Чтение онлайн

Нам неизвестно, о чем в тот период думал Дёниц, но на основании того, что он делал и что писал, можно предположить, что мысли его были гораздо ближе к взглядам Карлса, нежели Хайе, по крайней мере, в том, что касалось веры в фюрера.

Также нет никаких сомнений, что он видел в новой морской стратегии выгоду для своего рода войск. Подводные лодки надо было быстрее строить, они требовали меньше материалов и оказывались гораздо дешевле, нежели «флот равновесия», который предлагал Редер; кроме того, они были единственным видом кораблей, который мог пробить блокаду британцев до того, как армия выйдет к Атлантике. Начиная с этого времени он обратил всю свою энергию и значительную силу личного обаяния и убеждения на то, чтобы привлечь внимание к этим соображениям и изменить морскую политику.

Кроме усилий в этом направлении в официальном плане, он еще той же зимой написал книгу, озаглавленную «Подводный флот», ее опубликовали в начале 1939-го. Он пристально следил за тем, чтобы не допустить в нее ни одного упоминания о «групповой тактике» в войне с конвоями, но его замечания о войне подлодок с кораблями на поверхности, взятые вместе с большим разделом, посвященным торговой войне, могли встревожить любого, кто задумывался об уязвимости британских торговых маршрутов. Дёниц начал свой раздел «Использование субмарин в торговой войне» следующим образом: «Сокрушение торговли противника, нападения на его морские коммуникации являются подлинной целью морской войны...»

Точно так же можно было связать эти замечания с другим разделом, посвященным тактическому сотрудничеству между подлодками и надводными кораблями. А уж раздел о ночной атаке с поверхности не мог быть изложен яснее; он в деталях объясняет, почему маленькие подлодки идеально подходят для внезапных торпедных атак по ночам и как замечательно его собственные флотилии обучены этой тактике.

Для нас сейчас интереснее проследить, как книга Дёница отражает его преданность подводному флоту и воинской этике, а также его подчиненность идеям тогдашней пропаганды. Некоторые фрагменты написаны в эпическом стиле, характерном для его позднейших нацистских речей. Политические и военнополитические взгляды, изложенные напрямую и читаемые между строк, весьма наивны. Например, он полагает, что в мировой войне действия подводного флота «привели Англию на край бездны», но Германии не удалось развить свой успех потому, что «родина стала марксистской и капитулировала».

Многие абзацы написаны столь многосложно — по крайней мере, на взгляд не немца, — что заставляют предположить, будто он подпал под воздействие национальной истерии, спровоцированной Геббельсом; раздел, посвященный экипажам подлодок, служит ярким примером того, что можно назвать «мужским коллективом» в движении нацизма с его культом товарищества, поощряющим «широко распространенный, хотя, конечно, не признаваемый гомосексуализм». Товарищество подводников описывалось в таких идиллических терминах, что может сложиться впечатление, будто для него братство с экипажем было примером более широкого братства всего немецкого народа. Для него нет ничего более привлекательного, нежели быть внутри этого заколдованного круга, занятого отражением натиска враждебных сил извне! Сказывалось ли в этом пагубное воздействие партии, или это было способом подавить чувство неадекватности, возникшее у него после катастрофы с лодкой UB-68, или же это было просто его естественным тяготением к крайностям?

Отдельные пассажи из книги наводят на мысль, что Дёниц в то время был уже чем-то большим, нежели просто очень компетентным главой подводного флота; он стал фанатиком, опасным для своих врагов так же, как фанатик Нельсон был опасен для французов веком раньше. Возможно, это и было самым важным выводом из его книги, который могли сделать англичане. Но их морская разведка не потрудилась достать книгу вплоть до 1942 года, когда все было ясно и без нее.

В перерывах между писанием книг и работой Дёниц стал дедом. Урсула произвела на свет мальчика, которого назвали Петером. Дёница очень повеселило это рождение, равно как и тот факт, что ему самому исполнилось всего лишь 47 лет.

В 1939-м, вместо того чтобы отправиться на зимние каникулы кататься на лыжах, Дёниц посвятил их военной игре, основанной на предполагаемых условиях 1943 года — того самого года, до которого, как Гитлер многократно уверял Редера, войны с Англией не случится. Целью игры были «военные действия подводных лодок в Атлантике, включая операции против торговых судов и авиации; использование артиллерии и взаимодействие надводного и подводного флотов».

Расстановка сил, согласно условиям верховного командования флота, была следующей: на стороне «красных» — значительные по мощи эскадры британского средиземноморского и атлантического флотов, американские и африканские стационарные эскадры, то есть 12 линкоров и тяжелых крейсеров, пять авианосцев, 27 легких крейсеров и 100 эсминцев, в защиту пяти караванов — очевидно, британских, — двух из Кейптауна, одного из Рио-Платы, одного из Вест-Индии и одного из Канады; на стороне «синих» — 15 подводных лодок-торпедоносцев типа 7 и 9 (1000 тонн), две большие субмарины, две гигантские подлодки с артиллерией, субмарина-миноносец и броненосец со вспомогательным судном поддержки. Это были исключительно малые силы для состязания с караванами, защищенными большей частью королевского флота и, согласно штабным правилам, королевских военно-воздушных сил — в тех случаях, когда корабли оказывались неподалеку от баз в Северной Африке, Франции и на Британских островах.

Условия были настолько нереальными ввиду строительной программы плана «Зет», что остается лишь удивляться, как до них додумались в штабе. Настоящий интерес здесь представляют лишь тактика, использованная «синими», то есть немецкой стороной, и выводы, которые Дёниц сделал из их неизбежного провала.

Командир «синих» разбил свои субмарины-торпедоносцы на пять групп по три: одну, самую северную, с броненосным крейсером, одну — в средней Атлантике на торговой трассе между Канадой и Ирландией и три других группы — около Азорских и Канарских островов для нападений на конвои из Кейптауна и Рио-Платы. Они были распределены таким образом потому, что патрули, ожидаемые близ Британских островов, и особенно авиационная разведка были сочтены слишком ограничивающими движение подлодок, если бы они заняли позиции ожидания у точек пересечения торговых маршрутов, как это было сделано в Первую мировую.

В результате распределение оказалось слишком растянутым; три каравана прошли незамеченными, и лишь второй караван из Кейптауна, который соединился с караваном из Рио-Платы к западу у островов Зеленого Мыса, был засечен; подлодка, которая их обнаружила, хранила радиомолчание, чтобы не выдать свое положение до атаки, а затем призвала на помощь еще две подлодки из своей группы; эти две подбили эсминцы конвоя, а другие группы были слишком далеко, чтобы достичь места встречи вовремя. Дёниц прокомментировал это так: «Провал “синих” объясняется не их неправильным расположением, а пустотой океана и малым числом лодок, а также низкой мобильностью и тем, что область, доступная для рекогносцировки с них, слишком мала».

Несмотря на столь плохие результаты, Дёницу удалось прийти к весьма позитивным выводам. Они на самом деле были прямым перенесением на войну с торговыми судами уроков, которые он извлек из трех лет подготовки и учений в операциях против военных кораблей.

Сначала он указал на изменившиеся с Первой мировой условия, когда была невозможна любая концентрация подлодок в одном месте против концентрации судов противника в караванах, так как радиосвязь оставалась недостаточно развитой. Это было не так; связь «от берега» между подлодками в Средиземном море и Ла-Манше успешно практиковалась в 1918 году; возможно, он имел в виду, что никакая связь «к берегу» была невозможна. В любом случае он продолжал говорить о том, что станет впоследствии лейтмотивом его рапортов: «концентрация против концентрации»; речь шла о необходимости для молодого подводного флота практиковаться в «совместных действиях».

Далее он писал следующее:

«Распределение лодок по местам пересечения морских путей в Атлантике должно следовать таким принципам:

1. По крайней мере три лодки образуют группу. Расположение лодок — на ширине колонны приблизительно в 50 миль и глубине строя в 100—200 миль.

2. Первые группы — согласно номерам готовых лодок — располагаются в направлении обнаруженного парохода в 200—300 милях.

3. Руководство всеми группами осуществляется BdU (командующий подводными лодками) с базы.

4. Обнаружение противника одной из лодок группы и совместная атака всех лодок группы на обнаруженного противника осуществляются независимо, без приказов с базы.

5. Распределение нападения на этого же противника следующими группами осуществляет BdU с базы».

Далее он снова рассматривает взаимодействие между подлодками и надводными силами и люфтваффе в Восточной Атлантике, хотя сложности с навигацией и радиусом действия оставались огромными. Если же в наличии нет надводных сил, пишет он, то быстрые «подлодки флота» смогут проделать необходимую рекогносцировку для нападающих групп. Тем не менее: