Последний день Туготронов
Шрифт:
– Как хочешь, - растерянно сказал шофер, и машина медленно двинулась вперед.
Так водитель и ехал в глубокой задумчивости до следующего поворота, но потом дал газу, и грузовик снова понесся вперед, громыхая пустыми ящиками.
– Прошло только два дня земного времени!
– ошеломлено повторял Сережа.
Мимо него проносились жужжащие машины. На придорожных елях дрожал свежий ноябрьский снег. Гдето недалеко громыхнула электричка.
Сережа вскочил на велосипед и, пригнувшись, помчался по шоссе.
...Город шумел у вокзалов, и тоннели метро проглатывали волны людей. Сережа двигался вместе с людским потоком и останавливался на переходах. Он пробирался сквозь толпу и улыбался.
– Как пройти к Большому театру?
– спросили его на вокзальной площади, и он подробно рассказал.
– Мальчик, помоги поднять мешок, - попросила бабка около пригородных касс, и он бережно поднял мешок с картошкой.
– А сегодня зоопарк работает?
– спрашивала кого-то девочка в розовой куртке и в серых брюках. За ней шли еще какие-то девчонки.
На перекрестке зажегся зеленый свет. На следующем углу висела афиша "Сегодня в кино...". Сережа постоял перед ней. И картины все те же!
– "Дикая собака Динго, или повесть о первой любви", - прочитал Сережа вслух.
Ничего не изменилось!
– Смотри! Велосипед, как у нашего Валерки, - сказал кто-то за его спиной.
Сережа усмехнулся. "Не нажать бы случайно на волшебные кнопки", - подумал он, передвинув руку на руле, и... замер.
Рука свободно скользнула по холодному металлу. Белые кнопки исчезли. Сережа остановился, не в силах оторвать взгляда от руля.
– Сойдите с тротуара!
– говорили ему прохожие, торопливо обходя велосипед.
– Что за глупые шутки!
– сердился какой-то старик, державший на поводке таксу. Такса рвалась к велосипеду и тянула за собой хозяина.
– Мальчик, сойди на мостовую!
– опять сказал кто-то.
Но Сережа ничего не слышал. Он смотрел на велосипед.
Перед ним стоял самый обыкновенный, очень неплохой, хотя и потрепанный велосипед с облупившейся краской на крыльях...
Тогда Сережа медленно сошел с тротуара и поехал знакомыми до последнего булыжника переулками домой.
– ...А я уже начала беспокоиться, - сказала мать, отворяя ему дверь.
– Ведь я ждала тебя еще вчера.
Сережа остановился на пороге.
– Ты нисколько не изменилась, мама!
– Не изменилась?
– удивилась мать.
Из комнаты лился свет рано зажженной лампы.
– Конечно!
– Сережа радостно засмеялся.
– У нас дома ничего не изменилось! Только обои немного потускнели...