко вспоминает – хотя, наверное, не

чаще, чем при жизни: мы о таких вещах обычно не думаем. Но расчеты все еще требуют от него

усилий. Он знает, что уже – другой, что прежний только его долг. Но ему сложно понять это.

Поэтому стараюсь держать проработку под контролем, как и раньше. Что ж теперь… Столько лет с

ним живым воевал… и с мертвым еще повоюем.

Зашел “защитник” – объект развернул мониторы перед застывшей в тусклом свечении

машиной. Капитан передал расчеты технической единице первого порядка с облегчением. И мне

спокойней стало – “защитник” схемы пропишет точно и четко. “Спутник” что-то не спешит

развести непроглядный осадок на дне моей кружки. А черт с ним… Не до него… Стикк, похоже,

решил до конца линию гнуть – теперь слежу за каждым его шагом. От Шаттенберга до Ясного

рукой подать. А Ясный и сейчас – “убежище”. Я не должен упустить ни один код, который вобьет

Стикк… не должен упустить ни одного его действия, ни одного движения. Но я привык держать

руку на пульсе подчиненных, не выпускать их из поля зрения. Ему операцию под угрозу срыва не

3

поставить, и испортить ничего он не способен, но неувязки с ним определенно будут. И мне

предстоит продумать ситуацию с учетом его точки зрения, чтобы этих неувязок избежать. Он

постоянно ищет недочеты офицеров, чтобы применить их в личных целях, не смотря на способы.

Стикк дает обреченным шанс на “загробную жизнь” – и убежден, что имеет на то право. Чтобы

открыть бойцу “путь дезертира”, ему достаточно уверенности в том, что смерть этого бойца

обязательно последует бою и не будет значимой для системы. Да, наша вера в победу сломала не

один костыль, но сегодня мы будем гибнуть за систему, за весь мир. Сегодня никто – не до, не

после штурма – не уйдет.

Герфрид решительно переступил порог центра управления – подсвеченный картами едкий

туман остановил его у двери. Просто, надломанные дымные дорожки спутали с нашим

пространством графики, прочерченные – другим. На круговом мониторе Герф стоим прямо передо

мной, но я повернулся к нему лицом…

– Стой, боец!

Герф только руку на плечо положил, как положено. Он уже закован в “доспех” – всегда готов…

всегда, как на параде…

– Ты с Хорном на второй квадрат полетишь – переход проверите и растяжки поставите. Схемы

дам позже. Врата второго тоннеля скорей всего намертво заблокированы. Не откроете – не

задерживайтесь. Двери срезать не будем – они могут заметить. Растяжкой тоннель блокируйте – и

все. Отзову – плюйте на все… на пределе скорости на базу возвращайтесь без остановок.

– Так точно. Лейтенант, они ищут?..

Надо же, понял, что я ему выделенную линию открыл…

– Да, Герф, – они нас ждут. Ничего, рассчитаем маршрут так, чтобы пересечений не было.

Столкновений быть не должно.

– Так точно – проверим второй квадрат, поставим растяжки.

– Там, возле входа во второй тоннель, что-то есть. Определить, что – не вышло. Неопознанный

объект. Сигнала нет, скан не стали делать. Панели, видно, еще при штурме Шаттенберга

разворотило – за ними… Смотри…

Загрузил визуальную проекцию. Трудно разобрать, но есть сходство с очертаниями человека.

Не известно, кто это, но мы всех встреч избегаем. Герф кивнул, будто хотел что-то сказать – что-то,

что пресекли правила субординации. Он все-таки определил грань между моим другом и моим

бойцом – Хантэрхайм с него спесь сбил.

– Близко не подходите, пока не убедитесь, что сигнала действительно нет. Дальше визуальный

контакт установите. Может быть это мертвый человек, которого они не обнаружили при зачистке.

Но если это что-то иное – машина или какое-то создание “золотых драконов” – никаких

контрольных увечий. Заблокируйте его, как и все на пути, – так, чтобы не пролез, когда кресты

лучей к энергоблокам подключим, и отходите.

– Лейтенант, что-то подобное было там – в Штраубе, потом – в Хантэрхайме…

– Иди. Командир взвода тебе коды растяжки передаст.

– Командир взвода видел это… и я тоже, и Хорн. Лесовский думал, что это…

– Мне известно, что вы с Лесовским видели! Исполняй, боец!

– “Защитники” знают об этом… и вы тоже.

Достали меня их бредовые легенды! Надо им у “защитников” поучиться смотреть на мир

четкими схемами!

– Довольно! Исполняй!

Герф положил на плечо руку – он готов… Унхай вышел из-за стола – невозмутимое спокойствие

окаменело на его лице. Глаза “золотых драконов” ничего не говорят нам – никогда – они

непроницаемы для нас… Командир взвода сложил за спиной руки – шрамы карателей проступают

и через натянутые перчатки. Он передернул бровью, пряча за еле различимой насмешкой надо всем

вокруг напряжение, ломающее судорогой скулы. Его память у меня – забрал отчет по форме для

передачи полковнику – от него не утаишь и тени мысли. Капитан свернул мониторы, положил на

стол сжатые до треска перчаток кулаки. Ждем подтверждение Центра. Фильтры разогнали дым, дав

место проекции полковника…

4

…Я ворвался в машинный отсек, натягивая перчатки… “Спутник” передал мне

перенастроенные излучатели. Стикк уже построил второе отделение первого взвода, активировал

“стрелы” – машины поднялись над плацем и развели крылья…

Застегнул заряженную портупею… “Стрела” ждет меня… Как только уперся сапогом в крыло –

“стрела” вышла на высоту полета, лишь коснулся седла – машина запустила поле щита и систему

сокрытия. Хорн не дружески взглянул на комвзвода и закрыл шлем. А Герф кивнул ему… Я знаю,