Чтение онлайн

Напрасно Альмагро ссылался на старую дружбу с Франсиско Писарро, на совместные походы.

– Ведь вы сами были в моей власти, и я отпустил вас с миром, за что же мне такая жестокая казнь? – сказал он.

Эрнандо сухо ему ответил:

– Вас осуждает судьба, ваша участь решена бесповоротно, поэтому как христианин посвятите последние минуты своей земной жизни примирению с небом.

Впрочем, Эрнандо в самую последнюю минуту «смягчил» приговор. Альмагро казнили не на городской площади, а в тюрьме…

Пророчество Оргоньеса сбылось.

После расправы с Альмагро старый тигр и его братья попали в неловкое положение.

Дело в том, что формально Альмагро, получивший от короля патент на управление южноперуанскими землями, владел округом Куско на «законном основании».

Этот же королевский патент давал ему право назначать себе преемников, и в качестве такового он в канун казни избрал своего сына Диего.

Писарро должен был во что бы то ни стало опорочить в глазах короля и покойного старика Альмагро, и его сына и доказать, что альмагристы были не только его врагами, но и врагами испанской короны.

Старый тигр полагал, что с этой щекотливой миссией ник4ю не справится лучше, чем его брат Эрнандо

И Эрнандо отправился в Испанию.

Однако весть о битве под Салинас и разгроме Альмагро опередила Эрнандо. Успехами писарристов король был не на шутку встревожен. В самом деле, после гибели Альмагро все перуанские и чилийские земли оказались в руках Писарро.

До Перу от Испании путь не близкий и трудный, и никто не помешает этому предприимчивому авантюристу в один прекрасный день объявить себя перуанским королем и присвоить все богатства перуанских земель.

Поэтому король и его советники заступились за альмагристов.

Эрнандо, подписавший смертный приговор Альмагро, посажен был в крепость Медина-дель-Кампо. Он пробыл в заточении двадцать один год и вышел на волю глубоким старцем. Ему посчастливилось.

Куда горше была участь старого тигра и двух других его братьев – Мартина и Гонсало…

Посадив на цепь Эрнандо, король направил в Перу своего представителя, законоведа Вака де Кастро, поручив ему на месте разобраться в перуанских делах и в случае нужды отстранить маркиза Писарро и взять в свои руки бразды правления.

Манко из своего орлиного гнезда в Вилькапампе внимательно следил за тем, как развертывались события. Летучие отряды инки из глухих засад нападали на испанские караваны, они держали под прицелом главную дорогу страны – путь из Куско в Лиму, они уничтожали испанские гарнизоны, жгли испанские поместья.

Ни конница, ни артиллерия не могли справиться с этими неуловимыми, быстрыми, как горный ветер, «индейскими бандами».

Маркиз в 1539 году послал своего брата Гонсало в Вилькапам-пу. Гонсало рапортовал в Лиму о великих победах. Однако после каждой такой победы испанское войско редело, а армия инки приумножалась, и ни одной пяди Вилькапампы «победителям» так и не удалось захватить. Ни днем, ни ночью испанские бойцы не знали покоя. На них обрушивались тучи камней, меткие стрелы поражали их у бивачных костров, им то и дело приходилось расчищать завалы, с боями прорываться через жуткие ущелья, где смерть таилась за каждым утесом.

В конце концов Гонсало осточертели бесплодные полупобеды, и он посоветовал брату вступить с инкой в переговоры.

Все Писарро были мастерами тайных интриг. В свое время им удалось перехитрить Атауальпу, Педро Альварадо и Альмагро, и в Лиме надеялись, что и Манко попадет в хитрую ловушку.

В Вилькапампу отправили знатного посла – епископа Куско. Епископ добрался до Манко и договорился, что инка встретится с Писарро в Юкае.

Вероятно, эта встреча окончилась бы так же печально для инки, как и свидание в Кахамалке Писарро и Атауальпы. Ведь не случайно старый тигр Писарро отправился в Юкай с сильным отрядом, а к границам Вилькапампы выслал лазутчика.

Этот лазутчик, негр из свиты маркиза, маскировки ради вел с собой пони, славную маленькую лошадку, которую Писарро подарил инке.

Бдительные дозорные решили учинить проверку истинных полномочий посла. Они убедились, что посол идет в Вилькапампу совсем не для того, чтобы осчастливить инку лошадкой-лилипутом. И воины Манко умертвили посла.

Естественно, что после этого Манко не явился в Юкай. Писарро пришел в ярость и жестоко отомстил инке. В Куско жила юная

жена Манко, прекрасная индианка. Она была пленницей Писарро, и до поры до времени с ней обращались хорошо.

Писарро приказал схватить ее и доставить в Юкай. Здесь с нее сорвали одежды, высекли и затем расстреляли из луков. Несчастная женщина не проронила ни звука во время этих нечеловеческих истязаний, смерть она встретила с удивительным достоинством.

Тело ее Писарро велел уложить в большую корзину. Корзину спустили в Урубамбу, и она поплыла вниз по течению, во владения Манко.

Так закончились «мирные переговоры» в Юкае.

Отправив Манко кровавый гостинец, Писарро ушел в Лиму. В Лиме ничто не внушало ему ни малейших опасений.

Недобитые альмагристы были тише воды, ниже травы. С Диего Альмагро, младшим сыном казненного соперника, Писарро совершенно не считался.

А между тем этот юноша у многих писарристов вызывал всевозможные подозрения. Диего Альмагро-младшему в 1541 году минуло двадцать два года. В жилах Диего текла индейская кровь (его мать была панамской индианкой), и от кастильских рыцарей конкисты он отличался мягким нравом и душевной чистотой. Столь диковинные качества, естественно, внушали тревогу братьям Писарро.

Но куда опаснее этого честного врага, готового с открытым забралом сражаться с убийцами своего отца, были старые соратники Альмагро-старшего. После битвы под Салинас многие из них ради спасения собственной шкуры каялись в былых грехах и чернили своего павшего вождя. Они ничего не забыли: ни позорного бегства из Салинас в Куско, ни той презрительной улыбки, с которой Эр-нандо принимал их наветы на Альмагро.

И когда до Лимы дошли вести, что братьями Писарро недовольны в Испании, что Эрнандо угодил в темницу и что в Перу едет королевский ревизор, альмагристы решили – час расплаты настал.

А старый тигр, казалось, совсем утратил свое чутье. Ему не раз удавалось выходить сухим из воды, и он, видимо, был твердо убежден, что ему посчастливится обвести вокруг пальца Баку де Кастро и удержать власть в перуанских землях.

Эрнандо, покидая Перу, советовал ему бдительно следить за альмагристами и не давать им спуска. Но он не внял этим советам и оставил без надзора всех вожаков альмагристского бунта, которым посчастливилось сохранить жизнь в дни битвы у Салинас.

А между тем слухи о назначении Ваки де Кастро и о смещении Писарро окрылили этих злобных неудачников.