Чтение онлайн

Ещё через два дня мы уже въезжали по Большой Углицкой улице в Городецк, главный город Бежецкой пятины. Встречали нас на удивление приветливо. Несмотря на крепкий мороз на улицу вывалило немало народа. Чем я так полюбился абсолютно мне не знакомым бежичанам, было совершенно не понятно. Для нашего постоя освободили хоромы городского приказчика, их начисто отскоблили и даже, кажется, обкурили ладаном. Не успели мы расположиться, как волной пошли челобитчики с дарами, опять же чем конкретно им мог помочь князь Угличский, было не ясно. Из потока просьб я понял, что посадских до смерти достала городская администрация и покрывавший её дьяк из четверти Петелина. Каждый второй просил, чтобы я бил царю Фёдору Ивановичу о пожаловании мне их городка в удел, некоторые намекали, что есть у меня на него какие-то права.

– А, слухи-то, мол, великий государь Иоанн Васильевич сыну молодшему по духовной отписал многия города, Городецк этот, Ростов, Тверь, да и ещё разные сказывают, а бояре будто скрыли грамоту ту - досадливо махнув рукой, прокомментировал эти просьбы Ждан - вот и уговаривают тебя от брата правды доискиваться, мнят, что кормить одного князя полехше будет, чем дьяков четвертных-

– Что, было такое мне завещано?- вопрос меня крайне заинтересовал. Правда, называть завещателя, царя Ивана Васильевича, отцом мне было трудно, можно сказать язык не поворачивался.

– Можа лжа сие, а можа и нет - уклончиво ответил Тучков - Батюшка твой, царство ему Небесное, переменчив нравом-то был. Он этих грамоток и десяток написать мог. Старые сжечь, вестимо, должны, но можа где в приказах и валяется какая, там сам нечистый ногу сломит -

Вид у меня стал мечтательным, только от одной мысли о возможности такого кардинального расширения удела.

– Не просил бы ты, княжич, городов сих - заметив мой настрой, предостерёг верный дядька - Скорей лиха выпросишь. Лучше хлеб с водою, чем пирог с бедою -

Очередной челобитчик оказался игуменом Введенского монастыря, тоже чем-то изобиженным от городских властей. После уже традиционных жалоб и просьб о переписи города в мой удел, он вдруг посоветовал действовать в этом вопросе через старцев Троице-Сергиевой обители, которая владела огромными вотчинами и в Угличском уезде и в Бежецкой пятине. Особо рекомендовал священник жалится о том монаху Варсонофию, довереннейшему духовнику царя Фёдора Иоановича.

– Знаю я того святого старца, дай Бог свидимся, обмолвлюсь о том с ним - произнёс я озадаченно.

Кто бы мог подумать, что виденный мной в Троице благообразный крепкий старик, есть один из тех немногих людей, которые имели прямое влияние на моего крайне религиозного царственного брата.

Выехав по утру из Гродецка я пытался узнать мнение Ждана просить о пожаловании в удел сего града через настоятеля и приближённую к нему братию Троице-Сергиева монастыря.

Менять свои рекомендации Тучков не хотел, отговорившись пословицей:

– Не буди лихо, пока оно тихо-

Еще за несколько часов до подъезда к Устюжне-Железнопольской сталоясно чтовъехали мы в металлургический край. Во все стороны от дороги, идущей по реке Мологе, курили дымы из ям в которых пережигали древесный уголь. Ближе к городу виднелись и работавшие плавильные домницы, только не вооружённым взглядом их виделось не менее двадцати, и это не смотря на совершенно не сезонный, зимний период. По въезду в Устюжну энтузиазм мой угас, двое из трёх домов стояли покосившимися и заброшенными, запустение было страшным. Встретивший нас городской приказчик Устюжны Иван Федотов, на вопрос, куда же подевались жители, пояснил:

– Да уж лет двадцать как мор был на посаде, после того народу померло изрядно, а подати подняли. Вот и бежит чорный люд прочь -

Похоже, и в этом городе присутствуют перегибы в налоговой политике.

На центральной площади перед дьяческой избой собралась небольшая кучка народа, которая яростно перебранивалась со стоящим на крыльце чиновником, тот уже криком сорвал себе голос и лишь сипел и грозил кулаком.

– Чего эт тут за брань, так гляди, и драка начнётся - полушутя - полувсерьёз произнёс Бакшеев

– Эх - махнул рукой устюженский голова Иван - Дьяк пушечного приказа царёв урок привёз новый, с ковалями рядится-

– Здаётся ряд энтот не рукобитьем, а душегубством кончится - продолжал сомневаться в нормальном течении коммерческого спора Афанасий.

– Требует великий государь к лету изготовить полтыщи пуд ядер железных - пытался объяснить ситуацию Федотов - Кузнецы работу брать отказываются, за то батогами на правеже дьяк им грозит-

– Так се измена прямая, а ты, гляжу, ей потакаешь - голос воинственного рязанца зазвенел сталью - Первым делом зачинщиков сыскать. Потом от них допытаться, кто подбил их на эдакое дело, чтоб московский пушечный наряд припасов лишить-

– Не верно яз сказывал - поправился городовой приказчик - Брать не отказываются, а бают плата вельми мала, не сделать за такую дешевизну-

– Пущай в приказ челом бьют - вступил в разговор Тучков - боярин приказной дело рассмотрит, если ваша правда - оплату повысят-

– Били уже - признал устюженец Иван - Ответ был - на Москве и Серпухове по назначенной цене делают и довольны, а вы вдвое от честной цены просите-

– Ежели иные за указанную плату припас куют, то и здешним кузнецам мочно сие - не понимал капризов устюженских мастеров Бакшеев - Удвоить оплату против прочих ковалей, на войне наживаясь - это ж воровство злое. Значит, на Устюге пироги ситные жрать будут, а московская рать о каменные стены свейских крепостей лбом долбиться, по нехватке припаса?-

– На Москве и Серпухове мастера-то все казённые. Им и жалованье, и корма, и кузнечный снаряд от казны даром. Уголь и тот черносошные по оброку свозят. На Устюжне народ сплошь посадский. Железо да уголёк иль сам готовь, иль за монету купляй. Опять же подати платить надоть - пытался растолковать несоизмеримость условий для выполнения работ Федотов- Платы, от царя назначенной, только что за цену железа, да угля хватит. Старанье всё даром пойдёт, да и молотобоям жалованье прямой убыток. Опять же великий государь за припасы по весу платит, а два ядра в гривенку весом от одного двухгивенного в треть ценой отличаются, оттого и спор кому чего делать -