Последний из страстных вампиров
Шрифт:
Существование Повелителя не вызывает сомнений ни у кого из членов Суда, ответил он и я смогла почувствовать, как тщательно он подбирал слова.
— Есть какое-нибудь эмпирическое [33] доказательство, что Повелитель даже теперь здесь? — Спросила я, пораженная, что что-то столь основное ускользнуло от всех. — Никто не задается вопросом, что если вся идея относительно Повелителя это…ложь?
— Нет, — сказал стольник, его лицо по-прежнему стало вежливым и бесстрастным. — Это вопрос веры.
33
Основанное на опыте.
— Веры? Так как вы верите, что Повелитель существует, следовательно, такое существо должно быть? — Я снова покачала головой.
Тео так повернул ногу Кэрол, чтобы хлестнуть меня по руке. Любимая, прекрати. У нас есть более важные вещи, о которых надо позаботится, и ты требующая логики в вере, не поможешь нашему положению.
Он был прав. Я встречала фанатиков прежде — я жила с ними в течении восемнадцати лет — и я хорошо знала, что такие люди зачастую не были открыты для логики и доводов. Это было сражение для иного времени.
Сара наблюдала за мной вблизи, с беспокойством в глазах. Я бросила ей слабую утешающую улыбку и махнула рукой стольнику.
— Простите, что задержала вас. Мы готовы, если Мары тоже.
Стольник открыл обе двери величественным жестом, устремился поклониться возвышению в дальнем конце комнаты.
— Свяще-е-е-нная корова, — сказала Сара, ее глаза расширились, пока она крутилась вокруг, оглядывая бальный зал.
Я должна была признать, он имел весьма впечатляющий вид. Стены были обшиты панелями из теплого, янтарного дуба, с двумя рядами длинных окон идущих по всей длине комнаты. Солнечный свет лился в комнату, оставляя яркие лужи, пестревшие на блестящем, полированном паркете пола. Множество картин было на стенах между окнами, на сей раз портретов, под каждым из которых находилось серебристо-синее кресло с мягкой обивкой.
— Им все же понадобиться намного больше стульев, чем эти, — сказала я, когда мы прошли в комнату, Тео осторожно прокладывал путь вокруг луж солнечного света.
— Вы видели те люстры? — Рот Сара только слегка завис открытым, когда она глазела на декоративные художественные детали, что свисали с потолка. — А эти лебеди на них?
— Выглядит как целый мифологический сюжет, происходящий в этой комнате, — ответила я, неспособная удержаться от разглядывания фресок на потолке. Хотя я сначала думала, что это было своего рода аллегорическая живопись, одна из обычно находящихся на потолках бальных зал в замках, при ближайшем рассмотрении оказалось элементами мифологии, а не религии. Сатиры и фавны повесничали со стройными женщинами, одетыми в просвечивающиеся платья в лесном окружении, в тоже время на дальней стороне комнаты, ближайшей к возвышению, к которому мы приближались, сцена сменилась на некую черно-красную, с фигурой злобно смотрящего мужчины и маленьких коричневых человекоподобных существ, которых я приняла за какого-то вида демонов.
Сгруппированные к одной стороне, между лесистым раем и раскаленными глубинами Абаддона, но не часть никакой, стояла маленькая группа мужчин и женщин с потупленными глазами, их выражения и язык тела, отражали стыд и раскаяние.
— Это нефилимы, — сказал Тео, кивая на них.
— Уместно. Это время неопровержимых фактов, — сказала я, распрямляя плечи, когда мы остановились перед приподнятым помостом. Три кресла стояли на нем, два из которых были заняты пожилой Марой по имени Ирина и резкой Дайсин.
Тео поставил брыкающуюся Кэрол вниз. Я переместилась к ее противоположной стороне, властно удерживая ее руки своей. Тео поклонился Марам. Я быстро подумала о реверансе, но факт, что я понятия не имела как выполнить такое движение, в сочетании с независимым духом, который отбросил понятия, что какое-то существо «лучше» чем я, оставил меня с решением, что кивка головой будет достаточно, чтобы проявить уважение.
— Добрый вечер, — сказала я, кивая обеим Марам. — Я сожалею, что беспокою вас без предупреждения, но…
— Порция Хардинг, — прервала Дайсин, ее голос разрастался как гром, когда он прокатился вниз по комнате. Люди все еще гуськом шедшие в бальный зал, от ее рева застыли, добрая половина огромного бального зала наполнилась плотной массой явно безжизненных тел. — Вы бросили вызов, приговору Суда Божественной Крови вернувшись сюда, не будучи сначала призванной для этого.
Тео придвинулся ближе ко мне. Наверху, формировалось маленькое темное облако. Я пожелала ему уйти, взамен беря Тео за руку.
— Я не знала, что слушание, которое вы провели в состоявшемся судебном процессе, было в комплекте с судебным приговором, — сказала я, сохраняя мой голос не конфронтационным, но пока все-таки твердым, насколько возможно. — Как я припоминаю, вы приказали нам найти убийцу Хоуп — Достоинства, до новолуния. — Я махнула рукой на связанную женщину рядом со мной. — Мы так и сделали.
Толпа продвинулась вперед на несколько футов. Я признала несколько знакомых лиц: безымянный мальчик — наблюдатель, который взял меня в Акашу, Габриэль, курьер которого остановил Тео. Возможно другие две сотни людей присоединившихся к ним, заполнили половину бального зала. Все до единого из них повернулись взглянуть на Кэрол Ли.
— Ваше жестокое и черствое обращение с этой женщиной — еще одна пощечина на лице Суда, сказала Дайсин, ее голос был суровым и невероятно резким. — Освободите ее немедленно.
— Я понимаю, что похищение кого-то это чрезвычайные действия и я тоже не предприняла их беспечно. Однако, учитывая обстоятельства, не было никакой альтернативы. Я могла не убедить ее отправится в Суд по собственной воле. Если я освобожу ее сейчас, она попросту сбежит.
Толпа издала недоверчивые ропоты. Дайсин выпрямлялась во весь рост, пока не показалась на добрых три фута выше нормы.
Это вызвало снег в бальном зале.
— Ваша дерзость не знает границ. Освободите эту женщину немедленно, или я заключу вас в тюрьму за неуважение.
Она выглядит достаточно сердитой, чтобы сделать это, побормотала я Тео, когда достала пару маленьких ножниц для ногтей из моей сумочки. Не спускай глаз с Кэрол. Она собирается удрать в момент, когда ее руки освободят, я точно знаю это.
Имей немного больше доверия охране Суда, любимая. Несмотря на приличия, Мары не позволят кому-нибудь уйти, если они не желают этого.
Я разрезала клейкую ленту на запястьях Кэрол, пока Тео развязал кляп. В момент, когда ее руки освободились, она напала на меня, сбив вниз на землю, обеими руками сжав мои волосы, пока стучала моей головой об пол.
Тео стащил ее с меня, пока Дайсин выкрикивала распоряжения.
— Я говорила вам, — тихо сказала я, когда Сара помогла мне встать на ноги.
— Это будет приказ, — вопила Дайсин, ее руки дико жестикулировали нам. — Вы, вы все продемонстрируете должное уважение Суду или я приму определенные меры, гарантирующие, что вы не омрачите снова наше присутствие!