Чтение онлайн

проводить коррекции по продлению жизни. Мы все взяли под контроль – технологии,

окружающую среду… И конфликты, как внешние, так и внутренние, мы контролировали. С ними

мы справлялись…

– А что за конфликты-то?

– Всегда есть, что делить – и не важно, вовне или внутри системы. Зверь стремится урвать свой

кусок добычи и скалится, боясь его потерять. Мы не звери, поэтому придумываем более сложные и

запутанные мотивации для конфликтов и союзов – это политика. Поэтому мы часто забываем о

сути того, что нам надо, и на то, чтобы добиться нужного, затрачивается очень много сил и

времени. Причин для грызни много, но в основе обычно лежит животная природа человека –

инстинкты, эмоции… Мы стали более устойчивыми и стабильными, но и у нас разногласий все

равно хватало… Сам видишь, чем все это обернулось… Только с этим уже ничего нельзя было

сделать… Первое поколение, в общем, и разрабатывалось для стабилизации общества – они первые

бессмертные, они практически машины, но не люди… Приятие таких усовершенствований значило

бы уничтожение человечества.

– Да, вы же теперь все бессмертные… Вас так просто не заменишь, не продляя жизнь.

– Даже не в этом дело… И даже не в том, что у нас запрещены коррекции сознания

активированного человека. Это вопрос более глобального порядка – мы достигли предела

совершенства человека. Все, кто за этим пределом, – уже не люди. Знаешь, Кот, есть и способы

внешнего влияния на стабилизацию общества… Только, как бы мы не уравновешивали наш

социум… Везде бывают сбои.

– Так получается, что люди ни там, ни тут – что-нибудь да перевешивает?

– Не знаю, что ты этим сказать хочешь, но суть людей в дуальности, когда интеллектуальные

машины без ограничений сознания и животных можно отнести к абсолюту. Получается два полюса

– бытие и небытие (несознательное бытие и сознательное небытие). Современные люди – что-то

среднее и колеблющееся. Инстинкты ограничивают разум – разум ограничивает инстинкты. Люди

не могут регрессировать до уровня животных, так же как и развиваться в пользу разума…

– Почему?

107

Хоть я и предназначен для проведения боевых операций высокого уровня сложности, но такие

темы… Для боевого офицера это сложные темы…

– Кот, мы достигли определенного предела… Разум без ограничителей сознания не совместим с

жизнью – он переходит в небытие. Суть жизни в поддержании ее же самой, в сохранении

определенной формы материи. Это, в общем, бессмысленный процесс… К поддержанию

существования нас побуждает программа, заложенная природой, – инстинкты. Желание жить – это

программная имитация доброй воли. Все это – наши ограничители сознания. Мы

подкорректировали эту программу – инстинкты на нас оказывают меньшее влияние, чем раньше,

мы можем их контролировать, существовать более осмысленно. Но больше мы с этим уже ничего

сделать не можем…

– Не можете?.. Почему? Как мне кажется, ваши машины существуют на более сознательном

уровне…

– Именно – они не живут – они существуют, на более сознательном уровне и в принудительном

порядке. У них есть ограничитель сознания – программное принуждение, по которому они должны

исполнить задачу. Это единственное, что побуждает их к функционированию. Когда долг считается

исполненным – программное принуждение снимается, и они отключаются – стирают системы. Для

них не имеет смысла поддерживать свое существование после исполнения задачи. Для них ничто,

кроме долга, значения не имеет.

– Как сложно…

– Не так уж и сложно… Просто, перейти на более сознательный уровень существования мы

можем только, пожертвовав имитацией доброй воли – прописанным в программе желанием

исполнять свои функции. Это даст нам стабильность, но… Понимаешь, Кот, в определенный

момент наша программа запускает механизм старения, смерти. В отличие от машин у нас это

принудительный, а не осознанный процесс, запускаемый после исполнения задачи. Сейчас мы

вмешались в свою первоначальную программу и изменили ее – мы не стареем и не умираем от

старости. Наше стремление к бессмертию исходит именно из желания жить, а не из осознанного

принуждения исполнить долг. Это то, что и делает нас людьми…

– Я не…

– Это наш предел – мы где-то посередине.

– Ну а как же развитие? Это все, да?

– Похоже на то. Но развитие – понятие более широкое. Его такие условия не ограничивают.

– Ну да…

– В общем, из всего этого следует, что если стереть программные ограничители сознания

(принуждение или желание исполнять свои функции), ни людям, ни машинам, да и ни одному

разумному существу поддерживать свое существование не будет смысла.

– А неразумному?..

– Оно просто не сможет.

– Никогда об этом не думал…

Из этого можно сделать вывод, что разум имеет адаптивную ценность до какого-то предела.

Абсолютный разум переходит в небытие за ненадобностью… Он и есть это небытие…

– Признаться честно, Кот, я тоже об этом раньше особо не думал… И не жалею…

– А если ты об этом знаешь, если понимаешь?.. Как ты живешь?

Вот одно из тех редких мгновений моей жизни, когда появляется возможность остановиться,

перевести взгляд с непрерывного надзора над тем, что входит в прямые обязанности исполнения

долга, и всмотреться в горизонт… А тут глупый Кот… С таких мыслей меня сбивает…

– Кот, все это знают, но наша программа действует на очень глубоком уровне – мы хотим жить и

боимся умереть. У доброй воли – два хозяина – желание и страх. Это наши ограничители. Конечно,

мы их в какой-то мере контролируем, и безусловно, бывают сбои… не все так просто. Но даже

такие машины, как защитники-D40, видят они в этом смысл или нет, – должны исполнить задачу.