Чтение онлайн

Я заметил, как Саймон наклонился за пистолетом, вынырнул из-за машины и выстрелил в ту часть его тела, что была видна. Колдунишка поймал пулю задницей, выгнулся и по-дурному взвыл. Я поднял ствол выше, целя в голову, но спуская курок, поймал искру смерти спиной. Боль была адской, ствол почти не дернулся, но пуля только черкнула висок Саймона, а я поймал спиной еще две искры. В глазах потемнело и результат третьего выстрела я не увидел.

— Взять его! — скомандовал Валентайн, после чего рявкнул. — Не смей! Он живым нужен.

— Но не целым? — уточнил Саймон. Мир обрушился мне на голову.

Спина горела огнем, голова гудела как колокол, а челюсть отказывалась двигаться. В глазах стоял туман. Пришлось хорошо проморгаться.

Что за магия? Вместо пыльной дороги и ночного неба я увидел перед собой высокий потолок складского помещения. Руки и ноги были привязаны и повернуться на живот, чтобы облегчить боль в спине не получилось.

— Очнулся, — услышал я голос Саймона, а вскоре показалась и его противная рожа.

— Отлично, начнем.

— Позволь мне, — попросил Ферон.

— Ты слишком эмоционален, — ответил Валентайн. — Еще убьешь ненароком.

Тот удар меня вырубил значит. Я быстро покрутил головой, заметил стол с парой керосиновых ламп и саквояжем, в который полицейские собрали наше оружие и амулеты. Но основным элементом декора помещения были аккуратные стопки разнокалиберных ящиков. На паре самых крупных и длинных лежал Сансет. Его руки были обвязаны толстыми веревками, а те в свою очередь прибиты гвоздями с крупными шляпками к дереву. Конструкция ненадежная. Я с трудом вывернул шею и убедился, что на мне такие же, и начал ритмично дергать руками, расшатывая петли. Саймон заметил и засмеялся, после чего достал кинжал и приставил острие к моему виску. Тело пронзила жуткая боль.

— Я думал, на него не действует, — сказал Валентайн.

— Нужен физический контакт, — ответил Саймон. — Может все-таки я?

— Поиграешься, когда я закончу.

Валентайн достал из-под пиджака такой же изогнутый кинжал и разрезал на мне рубашку. Поддев острием кожу на левой груди он вогнал под нее лезвие на всю длину. Я зарычал, используя боль как энергию для нового рывка веревок. Валентайн повернул рукоять влево-вправо и потянул нож вверх, держа клинок параллельно земле. Кожа потянулась следом, пока не обтянула лезвие так, что начала резаться, тогда вампир рванул клинок и я взвыл, потеряв способность сопротивляться. Было бы неплохо и сознание потерять, но кровосос знал, что делает. Дальше мучить не стал, протер лезвие клинка белоснежным платком и сел на ящик сбоку.

— Почему ты остановился? — спросил Саймон.

— Вот об этом я и говорил, — ответил Валентайн. — У тебя нет терпения. Сейчас его железы массово выбрасывают в кровь вещества, заглушающие боль. Пытки будут малоэффективными. Стоит подождать полчаса, час, а потом уже спрашивать.

— А не проще сразу вопросы задать? — спросил я.

— Нет конечно. Ты можешь придумать правдоподобную ложь, а после придерживаться этой линии упрямо повторяя одно и то же до самой смерти. Тебе то все равно, перед смертью, а мне потом голову ломай правду ты сказал или нет.

— Нас ищут, — напомнил Саймон.

— За полчаса не найдут. Хотя, ускорить процесс возможно. Посмотри, есть ли в каптерке охраны соль.

— Сейчас, — довольно ответил Саймон. Вернулся он быстро. — Вот! Можно я сам?

— Пожалуйста. Только лишнее не сыпь, слипнется, а нужно, чтобы полностью растворилась.

Я напрягся в очередной раз рванув веревки. Саймон с противной улыбкой навис сверху, раскрыл разорванные лоскуты кожи, прикрывающие грудную мышцу и начал трясти деревянной солонкой. На груди словно огонь разлили, дышать стало тяжело. И ведь проклятый кровосос прав, я еще не чувствую полноценной боли. Она придет, когда тело устанет, исчерпает резервы секретов. Валентайн опытный палач и его не развести как Саймона. Ферона я бы разозлил, постарался вывести из себя, чтобы он меня убил. С кровососом такой трюк не пройдет.

Я перестал сопротивляться боли и зарычал. Сам того не желая, Валентайн подал мне идею: надо готовить ответы. Знать бы только что он будет спрашивать. По любому что-то о клане, семье. Правду говорить в любом случае нельзя, но первый, второй и даже третий ответ на тот же вопрос должны отличаться от четвертого. Главное помнить, что я уже мертв, а мертвым плевать на боль.

Эх, если бы духовное сердце не было запечатано, я бы действительно мог заставить себя поверить в то, что боли нет. Я даже мог бы попытаться убить себя!

Боль от соли отступила, притухла, но мысли начали путаться. Что помогало мне держаться, так же мешало трезво мыслить и единственный вопрос, что я придумать — «Кто знает о Саймоне?». Сначала отвечу, что все, а три вопроса спустя — что сказал только Логану. Нет, Логана могут убить. Даже Брайса могут, если постараются. Деда же достали! А-а-а, что же соврать?!

Рядом застонал Сансет.

— А этого можно мне? — спросил Саймон.

— Да пожалуйста. Только подготовка, спрашивать будем одновременно.

Одновременно? Вопросы будут связаны с атакой дома. Как же я раньше не додумался. Кто мне помог? Линдеманна сдавать нельзя. Лукас будет искать способы грохнуть Ноа, пока эта информация не всплыла, иначе Валентайн сам его прикончит, а от мертвого Линдеманна мне толку нет. Клан, семья? Как бы кровосос не слинял из города после этих слов. Назвать любое имя — подвергнуть человека нешуточной опасности. А я не знаю никого… Грач? Я ее в лицо не видел, но вампиры вечно плетут интриги против всего мира и друг друга в том числе. И главное, кровососов мне точно не жалко.

Сансет зарычал, когда лезвие Саймона забралось ему под кожу и обложил парня матом, когда тот вырвал его, разодрав кожу.

— Ты просто скопировал мои действия, — разочарованно сказал Валентайн. — Не мог что-то новое придумать?

— Новый трюк для меня. Хотел опробовать. Но дальше мы поступим по-другому. Смотри.

Я поднял голову и увидел в руках Саймона солонку.

— Перец, — сказал он.

— Не сильно отличается, — сказал Валентайн.

— В глаза.

— В один! — тут же поправил его вампир. — Идея отличная, но детектив может ослепнуть, и ты лишишься одного из каналов влияния. Когда жертва видит свои раны — боль сильнее.

— Больные ублюдки! — выругался Сансет, добавив некоторую информацию о матерях наших пленителей. Те дружно засмеялись.

— Не знаю, как Ноа, но вот с мамашей Саймона ты угадал точь-в-точь, — сказал я. — Там вообще вся семейка такая.

— Ах ты… — рванул ко мне Ферон, но Валентайн его остановил.

— Хорошая попытка парень, но я не дам тебе умереть раньше времени.

Саймон резко развернулся, насильно раскрыл веки левого глаза Сансету и тряхнул перечницу. Детектив взвыл.

— Отец, — сказал возникший между ящиков вампир в приличном костюме. — Я принес.