Чтение онлайн

– Пойдем. – Даррен взял меня за руку и повел к возвышению, на котором стоял трон его величества. Король, только что тоже закончивший танец, благосклонно улыбался фаворитке, что-то шепча ей на ухо. Лорды и леди на нашем пути не уставали выражать восхищение советнику и его умению вести партнершу в танце, некоторые особо нахальные дамы предлагали дать им пару уроков. Мне было все равно. В глубине моего тела уже начинал раскручиваться механизм, который через несколько часов должен был уничтожить держащего меня за руку советника. А Даррен уже успел сказать несколько слов королю, получил его одобрительный кивок и втянул меня на возвышение рядом с троном.

Юлион Четвертый махнул распорядителю бала, заиграли трубы, привлекая внимание гостей к происходящему. Я пыталась освободить руку, чтобы отодвинуться от Даррена и не вызывать новых сплетен о нас с ним, но тот держал крепко, так что попытки полностью провалились. Советник обвел глазами зал и заговорил, громким проникновенным голосом завораживая публику:

– Лорды и леди, я взял на себя смелость прервать сей блистательный праздник, чтобы сделать крайне важное заявление. – Тут он посмотрел на меня и, к моему ужасу, опустился на одно колено.

Хмыр! Хмыр! Хмыр! Мы так не договаривались! Любовь любовью, но ничего больше!

– Аррлея, княжна Лиддарская, мое сердце принадлежит вам с того самого момента, как я увидел вас, и до самой смерти. Прошу вас, будьте моей женой!

Нет!

– Я согласна.

О-о-о, зря я это сделала, печенкой чувствую!

На запястье защелкнулся ритуальный серебряный браслет с вязью слов на древнем языке, символизирующий помолвку. Еще один браслет надевает жених на вторую руку после заключения брака, а после смерти одного из супругов брачный ритуал теряет свое действие – и браслеты легко можно снять. Что ж, как там сказал мой черноглазый: до самой смерти? Как во сне застегнула на его руке такой же, как у меня, браслет. Кое-кто до свадьбы все равно не доживет.

Мы приняли поздравления от короля, затем наступила очередь всех остальных слегка шокированных придворных. В толпе мелькнули рыжие волосы и ехидная усмешка, но и это не могло привести меня в чувство. Браслет жег руку каленым железом, а в голове пульсировало страшное слово «замуж». После того как прошла первая любовь, которая вызвала у меня желание отдохнуть от битв и подвигов ради счастья быть рядом с любимым, я дала себе обещание, что в ближайшие полтысячи лет подобные события не будут иметь места в моей жизни. Утешало то, что замуж все-таки я выйти не успею, да и закончится все быстро.

Даррен за руку вытащил меня из толпы придворных и быстрым шагом повел по бесконечным коридорам.

– Куда мы идем?

– Мне нужно сегодня закончить одно дело, так что я вынужден покинуть бал. И подумал, что не стоит оставлять тебя одну своре кровожадных сплетников и маньячек, жаждущих удушить тебя из-за меня.

– Любимый, ты крайне заботлив. – Я фыркаю от смеха. – Кстати, мои покои в другой стороне.

Даррен остановился и внимательно посмотрел на меня. Моргнул, улыбнулся.

– Я хотел показать тебе кое-что.

Хе-хе, я уже взрослая девочка, милый, чтобы меня можно было удивить «кое-чем».

Но вопреки моим ехидным предположениям, мы вышли из дворца и отправились за город на черном мершессе Даррена. Он посадил меня перед собой, крепко удерживая, чтобы я не свалилась при движении. На все вопросы отшучивался, я поняла только, что он покажет мне свечение защитной сети мира в тот момент, когда ежегодное заклинание будет обновлено. Я столько раз спрашивала его об этом, интересовалась его работой под любыми предлогами, что наша сегодняшняя встреча по плану как раз и должна была закончиться экскурсией. Но внутри было тревожно. Единственное, что успокаивало – отсутствие боли в руке. И медленное движение магических потоков внутри меня, проникающих за щиты Даррена, слой за слоем снимающие его защиту.

Он внес меня на руках по ступенькам круглой высокой башни в лесу, куда мы приехали примерно через полчаса.

– Это твоя таинственная лаборатория? – спросила я, оглядывая заваленные бумагами столы, горки магических камней и амулетов.

– Угу. – Даррен рылся в каком-то шкафу. Потом положил передо мной прозрачный круглый кристаллик, активировав его парой слов.

На столе развернулась магическая карта мира с объемным отображением рельефа, гор и морей. Светлая голубая сеть затягивала карту, кое-где провисая обрывками: в этих местах на теле мира были видны уродливые черные дыры.

– Что это?

– Это места, где в Ольмию ворвались твари Хаоса. Слышала о них?

– Да, конечно, это ужасно.

– Моя работа заключается в поддержании защитной сети, постоянной концентрации магических и ментальных сил, чтобы мир, в котором мы живем, не поглотила волна Хаоса. Каждый год маги, входящие в Большой совет, собираются в своих башнях по всему миру, чтобы объединить усилия. Магия крови тебе знакома?

О, еще бы!

– Немного. А как она влияет на защиту? – Мне нужно еще немного времени, чтобы закончить свою диверсионную работу и убраться отсюда. Как я смогу отвести взгляд от тебя, любимый?

– Некоторое время назад в ходе различных экспериментов мы наткнулись на очень интересное явление. Кровь человека, пропущенная через определенный ритуал, довольно сложный и болезненный, к сожалению, обладает свойством противостоять силам Хаоса ненадолго. Ровно на год.

– Неужели маги добровольно соглашались на это? Ведь подобная процедура убивает такого подопытного, или я ошибаюсь?

Даррен обнимал меня за талию, проводя кончиком указательного пальца по черной розе у меня на платье. Сладкий аромат проникал под кожу, действуя как хороший афродизиак.

– Ну, первый эксперимент был с добровольцем, некоторые другие – не совсем. Просто добровольное согласие дает гораздо больший выброс силы.

– Это интересно, но я думаю, что человеческая жизнь все же ценней. Одно дело, если кто-то жертвует собой ради мира, зная, на что идет. Но обманом мучить людей… – Я считала мгновения, почти механически отвечая, устроив голову у советника на плече.

– Мы нашли способ сделать принудительное добровольным. – Он все еще гладил лепестки. Еще немного – и все закончится. – Благодаря магам совета в ритуалы, которые связаны с единением двух душ и сердец, то есть помолвку и свадьбу, были добавлены строки, дающие жениху и мужу власть над супругой. Она, соглашаясь разделять все тяготы жизни с мужем до самой смерти, кроме всего прочего, соглашается отдавать всю себя господину и миру, если они захотят того.

Я замерла. Отдать себя миру. Помолвка. Его «прости» на террасе дворца. Мое «да», произнесенное при сотне свидетелей. Я дернула почти законченную вязь своего разрушительного кокона, но с ужасом поняла, что было поздно. Я больше не владела своим телом, своей магией. Только мысли испуганными птицами бились в оковах, которые, как оказалось, строила не одна я.

– Лея, прости меня. Я действительно люблю тебя. Но есть долг перед тем миром, который стал мне родным на долгие столетия. Я менял личины и ауры, служил всем королям, которые правили Ольмией, и всегда искал способ спасти ее от влияние Хаоса. Пусть на год, но люди смогут жить без опасения быть уничтоженными.