Чтение онлайн

Шериф хмурился и молча листал папку с материалами. Прошла неделя, а у него не было ничего: ни стоящей зацепки, ни складной версии, ни плана расследования. Да и подозреваемый был весьма условный и, скорее всего, недосягаемый. Оставалось надеяться, что только — пока. Не обнаружив в материалах ничего нового, Доунс выдохнул, открыл ящик и кинул папку обратно. Новых мыслей тоже не было. Окинув взглядом стол, он заметил, лежащие на краю, сброшюрованные листы. Еженедельный отчет о ситуации в штате. Документ был свеж и заслуживал внимания. Хотя обычно Доунсу было плевать. Тяжкими преступлениями его земля не отличалось, а все остальное — не так уж и страшно. Но не в этот раз. Шериф взял пачку, нашел лист с заголовком «убийства» и увидел название своего графства. Так и есть — он в черном списке. Доунс пошлепал сухими губами и кинул бумаги на стол: «Черт! Что происходит?! Кто, откуда, почему?! В конце концов, он раньше никогда не слышал про этого Фоссета? А теперь — все о нем только и говорят. Выясняется, что убийство — лишь верхушка айсберга. Потерпевший, похоже, сам был не в ладах с законом. Тогда почему я, как Шериф, не знал об этом?!»

В кабинет постучали. Доунс убрал ноги со стола и раздраженно крикнул.

— Кто там?

Дверь приоткрылась, в проеме показался Тимденс. В руках помощник держал серую папку.

— Майкл, входи. Есть что-нибудь новое?!

— И да. И нет.

— Что ж — уже неплохо.

— Сэр, пока хвастаться нечем. Макс Фоссет — сын убитого, мы не можем его найти. Парень, как сквозь землю провалился.

— И ты называешь это — новое?!

— Не совсем. Мне кажется, мы на правильном пути.

— Откуда такой оптимизм?

— Это не оптимизм, скорее — интуиция.

— И только?

— Да, сэр.

Доунс разочарованно выдохнул.

— Понятно. Что-то еще?

Тимденс кивнул и открыл папку.

— В полицейском управлении на имя Ричарда Фоссета зарегистрирован автомобиль Додж-Стратус 2004-го года выпуска. В гараже при доме машина не обнаружена. Но вчера ее нашли в Нью-Гэмпшире — стояла у кафе на автозаправке. Хозяин заведения обратил внимание, что автомобиль три дня стоит без движения, и сообщил в полицию. Ну, а там по регистрационному номеру выяснили, кому она принадлежит, и позвонили нам.

— На машине Фоссета мог уехать кто угодно. Для этого нужно было иметь ключ зажигания.

— Вы правы, сэр. Он его имел, ключ валялся в десяти футах от автомобиля. В траве, на газоне. Обычно, забывая машину, владельцы не выкидывают от нее ключи.

— Да уж. — Шериф помолчал и поиграл бровями. — Майкл, скажи мне, а хозяин кафе или персонал заправки ничего не видели?

— Нет, сэр. Ни он, ни персонал, который тоже был опрошен, не видели, кто и когда приехал на этом Додже. Там есть и видеокамеры, но они направлены в другую сторону.

— Черт! Плохо. Очень плохо. Кто-то разъезжает на машине убитого, а мы даже не можем выяснить кто.

— Я распорядился проверить салон на наличие отпечатков. Но, боюсь, это ничего не даст. Отпечатки сына Фоссета вполне вероятны и не могут служить доказательством в суде.

— Да-да. Чьи же там могут быть еще отпечатки?! Хотя, все возможно.

— С другой стороны, если мы не найдем чужих отпечатков, то, скорее всего, за рулем был Макс Фоссет.

— Или убийца стер их перед уходом, — язвительно вставил Доунс.

Тимденс пожал плечами.

— Еще у покойного Фоссета были проблемы с законом.

— Я уже слышал об этом.

— Кое-что вы не слышали.

— Даже так?! — Шериф, будто легавая на запах дичи, выжидающе замер.

— Информация для служебного пользования и не может быть использована в суде. — Майкл спокойно смотрел на Доунса. — В 91-м году в Юте Ричард Фоссет проходил подозреваемым по делу о растлении несовершеннолетнего. Доказать его виновность тогда не удалось. Дело развалилось, не дойдя до суда. Но Фоссет, как лицо, склонное к подобным действиям, попал в соответствующий список. Его файл есть в специальной базе. Я послал запрос.

— Майкл, ты называешь это кое-что?!

— Фоссет не был признан виновным. Перед законом он чист.

— Да мне плевать, чист он или нет. Подозреваемый в растлении несовершеннолетнего — в 90 % судебных разбирательств становится виновным. А то, что дело не добралось до суда, значит, у этого сукина сына был хороший адвокат. Или плохой прокурор. Майкл, материалы того дела — ты можешь запросить их из Юты?!

— Попробую.

— Да уж. — Доунс потер подбородок. — Понять не могу. Как Фоссет, находясь в этой базе, мог получить разрешение на усыновление?

— Сэр, мне кажется, он немало потрудился для этого.

— Что ты имеешь в виду?

— В 97-м году этот человек носил фамилию Линдсон. После брака с некой Маргарет Фоссет в 98-м, он взял ее фамилию, а еще через полгода — бросил ее и переехал в Масачусетс. Вся эта цепочка, конечно, легко вычисляема, даже по номеру социального страхования, но видимо, членам комиссии по усыновлению было лень это проверять. Или…

— Или что?!

— Или Фоссет компенсировал их лень определенным пожертвованием.

— Ты намекаешь, что Фоссет мог заплатить им?

— Не напрямую, конечно. Для этого существуют фирмы по усыновлению.

— Тимденс, это — недоказуемо. И ты это знаешь.

— Поэтому я и сказал вам, что перед законом Фоссет чист.

— Черт тебя дери, Майкл. — Шериф встал и нервно прошелся по комнате. — Хотя с тем, что ты говоришь трудно не согласиться.

— В 99-м агентство по усыновлению — в настоящее время оно уже не существует, получило для Фоссета разрешение. В том же году он привез из России двенадцатилетнего мальчика. Конечно, вопросы членам комиссии задать можно, но после стольких лет — никто не признается в том, что действовал наперекор инструкций. Сошлются на плохую память.

Доунс кашлянул, встал и сложил руки на груди.

— Если я правильно понимаю, то не исключено, — Шериф размышлял вслух, — что этот педик мог привезти в штаты двенадцатилетнего мальчика, чтобы жить с ним, прости Господи, как с партнером?! А для окружающих все выглядело вполне пристойно: отец и сын.

Тимденс задумчиво кивнул.

— Поверить в это не могу! — Шериф пытался себя успокоить. — Столько лет и никто ничего не заподозрил. Майкл, а может, я сгущаю краски?!

Тимденс молчал, но по его взгляду Доунс легко прочел: «У меня тоже есть подозрения». Вслух афроамериканец выразился корректнее.

— Доказательств, действительно, пока нет. Фоссет часто переезжал с мальчиком с места на место. К тому же он, вероятно, знал, как заставить ребенка держать рот на замке. Я побывал в колледже, где он учился. Преподаватели характеризуют Макса Фоссета, как амбициозного и довольно неглупого молодого человека. При этом он практически ни с кем не общался. В результате, его принимали за высокомерного и неадекватного сноба.